Кулачник 3 (СИ)

На секунду повисла тишина. Все напряжённо переглядывались, пока один из бородатых не сделал шаг вперёд и не протянул руку Егору.
— Брат, извини, если что не так было. Уважение вам и вашему клубу. Мага неправильно поступил, мы его уже в чувство привели.
Егор крепко пожал протянутую ладонь.
— Понял, вопросов нет. Проехали.
После этого словно шлюзы открылись. Все начали вставать, подходить друг к другу и обмениваться рукопожатиями со своими недавними соперниками. Через пару минут весь этот напряжённый эпизод превратился в одно общее дружеское рукопожатие.
  
Бородачи начали рассаживаться. А я подумал, что если бы в девяностые подобные конфликты решались так же быстро и мирно, жизнь многих моих товарищей могла сложиться совсем иначе.
В остальном… Спортсмены — народ своеобразный. Если пашут в зале до последнего пота, то и отдыхают с размахом. За столами тут же стало шумно и весело. Рассказывали истории из тренировок, показывали свои нокауты на телефоне. Гремел смех, и то и дело звенели бокалы.
Мне казалось, что после такого нервного напряжения и боя с Магой я буду как выжатый лимон. Но ничего подобного, сейчас усталость будто отступила, уступив место эйфории.
Ко мне подходили парни, поздравляли, просили сфотографироваться, тут же отправляя снимки в соцсети. Я не отказывал никому.
И вдруг в зале послышался гул и громкие приветствия. Я повернулся и увидел, как в ресторан вошёл Шамиль. Над бровью у него красовался аккуратный ряд швов, глаз был заметно опухший. Но Шама улыбался так широко, будто выиграл титул чемпиона мира.
Его тут же начали поздравлять, а потом Шамиль медленно пробрался ко мне.
— С победой, брат! — улыбаясь, сказал он, протягивая руку. — Я из больницы сразу сюда. Не мог пропустить такое событие.
Я крепко пожал его руку и заметил, что свободных мест рядом уже нет. Тогда я быстро поднялся, взял ближайший свободный стул и поставил его рядом с собой.
— Садись, герой, — улыбнулся я. — Сегодня и твой день тоже.
Шама не стал скромничать и с довольным видом уселся рядом, тут же оказавшись в центре внимания. Парни стали расспрашивать его, как он себя чувствует, а он с азартом и гордостью начал рассказывать о своём бое.
Я, глядя на него, подумал, что вот ради таких моментов стоит всё это затевать. В моё время мы дрались совсем по-другому… не было таких праздников после боя. Вернее были, но не у всех. Тогда всё было проще и жёстче. Если победил — молодец, проиграл — никто тебя даже не вспомнит.
А сейчас — сидит Шама с рассечением на полголовы и сияет, как ребёнок, а вокруг него куча народу, которые ценят и поддерживают. И это, пожалуй, было правильнее всего того, что я видел раньше.
Наконец, оставшись наедине с самим собой, я посмотрел на блюда, которые буквально ломились на столах. Вот оно… наступил тот самый кайфовый момент после жесткой весогонки, когда можно, наконец-то, попробовать все, что душе угодно.
Передо мной стояли огромные тарелки шашлыка, жареная картошка, какие-то непонятные, но вкусно пахнущие салаты. Тут же грузинские хачапури, сочные стейки, да и чего только не было на этих столах.
Я ощутил, как желудок буквально скрутило от желания попробовать все и сразу. Но прекрасно помнил, как опасно это может закончиться после боя и жесткой диеты. За годы я хорошо усвоил урок, что перебрать с едой после весогонки — это примерно как с разбегу врезаться в бетонную стену.
Поэтому, хоть рука сама тянулась к аппетитным блюдам, я сдерживал себя. Накладывал в тарелку небольшими порциями, но… все подряд. Мясо с овощами, чуть-чуть хлеба, немного гарнира, чтобы не слишком нагружать желудок.
Игнат заметил, что я сдерживаюсь, усмехнулся.
— Ты что, не голодный после такого боя?
— Голодный как волк, — признался я. — Просто если сейчас все подряд сметать начну, то праздника уже не будет. Завтра с кровати не встану.
— Это точно, — рассмеялся Игнат. — Умный подход.
