Кулачник 3 (СИ)

Но далеко не ушли. Позади резко затормозили уже знакомый мне чёрный «Гелик» и две белые «Камри». Двери машин одновременно распахнулись, из салонов неторопливо вылезли бородачи Маги во главе с самим Карателем. Все они держались вызывающе, явно пытаясь привлечь внимание.
Мага, увидев меня, осклабился и, слегка разведя руки в стороны, направился прямо к нам. Остальные бородачи подтянулись следом.
  
— Э! Какие люди жиесть, — громко произнёс он. — Готов, что я тибя буду уронять?
Бородатые приятели загоготали, кто-то специально захлопал в ладоши, подогревая ситуацию.
Я сразу понял, чего они хотят — вывести меня из себя до боя, сбить настрой. Такие психологические игры я знал, Мага решил действовать именно на эмоциях.
Игнат напрягся, но виду не подал, встав чуть ближе ко мне и готовясь поддержать в случае чего.
— Мага, ты только на публику говорить и умеешь, — спокойно ответил я. — В ринге поглядим, кто и кого будет уронять.
Бородачи снова начали что-то выкрикивать, стали окружать нас полукругом, явно провоцируя на открытый конфликт прямо здесь.
— Ти кого уронять? Я чё, думаешь, болтовать с тобой буду?
Вот так пообщаешься с такими персонажами — и узнаешь много новых русских слов.
Мага начал заводиться, шагнул ближе, вызывающе глядя мне в глаза.
— Да я тибя прямо сейчас могу уронять!
Понимая, что драки, похоже, не избежать, я уже начал прикидывать в голове, кто из бородачей наиболее опасен. Ну, в смысле — с кого начать. Мышцы рефлекторно напряглись, я занял более устойчивое положение, машинально сжав кулаки. Игнат рядом тоже слегка развернул плечи, готовый в случае чего поддержать.
— По-мужски, баля, раз на раз? — заводился Мага.
Я вдруг поймал себя на мысли, что у Карателя странно поблёскивают глаза. Но особого значения не придал.
Напряжение повисло в воздухе. Я уже был готов начать драку, когда с парковки за нашей спиной раздался громкий автомобильный сигнал. Следом — ещё один, и все одновременно обернулись.
К арене подъезжали сразу несколько машин наших парней из «Тигра». Встать на служебной парковке они не могли, поэтому встали вдоль дороги. Как только машины затормозили, двери распахнулись, и пацаны быстро выскочили наружу.
Наши стали быстро подходить, образуя за моей спиной плотную живую стену. Сразу стало понятно, что перевес теперь явно не в пользу бородачей.
Один из наших, здоровяк Стас, шагнул вперёд.
— Проблемы какие-то? Если что-то не так — решим. Или пусть парни уже сами на арене разберутся?
Мага поменялся в лице, быстро оглядел свою компанию и оценил обстановку. Перевес оказался на нашей стороне, и он это прекрасно видел.
— Нормально, э! Вопросов нет, — чуть менее нагло ответил Каратель, явно теряя задор.
Бородачи, чувствуя, что инициатива упущена, начали отходить назад. Мага бросил на меня последний хмурый взгляд и махнул своим рукой. Они развернулись и пошли обратно к своим машинам.
Интересно, а если бы наши парни не подъехали, то нормально бы не было? А было бы нормально, если бы мы прямо сейчас «задали вопросы», будучи в большинстве?
— Хорошо, что наши вовремя подтянулись, — бросил Игнат.
— Да, пацаны вовремя приехали, — согласился я.
Игнат развернулся к нашим ребятам.
— Пацаны, вы тогда идите через главный вход как зрители, а мы с Саней и Шамой зайдём через служебный — нам туда заранее доступ оформили.
Парни из клуба тоже сели обратно в машины, чтобы найти место и уже нормально припарковаться. Я задался и другим вопросом — как Мага умудрился провести два десятка «братьев», если в углу могло быть не больше двух человек? Тайна, покрытая мраком? Вряд ли. То, что к Карателю было особое отношение со стороны лиги — факт.
— Стоп, а Шама-то где, блин? — опомнился Игнат.
Он достал телефон, быстро набрал номер, подождал несколько секунд, но опустил трубку.
— Не отвечает. Опять, наверное, что-то мутит.
