Идея (СИ)
Глава 1
Copyright © Маханенко В.М.
Все права защищены. Эта книга или любая её часть не может быть воспроизведена или использована каким-либо образом без письменного разрешения автора или его законного представителя, за исключением использования кратких цитат в рецензии на книгу.
Это художественное произведение. Имена, персонажи, компании, места, события и инциденты являются либо продуктами воображения автора, либо используются фиктивным образом. Любое сходство с реальными людьми, живыми или мёртвыми, или фактическими событиями является случайным.
***
Артём смотрел на сотовый, до последнего откладывая звонок. Мужчина понимал — как только он нажмёт зелёную кнопку, обратного пути не будет. Разум подсказывал, что это единственно правильный выход, но что-то внутри него противилось и цеплялось за старое, не позволяя нажать чёртов вызов. В голове всплыли десятки дел, требующих незамедлительного внимания и Артём подивился собственной слабости. Откуда она? С таким настроем новую жизнь не начинают! Обозвав себя слабаком, мужчина нажал на кнопку «вызов» и спустя несколько десятков гудков послышался недовольный скрипуче-старческий голос:
— Вы совесть имеете? Четыре утра! Если вы звоните не для того, чтобы вручить мне Нобелевскую премию, то сильно об этом пожалеете!
Артём вновь выругался, на этот раз мысленно. Он не подумал о временной разнице. Однако отступать было поздно.
— Доктор Слейт, приветствую! Это Артём Кучаев, МГУ, Россия. Мы общались несколько месяцев назад на конференции в Стэнфорде. Я презентовал систему динамической левитации. Уделите мне пару минут своего времени?
— Доктор Кучаев! — голос собеседника резко изменился. Раздражение ушло, уступив место радости. — На человека, перевернувшего все представление о физике твёрдых тел, время всегда найдётся! По какому поводу звонок? Нужен совет, как составить речь к Нобелевской премии? Тогда ты позвонил по адресу — у меня как раз есть несколько набросков. Нет, право, Артём, я очень рад, что ты позвонил. Ты в курсе, что на два месяца опередил легендарного Лоуренса Брегга? Ему, как и тебе, было двадцать пять.
— Сейчас другой повод. Мне нужна работа. Ты утверждал, что Калтех готов предоставить мне место.
— Работа? Хм, неожиданно… Нет, действительно неожиданно. Буду откровенен — ты меня огорошил. Если я правильно помню, мы пытались переманить тебя последние полтора года, но все безрезультатно. Ты нас даже не слышал, а сейчас звонишь в такую рань и спрашиваешь о переходе. Я в замешательстве. Что-то случилось?
— Ничего такого, из-за чего можно напрягаться, — Артём дал понять, что не желает развивать тему. — Я задал вполне конкретный вопрос. Ваше предложение ещё в силе?
— Постой, Артём. Наш университет не отказывается от своих слов, но я должен понимать причину. Если это проблемы с законом… Ты знаешь — для нас репутация на первом месте, даже несмотря на Нобелевскую премию.
— Нет никаких проблем с законом! — Артём понял, что въедливый американец не успокоится, пока не узнает истинной причины. — Проблема именно в самой премии… Вернее, в её отсутствии. Как оказалось, меня не включили в список авторов. Сегодня вышла публикация и моего имени на ней нет. Зато есть целая шайка прихлебателей.
— Что за нонсенс?! Весь научный мир знает, что это твоё изобретение! Мои преподаватели уже приготовились к дебатам, чтобы доказать, что… Нет, это дикость какая-то… На что они надеются? Их на первом же диспуте разобьют в пух и прах! — опешил Кристиан Слейт, доктор наук, профессор, глава отделения физики, математики и астрономии Калифорнийского технологического института.
— Ты прав — изобретение моё, и отказываться от него я не собираюсь. Уже подано заявление в полицию, написано письмо в министерство и нобелевский комитет, завтра состоится встреча с телевиденьем. Я буду бороться за своё детище, но оставаться с этими людьми больше не намерен.
