Академия палачей (СИ)

– Так быстро покончил с собой? Ты ведь понимаешь, что это было убийство? – спросила я.
Наверняка доктор Лесстер нарочно сделал это. Он показал мне свои способности и решил запугать сильнее. Я не могла рассказать Кэгану о сумасшедших экспериментах доктора, а как хотелось, чтобы правда стала известна всем.
– Тсс! Аю всё ещё с нами, поэтому не следует углубляться во всё это. Хотела тренироваться? Начинаем!
  
Кэган слишком резко подсёк мои ноги, даже не дав возможности подготовиться. Чтобы я не упала, он успел подхватить за лопатки в нескольких сантиметрах от земли.
– Это нечестно! – проворчала я, изворачиваясь и роняя парня на сочную траву. – Вот так тебе.
– Прекрасно! Мне есть чему у тебя поучиться. Но одно тебя до сих пор тормозит: ты легко отвлекаешься, чувствуя себя в безопасности, и это играет на руку врагу. Помни, что им могу оказаться и я в том числе. Вдруг именно я – то самое коварное существо, что пытается избавиться от тебя?
Пока я думала над словами Кэгана, снова оказалась прижатой к земле под напором крепкого мужского тела.
– Бум! И ты уже убита… – приложив два пальца к моим вискам, импровизируя этим жестом огнестрельное оружие, произнёс Кэган.
– Не поверишь, но доверие не только моя слабость… – хихикнула я, метясь локтем в самое больное место, куда легко бы могла ударить, окажись мы в настоящем бою. – Ты не заблокировал мои руки, и легко мог оказаться поверженным.
– Ты жестокая! – Кэган соскользнул с меня и лёг на траву рядом. – Знаешь… мне хочется ценить каждое мгновение, отведённое нам самой судьбой. Кто знает, что нас ждёт завтра? Не подумай, мне ничуть не жаль Эда… он заслужил смерти. Однако только в такие моменты понимаешь, насколько хрупка и коротка жизнь. Неважно, человек ты, далиец или кто-то ещё… Мы не знаем, каким будет наше завтра, наступит ли оно. Следует научиться ценить каждый день.
– Если бы тебе пришлось выбирать между добром и злом, что бы ты выбрал?
Кэган повернулся. Мы лежали рядом, но словно были далеко друг от друга. Между нами был тот самый неосязаемый барьер дружбы. Если бы рядом находился Ксавьер, мне захотелось бы придвинуться к нему. Неужели я действительно влюбилась? Сердце так колотилось рядом с ним, словно готово было выскочить и прыгнуть в его руки. Рядом с Кэганом же я просто чувствовала себя спокойно. Наверное, мне следовало ограничить общение с ксенийцем, чтобы мы не тормозили друг друга. Наверняка, поступив в академию палачей, он преследовал собственные цели и хотел отомстить тем, кто убил его семью… Моему отцу. Мы находились по разные стороны баррикады, но двигались к одному – достижению справедливости. Могли ли мы стать поддержкой друг для друга? Или напротив обузой? Я-то уж точно.
– Не бывает добра и зла, мелкая… Чёрное и белое лишь крайности, но между ними всегда существует множество оттенков. Следует слушать своё сердце и осознавать, к чему приведут твои действия. Только так можно совершить что-то правильное в своей жизни.
А если сердце само не определилось и не знает, какую сторону занять? Если слишком мало информации, где её получить?
– Ну и что разлеглась? Вставай, кадет! Будем тренироваться, пока тело не онемеет, и кровь не хлынет из носу!
– Какой суровый у меня партнёр! Не боишься, что придётся тащить меня на спине до казармы, если я так сильно вымотаюсь? Я не такая уж лёгкая, как тебе может показаться.
– Отнесу на руках, как самую настоящую принцессу. В конце концов, мы с тобой почти родственники.
– Чего? Почему это мы с тобой родственники?
Я привстала, упираясь локтем в траву, и сощурилась, глядя на Кэгана.
– Только не говори, что у вас с Ксавьером ничего нет. Ты же разнести всех в столовой была готова, когда о нём судачили, а о моём названном братце и говорить нечего. Я всё понял в тот момент, когда он бросился за тобой в пещеру звергов. Даже если вы оба пытаетесь сделать вид, что ничего нет, только слепец не заметит. Думаешь, просто так старший капитан держится от тебя подальше? Он понимает, что ему ничего не светит, и не хочет стать третьим лишним.
