Судьба попаданки, или проклятье Бессмертного (СИ)

Но были и отличия. Сундуков больше, а в углу стояла прялка. Раньше я такие только в музеях видела. Но судя по убогости жилищ, люди в этом поселение не жировали. Про туалет и душ было страшно даже подумать.
Я осторожно присела на лавку у стола, надеясь не подцепить занозу, и тут же получила в руки кружку с квасом, а рядом блюдце с ароматными, пышными пирожками.
— А мама где? — спросила я с наслаждением вгрызаясь в румяный бок. Вкуснотища какая! Вряд ли тут слышали про диеты и современные стандарты красоты, так что можно было побаловать себя немного.
  
— Так батьке обед понесла. Время то уже к полудню, — Евпатий сел напротив, залпом осушая свою кружку.
Ну ладно, мне же лучше. Никто не помешает нашему разговору.
— Ну тогда рассказывай, — велела я, и потянулась к блюдцу за добавкой.
— Так, а чего рассказывать-то? Острог наш, стало быть, как и все в округе дань платят каждый год стражу могущественному, что хранит наш мир от навьего. Окромя злата да богатств всяких, каждый год должны мы к стражу отправлять красну девицу в невесты, — мужчина немного помялся и закончил, пряча глаза, — Буян и предложил тебя отдать, ради общинного блага.
Обалдеть. А меня он спросить не хочет, уперлось ли мне хоть куда-то, это их благо? Да и вообще, что за нелепица? Год может быть неурожайным, а с их антисанитарией любые болячки легко объяснить. Но нет, решили, как всегда, спихнуть все на хрупкие женские плечи.
— А ты сам этого стража хоть раз видел? — скептически уточнила я.
А то окажется в итоге, что девушек посылают фиг знает куда, или еще веселее привязывают в лесу на алтаре каком нибудь варварском. Меня уже ничего не удивило бы.
Но Евпатий нервно сглотнул и кивнул.
— И как же он выглядит?
— Лицо маской закрыто, сам он высокий и одет во все черное. Глаза огнем потусторонним горят, на руках когти острее любого меча, а волосы золотом плавленым покрыты, — мужчина описывал с жаром, активно жестикулируя руками.
Жесть как она есть. Мракобесие, не иначе.
— Ладно, ну а девушки ему зачем в таком количестве? По одной в год, а собирает он их издавна, это сколько ртов кормить то, — попыталась посчитать я.
— Да кто же его знает. Ни одна домой не вернулась.
— Родственники или друзья не пытались их навестить?
— Как навестить-то? — изумился Евпатий. — Замок-то Бессмертного стоит на самой, что ни на есть, границе меж Явью и Навью. А вокруг — болота непроходимые, топкие. Верная погибель
Не пытались. Ехать к богатому жениху хотелось все меньше и меньше. Но думаю соседей, как и дядьку моё желание мало интересовало. Сидят, наверное, ручки потирают, что не их дочь жертвой будет.
Мда. Остаться и спокойно жить тут и искать как попасть домой мне явно не дадут. Придется ехать.
Я поднялась и отряхнула длинный сарафан от крошек.
— Ну спасибо тебе что просвятил. А то из Буяна слово не вытащить, только лопочет что-то про жениха богатого и мою черную неблагодарность. А пирожки у твоей мамы вкусные очень, спасибо передай.
Я развернулась что уйти, но тут неожиданно мужчина крепко схватил меня за руку, и спросил:
— Другая ты какая-то стала… И говоришь чудно. Что с тобой сталось?
Сердце ухнуло в пятки, и я задумалась, что будет если меня раскроют? Есть ли тут местная инквизиция, которая бы сжигала попаданок на костре?
  
