Судьба попаданки, или проклятье Бессмертного (СИ)

Молчание опустилось на кухню. Все представляли себе ту страшную ночь. А я сидела с остывшим супом и не могла поверить в услышанное, пока моё сердце сжималось от боли.
Значит ли это, что не только мне предлагали найти способ убить Вацлава?
— А что было дальше? — еле разлепив губы, хрипло спросила я.
— Убийц уничтожили. Это были наёмники из соседнего государства, и выйти на их нанимателя, к сожалению, так и не удалось. Вацлав приказал найти Велику. Она пыталась скрыться, но её нашли в одном из тайных проходов. Она плакала и умоляла о пощаде, но… — старуха вздохнула, — Вацлав был безжалостен. Он не мог простить предательства.
  
Я прикрыла глаза и честно призналась себе, что такое тоже не простила бы. Но все это лишь больше путало историю Стража для меня. Наёмники, попытки убийства, отсутствие и провал попыток найти, кто за этим стоит… Я слишком сильно вижу почерк кого-то могущественного.
Выходящего далеко за пределы старейшин острогов. Они точно, как и остальные, лишь пешки в этой партии.
Пока как-то слишком очевидно, что это ведьма. Но нелогично. Мне показалось, что та хочет, чтобы Вацлав страдал, а не погиб. Да и не зря же его называют Бессмертным, может она знает, что это невозможно?
Но если не она, то кто это может быть?
  
