Выявитель женщин-монстров (СИ)
Хотя, признаюсь, пара по истории империи была ничего. Только я мог узнать все за десять минут, немного порывшись в сети. А так, пришлось целых полтора часа слушать муторный бред.
Ауу я сейчас завою, как волкодлак! Лучше б особисты посадили меня в тюрьму. Нет, серьезно, я не доживу до конца этой недели, не говоря об окончании курса и выпускном.
Куском мяса в бочке вареных брокколи стала пара алхимии. Шустрый очкастый старик решил показать пару фокусов, чтоб привить нам любовь к предмету.
Он достал каике-то жидкости и порошки, и принялся смешивать на специальном столе, чтоб показать подобие фейерверка.
В тот момент, со мной связалась лиса. Она с трудом переместилась к нам в академию и теперь не знала, как быть.
Весь этот замок и город находились в чертовой аномалии. Здесь не работали компасы, гео локация, не открывались некоторые сайты, плохо ловила связь. Наверняка это сделано специально. Нам наплели про аномалию, чтоб не задавали лишних вопросов.
Оксана истратила много маны, пока ко мне пробивалась. Теперь просила компенсацию и качала права. Пока спорил с Окси по ментальному каналу, отвернулся в окно, делая вид, что рассматриваю деревья. Алхимик это заметил и решил меня отчитать.
— Молодой человек, господин учащийся! Вам разве не интересно? — спросил он с сарказмом.
— Студент Дмитрий Стальнов, — представился я. — Нет, все отлично. Просто посмотрел в окно вот и все.
— Любопытно. То есть вы видели подобные фейерверки уже многократно? И вам проще разглядывать ветки, чем наш яркий эксперимент? — продолжил давить на меня, вызвав сдержанный смех в аудитории.
— Я так не сказал, Карл Игнатьевич. Но ваш фокус довольно простой. Такие показывают всем первокурсникам, чтоб завладеть их вниманием, — ответил, давая понять, что не собираюсь терпеть давление.
— О даже так! Господин Стальнов считает наше дело слишком простым, — воскликнул старик, размахивая колбой с зеленой жидкостью. Все дружно заржали, пытаясь выслужиться перед учителем.
— А может ли господин Стальнов рассказать, что именно я сделаю дальше? — спросил, решив добить меня «контрольным выстрелом», но не тут-то было.
— Без проблем, что я, в простейшей алхимии что ли не разбираюсь, — небрежно бросил преподу и поднялся с места.
Дальше ответил какие ингредиенты и в какой последовательности добавлять, чтоб на столе появился фонтан цветных искр, который может менять форму и громко трещать.
Сказать-то я сказал, но была одна трудность. Я неправильно назвал некоторые реактивы, пользуясь словами из моего мира. И это вызвало настоящую истерику в аудитории.
— Аха-ха Стальнов, ну ты дал, — вопил какой-то пацан.
— Дмитрий, ты просто сделал мой день. Я уж думала, что придется скучать, — давясь смехом стонала стройная девушка.
— Красный гротоброк! Синий эрхум! Господи, да вы создали новую алхимическую терминологию. Можете написать свой учебник и открыть собственные курсы для новичков. Клянусь, я лично туда буду ходить, — произнес Игнатьич слегка посмеиваясь и протирая очки.
Если думаете, что я сглотнул, черта с два. Дождался пока табун наржется, и громогласно заявил:
— Тихо всем! Я действительно перепутал термины. Но это не самое главное. Важен конечный итог, верно ведь?
Все замолчали, разглядывая меня. Препод надел очки и ответил:
— Конечно. Разумеется, наш предмет решает насущные задачи и имеет конкретную базу.
— Ну вот. Тогда давайте проведу этот опыт и покажу, как зажечь фейерверк. Если у меня получится, то я прав, если нет, можете смеяться надо мной до последнего курса, — сказал с легкой улыбкой, бросая старику вызов.
— Простите? Нет… я не могу пустить вас к реактивам без специальной подготовки, — занудно пробубнил тот.
И это вызвало возмущение остальных.
— Пусть Стальнов попробуем, вам-то что?
— Да, там не опасные вещества, я вроде где-то читала, — весело закричали студенты.
— Не стоит, господа. Карл Игнатьич боится признать поражение. Имеет полное право. Все же, он нас главнее и может диктовать свои правила, — сказал я с деланной грустью.
