Два Меча Судьбы (СИ)
Но мальчик не успел. Он был всего в одном шаге от новой ступени, однако… уже был закат. Он не успел. И это звучало, как приговор.
На главной площади собрались почти все ученики Внешней Секты Небесного Огня, все они с нетерпением ожидали поединка… и смерти Ла Раи. Да, они не сомневались в победе Цин Сяошаня. В конце концов, он был Избранным Великого Клана Цин с Мертвенного Плато, а Ла Раи всего лишь сыном смертных. Кто-то говорил, что мать этого мальчишки была на пике девятой ступени Конденсации Ци, однако мало, кто верил в эти глупости. Все считали, что этот слух появился из-за через чур быстро развивающейся Культивации Ла Раи.
Мальчик пришел с сильным опозданием, вызвав новую волну гомона, восклицаний, негодования и предвкушения у собравшихся.
— Прости за этот фарс, — мягко, немного виновато улыбнулся Цин Сяошань, — Я не думал, что все так повернется.
Ла Раи спокойно кивнул. Он не видел смысла улыбаться Цин Сяошаню, его сейчас беспокоил лишь исход поединка. Мальчик на выдохе хлопнул по бездонной сумке и оттуда вылетел летающий меч. Золотая Нить Жизни тоже была наготове.
— Начнем, — еще раз улыбнулся Цин Сяошань и сделал шаг вперёд, одновременно вытягивая руку в сторону Ла Раи.
Мальчик сразу узнал эту технику. Она доступна лишь с шестой ступени Конденсации Ци и невероятно сильна. Вокруг двух, схлестнувшихся взглядами фигур, появилось сильное давление. Золотая Нить Жизни словно задрожала, прячась в перчатку. Что-то было не так.
Этими ударами оба не пытались убить друг друга, просто прощупывали. И увиденное поразило обоих. Ла Раи еще больше захотел перейти на шестую ступень Конденсации Ци, а Цин Сяошань всерьез задумался о том, что никому не удалось найти в Клане что-то действительно стоящее, не считая бездонных сумок убитых. Может, кому-то все же удалось спастись? Клан владел многими сокровищами, возможно, кто-то успел опустошить сокровищницу и бежать, используя сильный телепортационный артефакт? Теперь сплетни о том, что мечи забрала какая-то девушка не казались Цин Сяошаню просто сплетнями.
— Как твое имя? — обманчиво мягко спросил Цин Сяошань.
— Ла Раи, — холодно произнес мальчик, внимательно наблюдая за противником. Казалось, он увидит малейшее движение, помутнение, ну или что там может с ним случиться? Однако Цин Сяошань был превосходным актером. На его лице не проступило ничего, ни один мускул не выдал его волнение и беспокойство.
— Клан Ла? — все с той же улыбкой на лице спросил юноша.
— А что, если было бы так? — Ла Раи специально выделил слова «было бы», но Цин Сяошань все понял. Конечно, его маска все еще была идеальной, но движения стали более резкими и выверенными. Он взмахнул рукавом халата.
Все вокруг словно начало высыхать, вода собиралась на руке Цин Сяошаня, обволакивая кисть, доходя до локтя и останавливаясь около шеи. Эта техника приносила в жертву чужую жизнь и была одной из самых секретных в Клане Цин.
В следующую секунду Цин Сяошань бросился на Ла Раи. Последний не смог уклониться. В миг, когда рука его противника коснулась мальчишеской груди, он словно потерял волю к чему-либо.
— «Это… Конец», — подумал Ла Раи, даже его Золотые Нити Жизни словно потеряли волю к существованию.
Внутри мальчика постепенно появлялся леденящий холод, из его тела постепенно уходила жизнь. Однако это не было концом. Внезапно со стороны Восточной Горы, на которой жили Ученики Внутренней Секты и Старейшины с Патриархом, на главную площадь приземлился яркий луч света. Это был Чжвэй Тан. Один его взгляд на Ла Раи и Цин Сяошаня, и он одним взмахом рукава отбрасывает их друг от друга.
— Что здесь происходит, благородный Цин? — Патриарх сделал акцент на последних словах, дабы напомнить юнцу, кто он, но…
— Ничего такого, — хмыкнул благородный Цин, — Обычный бой.
— Может, на Мертвенном Плато это и называется «обычный бой», — нахмурился Чжвэй Тан, — Но здесь, учитывая обстоятельства, это называется преднамеренное убийство слабого. Культивация Ла Раи ниже твоей, тебе стоило найти соперника посильнее.
После этих слов он вновь взмахнул рукавом, подхватив бессознательного Ла Раи с его бездонной сумкой, а после взмыл в небо, на Восточную Гору Секты Небесного Огня. Техника Цин Сяошаня сильно навредила Ла Раи, отняв у него почти половину долголетия и иссушив.