Глава 28
 
Сразу после обеда я вернулась к себе в комнату, чтобы проверить, как там Мурзик. Но кота, ожидаемо, в спальне не было. В целом, мой рыжик имел какую-то слабость к бродяжничеству и часто пропадал на день или два. За то недолгое время, что он провел в замке, кот неплохо набрал в весе и окреп.
В комнате было тихо, слабый свет проникал сквозь полузанавешенные шторы, создавая уютную полутьму. Я подошла к столу и начала расплетать косу с цветными лентами, когда обнаружила нечто необычное. На столе лежал свернутый пергамент.
Я развернула тяжелую бумагу, чувствуя запах свежих чернил. Письмо было написано аккуратным почерком старейшины:
“Ладочка, в честь приближающегося праздника Купалы, мы приглашаем тебя на торжество, которое состоится у костра на берегу реки.”
Я перечитала письмо еще раз, пытаясь понять, почему именно меня пригласили. Однако я почти сразу откинула эти мысли на потом и сама переключилась на мысли о празднике. В остроге я могла бы спокойно переговорить со старейшиной и, возможно, узнать что-то. Да и сам праздник…
Это же так интересно! Как бы только мне туда попасть?
Я взяла письмо с собой и вышла из комнаты. Единственный способ выйти из замка без последствий — это получить разрешение Вацлава. Поиски стража я начала с его кабинета, и хотя дверь была приоткрыта, внутри никого не оказалось. Только тихий шепот восковых свечей и легкий скрип половиц встретили меня.
Следующим был зал, который я называла тронным. Его высокие потолки и мощные колонны всегда внушали благоговение. Но сейчас и он был пуст, лишь эхо моих шагов отзывалось в пустоте. Я оглядела зал, надеясь увидеть Вацлава, но он был где-то еще.
Не нашла я мужчину ни в спальне, ни в библиотеке, хотя он часто проводил время здесь, погруженный в изучение древних текстов. Уже порядком уставшая и раздраженная, я поймала за руку первую встречную девушку и уточнила, не видела ли она господина.
Мне наконец повезло. Служанка сообщила, что Вацлав почти весь день находится в саду. Я вышла из замка и решительно направилась по извилистым дорожкам, ощущая под ногами хруст гравия.
Вацлав сидел на каменной скамье в уединенном уголке сада, среди старинных статуй и пышных кустов пионов. Мужчина был погружен в чтение книги. Легкий ветерок играл с его волосами, а последние лучи солнца создавали вокруг него ореол света. Он был так спокоен и сосредоточен, что я не могла оторвать взгляд.
Я стояла, завороженная этой картиной, пока он не поднял взгляд и не уловил мое присутствие. На мгновение между нами витало молчание, а потом я почувствовала, как краска заливает мои щеки. Я подошла к нему, нервно комкая письмо в руках.
— Вацлав, — сказала я, и мой голос звучал неуверенно, — я хотела бы поговорить с тобой.
Страж медленно закрыл книгу и посмотрел на меня серьезным взглядом.
— Тебя что-то беспокоит, — утвердительно сказал он, складывая руки на обложке книги.
Я протянула ему письмо, и его брови нахмурились, когда он прочитал его содержимое.
— Это плохая затея, Лада.
— Почему же? Что плохого в том, что мы немного повеселимся?
— Для вас, людей, этот день — самый светлый день середины лета, — тяжело вздохнув, ответил Вацлав, — но вы не знаете, что в эту ночь истончаются границы миров, и Навь просачивается в мир самыми злобными проявлениями. Ты прожила в замке уже два месяца, и на тебе отпечаток моей силы. Это может привлечь нечисть.
Я опустила взгляд в землю, пытаясь скрыть разочарование. Все у них через одно место. Ну и мирочек же мне достался.
— А если я обещаю быть осторожной? Если я возьму с собой охрану? — тут же нашла я новый аргумент.
Вацлав казался непреклонным, но вдруг его взгляд смягчился.
— Ты всегда находишь способ убедить меня, — улыбнулся мужчина, но его улыбка была грустной. — Хорошо, ты можешь идти. Но только если кто-то из моих людей будет с тобой всё время.
Я подскочила от радости и неожиданно для себя обняла его.
— Спасибо, спасибо, Вацлав! Я обещаю, что буду осторожна, — сказала я, чувствуя, как его руки тепло обвили меня в ответ.
Поняв, как со стороны это выглядит, я смущенно вывернулась из его объятий и, неловко попрощавшись, поспешила уйти. Потратив на сборы меньше часа и послав зеркалу кокетливый воздушный поцелуй, я вышла к воротам замка и замерла от удивления.
Для меня подготовили прекрасную серую лошадку с тонкими изящными ногами. Её шерсть переливалась серебром в лучах солнца. Рядом, словно статуи, возвышались два воина в кожаных доспехах с непроницаемыми лицами.
Но то, что меня удивило, стояло позади. Тележка, запряженная крепкими лошадьми, была нагружена до краев. Рулоны тканей, шкатулки, открыв которые, я обнаружила бусы, переливающиеся всеми цветами радуги, множество других даров. Уточнив у кучера в простой, но аккуратной одежде, для чего это, я узнала, что Вацлав приказал приготовить подарки острогу и раздать от моего имени.
Этот жест глубоко меня тронул, и я почувствовала, как в груди вспыхнуло тепло благодарности. Кучер улыбнулся мне и кивнул, давая понять, что все готово к отъезду. Один из воинов подал мне руку, помогая забраться на лошадь. Я устроилась поудобнее в седле и взяла поводья в руки.
Мы медленно тронулись в путь, и я оглянулась на замок, который уже начинал теряться в дымке тумана. Вацлав, наверное, стоял где-то там, в тени своего сада, и наблюдал за моим отъездом. На всякий случай я махнула рукой ему и, повернувшись лицом вперёд, почувствовала, как ветер начал играть с моими волосами.
И вдруг тоска сжала моё сердце. И чудовищная мысль, что я больше не увижу Стража.
  
Глава 29
 
Склон горы был крутым и извилистым, напоминая чем-то лестницу. Лошадка уверенно ступала по каменистой тропе, и, хотя вначале я очень боялась, её смирный нрав и спокойный темп быстро успокоили меня.
Мы спускались всё ниже, и воздух становился теплее и насыщеннее ароматами. Сначала я почувствовала запах мха и влажной земли, затем — терпкий аромат хвои.
Мы быстро выехали на знакомую тропинку через лес, и я снова с удовольствием могла наслаждаться солнечными лучиками и узорами, которые они создавали на земле, пробиваясь сквозь плотную крону деревьев.
А ещё весело переговаривались птицы над нашими головами. Почему-то в садах Вацлава птиц я почти не встречала.
Но вот лес становился всё реже, и сквозь просветы в деревьях начали проглядывать поля. Они расстилались перед нами, как зелёный океан, волнами уходящий к горизонту. Здесь и там встречались одинокие деревья, словно стражи, охраняющие бескрайние просторы. Поля были усыпаны цветами: маки, ромашки, васильки.