Артём посмотрел ссадину на кулаке. Удар в челюсть выдался славным — плюгавый декан отлетел на метр, врезался в стену и тестом сполз на пол, захлёбываясь в соплях и слезах. Кучаев не сожалел ни о чем — ни о возможных последствиях, ни о самом ударе. То, что ему говорили в лицо, ничего иного не заслуживало. Он перестал бы уважать себя как человека, если бы прогнулся и, поджав хвост, вернулся в свой кабинет. «Такому рылу премию не дают», «забыл, кто тебя кормит?», «заткнись и пошёл работать…». Довольно. Уже наработался.
— Сегодня я уволился, так что отныне свободен в принятии решений. Не получится в Калтех, пойду в Гарвард. У меня есть приглашение и от них.
— Не нужно пороть горячку, доктор Кучаев! — заторопился Кристиан. — Все у нас получится! На всякий случай повторюсь — у тебя будет своя кафедра, своё направление, я выделю тебе целое крыло главного здания, ректор заявлял о неограниченных ресурсах. Я прямо сейчас пишу письмо в миграционную службу и выбью для тебя разрешение на работу. Твои данные у меня есть, так что завтра можешь идти в посольство за визой. Покупай билеты, ты едешь к нам! Не нужно никакого Гарварда! У них не будет наших условий!
Перебросившись ещё парой ничего незначимых фраз, Артём отключил вызов и тяжело вздохнул. Решение уехать из страны далось нелегко. Отец был военным и сумел привить сыну любовь к родине. Некой неодушевлённой сущности, что не описать, не объяснить нельзя, но без которой ты чувствуешь себя не в своей тарелке. Поэтому Артём отказывал лучшим мировым университетам, оставаясь в своей родной Альма-матер. Именно здесь он предсказал наличие нетиповых взаимодействий в кристаллических решётках твёрдых тел, нашёл их, описал, сумел использовать и, как финал, доказал возможность немагнитной левитации на минимуме энергии. Десятитонная каменная глыба зависала в воздухе всего от одной пальчиковой батарейки. То, что он сделал, многие называли магией, хотя для Артёма это была обычная наука. Красивое и элегантное изобретение. Но после того, что сотворило руководство университета… Нет, иногда просто не бывает иного выбора. Родина поймёт.
Визит в американское посольство прошёл на удивление быстро. Связи доктора Слейта оказались настолько широкими, что на встречу с Артёмом вышел сам посол США в России. На то, чтобы оформить трудовую визу, ушло всего тридцать минут, большую часть из которых физик пил чай в уютном кресле. Приятно, когда в тебе заинтересованы и наглядно это демонстрируют. На сами сборы тоже много времени не потребовалось — учёный, привыкший к спартанской обстановке, ограничился одним чемоданом. Даже ноутбук решил с собой не брать, чтобы не провоцировать патриотов и защитников государственных тайн. Все наработки о левитации Артём хранил в самом надёжном месте, какое только мог придумать — в собственной голове. Истинному учёному сторонние устройства не требуются.
Такси до аэропорта подъехало ровно к назначенному часу. Артём проверил, что все коммуникации выключены, после чего закрыл квартиру и постучал в соседнюю дверь. Она тут же открылась, явив на пороге грузного широкоплечего мужчину в затёртых от времени штанах и серой майке, едва прикрывающей пивное пузо. О том, как простому работяге удалось поладить со своим «мудрёным» соседом, не понимали даже они сами. Хотя в этом, как раз, ничего удивительного и не было. Оба холостые, без детей, без домашних животных. Единственное, что им требовалось друг от друга — раз в неделю поговорить по душам о проблемах футбола, политиках или бабах, подкрепляя свои мысли стаканом-другим пива. Всё остальное — от лукавого.
— Ты точно уверен? — сосед взглянул на протянутый ему ключ, как на ядовитую змею. Весь вчерашний вечер он пытался отговорить своего друга от опрометчивого шага, но безрезультатно. — Может, все же в другой ВУЗ, только наш? Может, и уезжать тебе никуда не надо?
— Не может, Петя. Никак не может. Никто из наших не пойдёт против МГУ — своя шкура дороже. Ладно, все что хотел, ты мне вчера высказал. Своего решения я не изменил, так что давай без сцен. Держи!