Чжвэй Тан грустно посмотрел на мальчика. Он ведь все видел, ему следовало вмешаться раньше, тогда бы, возможно, сейчас с Ла Раи было бы все в порядке.
— «Прости, — грустно подумал он, — Пусть, я не успел помочь тебе тогда, помогу сейчас. Я не дам тебе умереть раньше срока. Потерянные сорок лет ничто для тебя, я уверен».
Однако шел уже второй год, а Ла Раи все лежал без сознания.
Глава 7: Новая жизнь и Первый шаг во Внутреннюю Секту Небесного Огня
С тех пор, как Ла Раи ушел в беспамятство, прошло полтора года. Ему уже несколько дней как исполнилось шестнадцать, шел семнадцатый год его существования… И второй год заточения в небытии. Да, именно в небытии, ведь иначе и не назвать то место. Ла Раи блуждал по одиноким, пустым и серым улочкам города, в котором когда-то главенствовал Великий Клан Ла. Тут и там виднелись очертания покойных Практиков, но мальчик уже давно осознал, что все они — лишь иллюзии, неупокоенные души, заточенные в этом мире… и одновременно в другом. Они тоже видели силуэт Ла Раи, кто-то тянул к нему руки, а кто-то даже не глядел в его сторону, ведь уже давно понял, что никто ему не поможет выбраться. На очередном повороте мальчик… нет, уже юноша, бездумно свернул направо. Он всегда поворачивал направо, не стремясь найти выход.
— Пусто, серо, безжизненно, — крутилось у него в голове, — Сколько я уже здесь? Час, два? Неделю? Месяц? Год? А может, я уже давно мертв, а это мой собственный ад? Как отсюда выбраться? И есть ли вообще выход?
Он бездумно шел вперед, не стараясь понять, где оказался. Он ведь уже на несколько раз перерыл этот серый город в поисках выхода, но ничего не нашел. Именно поэтому теперь он ничего не искал, просто шел, бездумно передвигая ноги.
— Интересно, как там матушка? — в очередной раз спросил он сам себя, — Возвела ли она Основание? Что стало с Хань Луем? Ха-ха! А что же стало со мной?
Но сколько бы он не пытался отвлечься, мысли всегда возвращали его в тот день. Закрывая глаза, он раз за разом видел Цин Сяошаня, его Водяную Руку, и эти видения отравляли его. Никто из его прошлых знакомых и подумать не мог бы о том, каким он стал. Сейчас Ла Раи больше походил на сумасшедшего, нежели на представителя Великого Клана Ла. Величие? Слава? Богатство? Совершенство? Теперь все это отошло куда-то далеко, стало походить на выдумку. Ведь вот он, Ла Раи, простой бездомный, слоняющийся по городу без всякой цели.
Иногда в его голове отдаленно звучали чьи-то голоса, однако стоило юноше прислушаться к окружению, они бесследно пропадали, лишь еще больше убеждая Ла Раи в том, что он сходит с ума. Однако были ли эти голоса действительно помутнением рассудка? Или Ла Раи просто не мог что-то понять, делал что-то не так? Так или иначе, выбраться он не мог. И день за днем продолжал бездумно бродить, все время поворачивая направо.
За очередным поворотом он увидел маленький золотой огонек. Светлячок спокойно летал возле двери небольшого домика. У Ла Раи возникло ощущение, что он хочет попасть внутрь, но уже отчаялся открыть дверь. Сердце юноши смягчилось, он словно увидел в нем самого себя, отчаявшегося искать выход. Он протянул руку и распахнул дверь в дом. Светлячок будто вздрогнул, остановился, посмотрел на дверь, на Ла Раи, а после рванул внутрь дома. Ла Раи неуверенно шагнул за ним, не заметив, как закрылась дверь. В глаза его ударил яркий свет, а после он обнаружил себя, бестелесного, летящим над когда-то серым городом. Сейчас в нем кипела жизнь.
В центре города, на самой вершине горы, названной в честь Ла Вэя, стоял огромный особняк. Это был дом Главы Клана Ла. Менее именитые члены Клана жили в самой горе, либо в городе Ла. Да, все в этом месте буквально кричало, что это территория Великого Клана Ла. От величественной горы до прекрасного города. Благодаря Клану Ла смертные, что жили в городе Ла, не знали голода и бедности. Клан был очень великодушен и богат, поэтому не скупился на помощь людям. Многим это не нравилось, но такова была политика Ла Вэя, основателя Клана Ла. Никто не смел перечить его воле. Ла Раи смотрел, как смертные и Практики живут бок обок, помогают друг другу, как проносятся дни, годы, века, тысячелетия. Он видел историю своего Клана с самого его основания.