Глава 4
 
Улыбнувшись как можно непринужденнее, я пожала плечами.
— Ну что ты придумал? Сказала же: плохо мне, в голове все смешалось. Пусти, мне домой пора.
— Провожу тебя, — угрюмо буркнул мужчина. Он небрежно перекинул через плечо кожаный колчан, полный стрел.
— А это зачем? — кивнула я на лук в его руке.
— На охоту сегодня уходим.
Говорили мы недолго, однако, когда вышли из избы солнце уже взошло высоко и озаряло землю своими золотыми лучами. Я вновь прислушалась к окружающему миру, вдыхая резкие ароматы свежей земли, древесины и сельской идиллии, такие непривычные для жителя шумного мегаполиса.
Я распрощалась с Евпатием около небольшой площади при храме. Моё внимание привлекли деревянные идолы, и я задержалась, чтобы вдумчиво их изучить.
Особенно притягивал взгляд идол женщины в длинной рубахе: волосы её были украшены цветными лентами, а в руках скромно покоилась прялка. В отличие от других, у её ног лежали свежие дары — пучки полевых цветов.
— Нынче мы молим Макошь о будущем щедром урожае, — услышала я голос за спиной, и он заставил меня обернуться.
У них тут традиция такая, что ли, подкрадываться? На меня, улыбаясь, смотрел мужчина в годах, почти дед. В волосах и бороде то тут, то там виднелись серебристые нити, от глаз шла сеточка морщин. Одет он был в чистую туникообразную рубашку с длинными прямыми рукавами и узкие штаны до щиколоток.
Я кивнула ему в знак приветствия и снова посмотрела на идолов. Мужчина тихо подошёл ко мне и оперся на длинную палку.
— Готова ли ты, Ладушка, отправиться в дальний путь? — спросил он, пытаясь завязать разговор.
— По правде говоря, нет, — призналась я, не желая вести долгие беседы, но и не хотела казаться грубой перед человеком, который не причинил мне зла.
— Ох, тяжело это конечно, милая. Но ты не переживай, дядька Прохор никогда своих в беде не оставлял, — выдал мужчина, игнорируя мой удивленный от его слов взгляд, — Вот что, доберёшься до замка, будь ласкова и послушна, но глаза держи открытыми. Может, узнаешь что-то важное, что поможет нам всем справиться наконец с напастью этой.
— Что вы имеете ввиду?
— Разное говорят, дочка. Некоторые считают, что Страж не такой уж и бессмертный, просто смерть его хорошо спрятана. Надобно найти её, а потом, ежели на весточку в острог пошлешь, то мужики уж сладят, да тебя от судьбы страшной спасут.
Похоже, этот Прохор завуалированно предлагал мне сделку. Но не думаю, что найти секреты этого Стража будет так просто, иначе бы давно послали туда кого получше меня. Но вариантов больше не было, придется брать что дают.
— Хорошо, — согласилась я, а затем уточнила, — Когда я уезжаю?
— Когда берёзы зацветут, — мужчина задумчиво поглаживал бороду, и после небольшой паузы добавил, — Через седицу будет в самый раз.
Интересно они тут ориентируются во времени, конечно.
— Ты бы пока сходила с девками за грибами, — предложил мне Прохор вместо прощания, — Любава о тебе спрашивала, скучает без подружки.
Я не стала уточнять у него, кто она такая. Сейчас мне было не до местных развлечений.
День прошел насыщенно. В остроге было много необычного. Например, кузница с очень даже симпатичным кузнецом, лавка травницы с пьянящим запахом трав и чудесная избушка бабки Яромилы, где меня угостили сладким пирогом.
Не только меня, у скромного жилища во дворе на поваленом бревне сидела толпа девиц. Оказалось, Яромила рассказывает очень интересные легенды и сказки, и это было одним из главных развлечений Ласточкиного острога. Ну и, конечно, угоститься потрясающей выпечкой.
Домой я вернулась к вечеру, уставшая, голодная, но на удивление довольная. Событие, новые люди, необычные вещи сменялись так быстро, что я как будто бы вернулась в детство, в мир открытий и чудес.
И не вспоминала о своей печальной доле, пока не поймала недовольный взгляд Жданы. Они с Буяном сидели за столом, а перед ними были миски с совсем не аппетитной серой массой.
— Что у нас на ужин? — с опаской уточнила я.
— А что сама приготовишь, то и съешь, — рявкнула женщина и я поморщилась, не понимая, зачем так орать, — Думаешь, я теперь обслуживать тебя буду? Не дождешься, чай не барыня.
Я вздохнула, но спорить не стала. Судя по боевому настрою, Ждана только этого и ждёт от меня, а я устала. Пойду лучше спать, а поесть и завтра можно. На свежую голову разберусь, что тут и как устроено, потому что ни плиты, ни сковороды я что-то не заметила в доме. Ну, хотя-бы яйца были.
Пожелав спокойной ночи своим новым и таким "замечательным" родственничкам, я улеглась в кровать, надеясь, что хотя-бы клопов там не будет. А то судя по тому, сколько пыли я подняла, укладываясь на матрас с соломой, вероятность этого нельзя исключать.