Вкус еды был невероятным после всех этих дней строгой диеты, грудок, риса и салатов без масла. Кажется, я впервые по-настоящему ощутил всю прелесть гастрономических возможностей 2025-го. В мое время даже в самых крутых ресторанах не подавали таких изысков.
Ну что же… есть, пожалуй, и плюсы в этом будущем. Я с удовольствием прожевал кусок идеально приготовленного шашлыка, чувствуя его сок губами.
Когда первые блюда были уже распробованы, мужики начали подниматься по очереди, произнося тосты. Одни говорили коротко, другие обстоятельно, третьи шутили, вызывая дружный смех за столами. Тосты были самые разные — за здоровье, за дружбу, за честный спорт.
Наконец, поднялся Шамиль. В руках он держал бокал и несколько раз обвел взглядом собравшихся.
— Братья, — начал он негромко, и шум за столами постепенно стих, все повернулись к нему. — Сегодня я хочу сказать особый тост. В жизни каждого человека бывают поворотные моменты. Моменты, которые делят жизнь на «до» и «после». У меня такой момент наступил, когда я встретил этого человека.
Шама указал на меня и улыбнулся.
— Если бы не Саша, кто знает, где бы я сейчас был и что бы я делал. Наверное, так и жил бы, не понимая, на что способен. Саша открыл мне дорогу, дал веру в себя и научил, что сражаться нужно до конца. Если бы не ты, брат, моя жизнь вряд ли повернулась бы так круто на сто восемьдесят градусов. Спасибо тебе, от души.
Он поднял бокал. Вверх потянулись бокалы остальных.
— За тебя, брат!
— За тебя, Саша! — хором подхватили парни, вставая и чокаясь бокалами.
За столами снова поднялся веселый шум. Я же боковым зрением заметил, как в ресторан зашел… младший Козлов.
Он направился прямо к нам, явно собираясь присоединиться к застолью. К нему тут же подошел администратор и вежливо попытался что-то объяснить.
Видя, что пускать его не спешат, я поднял руку, обозначая, что это тоже гость. Администратор с уважением отступил, позволив пройти Саше дальше. Козлов направился прямо к нашим столам. Поздоровался коротко со всеми присутствующими и сел напротив меня. Несколько взглядов скользнули в его сторону, но шум и веселье продолжилось.
Саша наполнил бокал и негромко постучал по нему вилкой, привлекая к себе внимание.
— Хочу поднять бокал за Сашу, — произнес он, поймав мой взгляд. — Есть люди, которые много говорят о справедливости, а есть те, кто ее действительно отстаивают. Сегодня ты доказал, что вторых еще не перевелось. За тебя!
Гости одобрительно загудели, звон бокалов прокатился по залу. Выпив, Саша поставил бокал и подошел ко мне.
— Сань, есть разговор. Пойдем выйдем на воздух, без лишних ушей поговорим.
Я поднялся из-за стола. Мы молча прошли мимо шумной компании, вышли на улицу через боковую дверь. Там оказались на просторной, почти пустой летней террасе. Столики были аккуратно расставлены, на каждом стояли зажжённые свечи в стеклянных подсвечниках, отбрасывая причудливые тени. Вокруг царила приятная прохлада, такой контраст с душным рестораном пришёлся весьма кстати.
Козлов огляделся и опустился на стул, жестом пригласив меня сесть напротив. Он достал из кармана телефон и тут же нахмурился, увидев пропущенные вызовы.
— Погоди секунду, Сань, — сказал он, поднимая палец и тут же перезванивая.
Я не торопил его, оглядывая пустую террасу. Свежий воздух слегка охлаждал раны и помогал привести мысли в порядок.
— Да, слушаю, — заговорил Саша, тут же сменив тон на официальный. — Молодцы, да, отработали отлично. Передай особую благодарность бойцам. Начальству твоему я уже отзвонился, завтра всех участников операции отметим отдельно. Всё, отбой.
  
Саша убрал телефон и устало улыбнулся.
— Извини, служба такая, дёргают постоянно. Но это приятные хлопоты.
— Без вопросов, что там у тебя?
Козлов ненадолго задумался, выбирая слова.
— Ну что, Саня, во-первых ещё раз огромное спасибо за помощь. Без твоей решительности мы бы столько сразу не взяли. Но я думаю, тебе будет интересно узнать подробности? — Саша вскинул бровь.