Альфа и Омега. Книга 3 (СИ)

Я испуганно вжала голову в плечи, мгновенно сообразив, что зря сболтнула лишнего при нашем недавнем личном разговоре с Меркурио. Наверное, не стоило так неосмотрительно откровенничать — пусть парень и утверждал, что понимает причины наших сомнений и недоверия, кажется, эта фраза его все-таки задела.
— Несмотря на мое первое впечатление от всего этого, я готов дать вам шанс. — Голос Йона оставался все таким же ровным и невозмутимым, и даже его запах не выдавал его досады или раздражения, если он таковые и испытывал в тот момент. — Если, конечно, он вам нужен.
Меркурио промолчал и перевел взгляд на меня. В нем что-то изменилось в тот момент, он как будто весь подобрался и напрягся, готовясь как защищаться, так и нападать. От того добродушного и смешливого парня, который грозился заказать самого дорогого лобстера в нашем ресторане, не осталось и следа, и именно в этот момент я поняла, почему Гвин отправила с нами именно его. А еще подумала о том, что прежде мы видели то его лицо, которое он показывает друзьям, а сейчас оказались в опасной близости от того, чтобы поменять сторону.
Альфа неторопливо отложил геймпад и поднялся на ноги. Они с Йоном были примерно одного роста, но мне совсем не хотелось оценивать это с точки зрения возможной потасовки между ними. И вообще — вся эта ситуация мне не нравилась. Мой альфа слишком много в последнее время общался с сомнительной публикой, и это в самом деле сказывалось на его поведении и обращении с другими — даже теми, кто не имел к его работе никакого отношения.
— Пожалуйста, мальчики, прекратите, — тихо попросила я, становясь между ними. — Вы оба только все усложняете. Меркурио, мы вам не враги. И мы поможем, чем сможем. Прошу, доверься нам.
— Доверие нужно заслужить, — покачал головой он, не отрывая, однако, взгляда от лица Йона. Впервые с момента нашего знакомства я ощутила запах его феромонов — мускусный и приглушенно-терпкий. — Ты мне нравишься, Хана, но я не имею права рисковать.
— Тогда тебе не стоило и вовсе отпускать меня, — проговорил Йон, тоже глядя на него чуть исподлобья и пытаясь ненавязчиво отодвинуть меня с пути.
— Если бы ты поехал в один из храмов или позвонил кому-то из церковников, я бы узнал, — и глазом не моргнув ответил ему Меркурио, мгновенно заставив меня вспомнить о той странной отслеживающей программе, которую он просматривал у себя на смартфоне несколько часов назад. Когда он только успел поставить отслеживающее устройство ему на телефон? Ночью, когда мы спали?
— Кто давал тебе право… — мгновенно распаляясь и сверкая глазами, начал было Йон, и я поняла, что дело может закончиться очень скверно.
— Но он не позвонил, — перебила его я, с силой сжав руку своего альфы и мысленно призывая его успокоиться. — Меркурио, он никому не позвонил и никуда не поехал, ты это знаешь. Если бы он хотел вас сдать, то разве оставил бы тебя в своем доме наедине со мной? Так поступают друзья, а не враги. Ты знаешь всю нашу историю. Знаешь, что мы попали к вам случайно. Знаешь, что мы тоже носители и что Церковь за нами охотится и именно поэтому они пытались вытащить нас из лап полиции. Пожалуйста, давайте остановимся сейчас. Йон, у нас и так слишком много врагов, не нужно создавать новых. Я прошу тебя.
Несколько секунд они молча пепелили друг друга глазами, потом мой альфа с усилием успокоил собственный запах и отступил.
— Ладно, — коротко выдохнул он. — Убери эту дрянь с моего телефона и проваливай.
— Йон! — с упреком воскликнула я.
— Мы сообщим, если что-то узнаем о планах Церкви относительно Общества, идет? — хмуро добавил он. Ему явно не нравилось уступать и идти на попятную, когда от души врезать стоящему напротив альфе было бы несоизмеримо приятнее.
— Да, сообщим, если ты скажешь, как это можно сделать, — добавила я. — Ты сказал, что через Центральный музей войти нельзя, только выйти, а где тогда…
— Я не скажу вам, где вход, — покачал головой Меркурио, однако по его сбавившему напор запаху я поняла, что он тоже уже взял себя в руки. — До этого уровня доверия мы пока не добрались. Но если вам понадобится с нами связаться, вы всегда можете прийти ночью на Площадь Фонтанов. Наши патрулируют ее в определенные часы, и вас точно кто-нибудь рано или поздно заметит.