– Эй! Это несправедливо. Между нами действительно ничего нет.
– Я бы советовал прислушаться к словам Тавертон… Иногда слухи приводят к самым неожиданным последствиям. Поднимай своё тельце, кадет! – Ксавьер воззрился на меня. – Мы идём на лётное поле.
А он как здесь оказался?! Кажется, в академии палачей ничего не происходит случайно. Может, нас отслеживают по браслетам? Отсюда и все эти «случайные» встречи?
– Можно с вами? – спохватился Кэган, и его глаза радостно заблестели.
– Боюсь, что третий в нашей ситуации будет лишним.
Схватив меня за запястье, Ксавьер потянул на себя и помог встать. Даже простое прикосновение заставило меня покраснеть. Одёрнув руку, я отстранилась от ксенийца, но теперь даже кончики ушей полыхали.
– Хотя бы посмотреть одним глазком! Ну пожалуйста! – взмолился обычно спокойный и рассудительный далиец, как капризный малыш, захотевший купить игрушку своей мечты.
– Ладно! Идём… позволю тебе посмотреть на мой оргалёт, но летать ты не будешь. Сразу говорю.
Кэган довольный как лис, получивший свежую курочку, подскочил на ноги и широко улыбнулся. Он первым зашагал в сторону лётного поля, а Ксавьер склонился к моему уху и прошептал:
– Между нами совсем ничего нет, Тавертон… Вот только скажи мне, почему с твоим появлением моя жизнь вечно висит на волоске? М? И я совсем не жалуюсь, меня устраивает это. Жить стало даже как-то интереснее, что ли? Только не меняй ничего, ладно? Боюсь, я больше не готов жить как раньше.
Это ведь не признание в любви? Мне хотелось бы верить, что всё не так… Я не могла позволить себе такую роскошь. Это было бы слишком эгоистично с моей стороны. Не могла, но глубоко в душе хотела, и это желание тянуло меня ко дну.
– Идём, пока Кэган не закапал слюной мой оргалёт. Я слишком ревнив, когда то, что принадлежит мне, трогают другие…
Слова прозвучали странно, словно относились и ко мне, но ведь я не вещь?.. Сердце ударилось о рёбра, но не ускорилось, а забилось ровно и спокойно. Ксавьер взял меня за руку и потянул за собой, а в памяти вдруг вспышкой пролетело воспоминание из прошлого.
Мама взяла меня за руку и потянула к магазину игрушек. Я едва поспевала за ней, но радовалась, ведь проводила время с дорогим мне человеком, и спешка ничуть не доставляла дискомфорта. Она сказала, что я могу выбрать всё, что пожелаю, потому что сегодня «наш» день.
– Совсем скоро мы с тобой расстанемся… Возможно, это время покажется целой вечностью для нас обеих, но так будет лучше для всех. Прошу тебя, не кори меня, когда мы встретимся снова.
Это случилось незадолго до её смерти. Меня затрясло, а на глаза навернулись слёзы. Существует ли хоть малейший шанс, что мама выжила?
– Тавертон, не вынуждай забрасывать тебя на плечо. Чего так медлишь?
Ксавьер буквально тянул меня за собой, а я едва успевала передвигать ноги, потерянная в воспоминаниях. Правдивы ли они? Или мозг обманывал меня теперь? Почему оно появилось именно сейчас? От прикосновения Ксавьера?
Дойдя до лётного поля, я смогла окончательно прийти в себя и успокоиться. Это всего лишь бред, посетивший голову на фоне последних событий. Я собственными глазами видела смерть мамы. Она не могла обмануть. Возможно, она говорила о следующей жизни, ведь всегда верила, что человек переходит в новую форму и перерождается. Или мой мозг просто дорисовывал воспоминания? Только сейчас этот момент вспышкой прострелил сознание, но раньше ни разу не посещал меня. Лишь во снах я встречалась с мамой, и она просила меня не плакать, говорила, что если я буду сильной и справлюсь со всеми испытаниями, то мы обязательно встретимся снова.
  
Просканировав свой браслет у ворот, Ксавьер продолжил тянуть меня за собой. Я следовала за ним как марионетка всё это время и теперь поняла, сколько кадетов могло увидеть, как мы бродим за ручку.
– Пусти, – я попыталась вытащить руку, но пальцы ксенийца сжались сильнее.