— Позвольте! Вы изволите искажать истину! — пчелой взвился преподаватель. — Я всегда выступал за принципы справедливости. Если вам так угодно, можете провести этот опыт. Но если сделаете что-то не то, я отстраню вас от занятия и влеплю низший балл.
— Хоть два низших балла, — воскликнул я, подмигнув красивой брюнетке, что строила глазки.
Ловко выбрался в проход и пружинистой походкой подошел к кафедре. Там надел специальные перчатки и без колебания взял в руки специальный порошок. Потом в ход пошла одна жидкость, потом еще кое-что.
Затем все немного смешать, растереть, дать несколько секунд настояться. После этого добавить артефактную пыль с силой огня…
Если сказать, что Игнатьич был в шоке, это не сказать ничего. Он даже снял очки на секунду, боясь, что видит галлюцинации. Еще бы, тупой выскочка, несущий всякую лабуду, отлично выполнял сложный (по меркам первого курса) эксперимент, не совершая ошибок.
Но это еще не все. Главную вишенку торта я оставил под самый конец.
Когда закончил возиться, то ничего не случилось. Все подумали, что я облажался и стали гундеть. Кто-то даже сказал, что это подстава.
— Прошу тишины, господа! — огласил аудиторию Карл. — Вы должны понимать, что опыты нельзя проводить с горяча. Несмотря на правильный алгоритм выполнения, Стальнов не учел нюансы, и конечный результат оказался нулевым. Несмотря на то, я поставлю господину Стальнову пятерку. Все же, он разбирается в алхимии, хоть и не обладает глубинными знаниями.
Не успел профессор закончить, как его глаза полезли на лоб, а челюсть чуть не пробила пол. Ведь на столе появились сине-красные искры, которые стали клубиться, собираясь в небольшую фигуру.
— Дима, ты молодец, я бы так никогда не смогла, — восторженно сказала полноватая барышня.
— Стальнов у нас просто гений, — промямлил один из парней.
— Значит нужно было время для реакции, а я не подумал, — с досадой простонал препод.
Но это еще не все. Искры не стали рассыпаться и гаснуть. Они собрались в небольшую птицу, которая замахала крыльями, поднялась над столом и облетела аудиторию, осыпая всех искрами.
Такой огонь не жегся, но это мало кто понимал. Все стали прикрываться и ахать, а девушки громко визжать.
В конце концов, птица влетела в окно и рассыпалась. На стекле остался темный след в ее форме, который смотрелся весьма эпично.
Сначала все задергались и осмотрели себя, пытаясь найти ожоги. Потом была полная тишина, а дальше аплодисменты. Меня засыпали комплиментами и чуть не признали гением алхимии.
Пришлось соврать, что больше ничего не умею, и вообще, получилось случайно. Все же я должен учиться, а не учить. Так что лучше не выделяться из серой массы. Пока что.
Я сделал летающую птицу с помощью своей маны. Давно практиковал мыслеобразы, и вот, теперь пригодились. Небось, Игнатьич будет долго ломать голову, что к чему, не узнав мой секрет.
После эпичного выступления меня ждало настоящее счастье. Кто сказал поход в столовую? Да-а-а. Отправился туда один, решив пока не кадрить девчонок, а просто присматриваться.
Кстати, было к кому присмотреться. Наша сине-белая форма имела весьма скромный вид. Девушки носили юбки ниже колен, блузки и жакеты. Все это имело строгий фасон, скрывая прелести дам.
Но разве можно удержать горячих девчонок от желания блеснуть стройной фигурой? Ну вот. Так что многие укорачивали себе юбки, демонстрируя длинные ножки. Другие надевали форму не по размеру, чтоб из выреза почти выпадали крупные сочные груди.
Третьи носили каблуки, которые были запрещены, и использовали макияж.
Конечно, все было в меру и аккуратно. С первого взгляда не видно. Но если хорошо присмотреться, то от попок и бюстов рябило в глазах. Идя в столовую можно было легко нагулять аппетит другого характера.
Парни, кстати, тоже меняли форму, чтоб показать свои плечи, бицепсы, спины. У кого-то были нашивки на кителях. Кто-то носил вообще не форменную одежду, а лишь напоминающую образец.