Я уже собирался набрать Шаму сам, но в этот момент от въезда на парковку послышалась громкая, залихватская музыка. Все разом повернулись в ту сторону.
— Хей, джигит, джигит, танцуй и взлетай до вершин! Хей, джигит, и помни — Кавказу ты сын! — доносилось из динамиков.
Я усмехнулся, увидев наглухо тонированную «Приору», медленно выкатившуюся к нам.
— Ну, теперь понятно, чего он трубку не берёт, — прокомментировал Игнат.
Чёрная, тонированная «Приора» с громким визгом шин нырнула на парковочное место. Музыка тут же оборвалась, наступила короткая пауза, за время которой зрители уже успели заинтересоваться происходящим.
Дверь машины плавно открылась, и на асфальт уверенно ступил Шама. Он явно тщательно готовился к появлению. Идеально прилизанные назад волосы, блестящие солнцезащитные очки, строгий, отлично сидящий тёмно-синий костюм и белая рубашка без галстука, расстёгнутая на две пуговицы.
Секунду он неподвижно постоял у машины, выдерживая паузу. Тут же со всех сторон на него устремились камеры телефонов зрителей, которые не могли упустить столь яркий момент.
Шама улыбнулся, поднял обе руки вверх и громко крикнул на всю улицу, специально усиливая акцент:
— Виу, это Махачкала!
Толпа взорвалась аплодисментами и одобрительными выкриками. Люди начали что-то выкрикивать в ответ, кто-то даже начал подражать его возгласу.
Я смотрел на это и чувствовал, что Шама наконец-то нашёл нужный ему образ. Яркий, эффектный, но без той грязи, в которой иногда терялись другие бойцы, пытающиеся привлечь к себе внимание.
Шама, продолжая держать широкую ухмылку, уверенно двинулся к нам, попутно изображая знаменитую походку Конора Макгрегора — широко разводя руки и слегка покачивая плечами. Выглядело это одновременно и забавно, и вполне эффектно — идеально подходящее под его образ.
Подойдя ближе, Шама остановился передо мной и Игнатом и демонстративно поправил рукава своего костюма.
— Как вам, нормально получилось? — спросил он.
— Красавчик, Шама, — похвалил я его. — Вот это я понимаю — появление.
— Стараюсь, брат, — широко улыбнулся Шама и оглядел себя, явно довольный произведённым эффектом.
Игнат не удержался и слегка потянул ткань рукава пиджака.
— Слушай, Шама, где ты такой костюм отхватил? Вещь реально качественная.
— У дяди Зарипа взял, тренер, — ответил Шама и тут же достал из кармана небольшую визитку, протянув её Игнату. — Лучшие костюмы, брат, Турция туда-сюда, всё как надо. Обращайся, я слово замолвлю — тебе хорошую скидку сделают.
Игнат взял визитку, спрятал в карман.
— Ну, раз такое дело — обязательно заеду. Вижу, костюм реально стоящий.
Шама поправил очки и гордо расправил плечи, снова позируя для зрителей, которые продолжали его снимать.
Вокруг, кстати, стремительно росло количество людей. Толпа, заметив, что мы уже на месте, начала окружать нас плотным кольцом.
— Саша, можно фотку? — первым подошёл молодой парень с телефоном в руках, сразу же приготовившись сделать селфи.
— Конечно, подходи, — спокойно ответил я, приобняв его за плечо.
Тут же щёлкнула камера. Следом подошла группа девушек, волнуясь и слегка смущаясь.
— А можно с вами фото? Удачи вам сегодня в бою!
— Конечно, девчонки, спасибо за поддержку, — ответил я, встав рядом с ними.
Щелчок камеры, и они, улыбаясь, уступили место следующему фанату. Очередь за фото росла на глазах. Я старался никому не отказывать, понимая, как это важно для ребят, которые пришли сюда специально, чтобы поболеть за меня. Кто-то просил автограф на билетах, кто-то просто пожимал руку и говорил слова поддержки.
— Саня, давай там сегодня! Мы за тебя болеем! Специально из Тулы приехали пошуметь!
  
— Только победа, Файтер, мы в тебя верим!
Периодически я поглядывал на Шаму. Он сначала стоял чуть в стороне, явно смущённый таким вниманием к моей персоне. Но постепенно часть зрителей обратила внимание и на него. Пару человек подошли к нему, попросили фото. Шама оживился и начал позировать, явно наслаждаясь вниманием.