 
— Ты предлагаешь нам всю звереву ночь торчать на… — снова вспыхнул было Йон, и я снова договорила за него:
— Хорошо, мы тебя поняли. Спасибо, что даешь нам шанс доказать вам нашу… лояльность.
— Не заставляй меня пожалеть об этом, Хана Росс, — проговорил альфа, снова посмотрев мне прямо в глаза. И было что-то такое в этот момент в его взгляде, что я сразу поняла — если что, жалеть придется скорее мне самой. Но я не позволила этому неприятному ощущению завладеть собой полностью и просто кивнула. Тогда он как будто немного смягчился, позволяя себе расслабиться, и добавил: — Давай сюда его телефон.
Опасаясь, что Йон этим самым телефоном заедет ему в глаз, я сама за ним сходила, и Меркурио потратил несколько минут на то, чтобы достать что-то у него из корпуса. Когда он вернул смартфон моему альфе, тот взял его двумя пальцами и осторожно положил на стол, а я сразу подумала, что он наверняка попросит какого-нибудь технического спеца из числа своих подчиненных провести повторный осмотр просто на всякий случай.
Мне это не нравилось. Не нравилось, как изменилась атмосфера в нашей квартире и как теперь на нас смотрел Меркурио. Честно говоря, это я сейчас ощущала себя обманутой, потому что относилась к нашему новому другу со всей душой, старалась быть вежливой и сдерживать неуместную агрессию Йона, а взамен получила недвусмысленную угрозу и беспочвенные обвинения. Может быть, на эту ерунду и вовсе не стоило тратить время? Зачем стараться думать о чужих чувствах, когда в итоге ты все равно оказываешься во всем виновата?
— Я тебя провожу, — сухо проговорил Йон. — Если понадобимся, ты знаешь, где нас найти.
— Да, знаю, — подтвердил Меркурио, и оба альфы поднялись на пару ступенек в коридор, который вел к лифту. Я же без сил ухнула в кресло, закрыв глаза ладонью и ощущая, как мир предательски быстро вращается у меня под ногами. Мне было невероятно обидно, пусть даже на каком-то уровне я могла понять осторожность нашего нового знакомого и его подозрительность. Наверное, если бы он с самого начала не притворялся рубахой-парнем с душой нараспашку, контраст бы не был таким сильным. Неужели меня в самом деле так просто обмануть?
— Я уже сказал, маленькая омега, ты просто всегда видишь в окружающих только хорошее, — услышала я негромкий голос Йона. Приоткрыв глаза, я обнаружила его сидящим рядом со мной на корточках. — Ты привыкла хорошо ко всем относиться, поэтому и ждешь того же в ответ. Но… далеко не все в этом мире такие, как ты. Мне стоило лучше тебя защищать, да?
— Йон… — тихо и беспомощно протянула я, потянувшись в его сторону, и он мгновенно сам оказался в кресле, усадив меня себе на колени и позволив там свернуться в клубочек.
— Я мог бы сказать, что ты должна быть осторожнее. Что тебе не стоит быть такой… наивной и доверчивой, но знаешь что? — Он помолчал, гладя меня по волосам и иногда прикасаясь к ним губами.
— Что? — расстроенно уточнила я.
— Если бы ты не была такой, я бы никогда не получил шанса доказать тебе, что я не монстр, убивающий ради удовольствия, — тихо проговорил Йон. — Ты продолжала верить в меня, даже когда узнала обо мне самые неприглядные и жестокие вещи, и, наверное, именно благодаря тебе я сам начал в себя верить. Ты дала шанс девчонкам из Дома и не стала судить их лишь за то, что им приходится делать ради пропитания. Ты даже ту колючку Нору вытащила из ее раковины, хотя я был уверен, что там совсем дохлый номер. И я прошу тебя, Хана. — Он усадил меня так, чтобы иметь возможность заглянуть мне в глаза. — Прошу, не переставай верить в нас. Не переставай давать нам шансы, даже если мы иногда их не оправдываем. Не меняйся, хорошо? Никогда не меняйся. А я обещаю, что буду лучше присматривать за тобой и не позволю больше никому тебя обидеть. Хорошо?