Игровой практикум (СИ)

Так и случилось, что Никита поправил здоровье человеку, которого стоило бы повесить на рее, и не снимать до тех пор, пока птицы не склюют тело.
Но несмотря на выплаченную виру, отношения с британцами так и не восстановились, хотя и находились в стадии «хуже некуда», пребывая в фазе вынужденных контактов, что конечно огорчало многих сторонников Короны в СССР. Но все сидели и молчали в тряпочку, потому как никому не хотелось стать пассажиром спецпоезда, затем — жителем спецпоселения, и следом обитателем спецмогилы, со спецномером.
Всего Никита вылечил и омолодил одиннадцать человек по «внешним» спискам, и ещё около ста стояли в очереди, но Совет обороны в ведении которого находилась эта операция, не спешил. Инвесторы уже занимались делом, и ни к чему толкаться плечами. Кто-то строил дороги, кто-то заводы, а был и фактически создавший международный концерн, по строительству жилья, и вот это страшно не понравилось Минстрою, доминировавшему на этом поле десятилетиями. Строители работали «на отстань», возводя как можно больше и как можно дешевле, не заботясь о дальнейшей эксплуатации домов, и сетей. Но привычная схема решения вопросов дала сбой, когда строители попытались надавить на руководство страны, им предложили пересмотреть жизненные установки, и собственные планы на существование, для начала приняв Комиссию партийного контроля, и прокуратуры. И вновь всё стихло, сменившись чинностью и благолепием. Новое руководство строительным комплексом всё отлично поняло, и никто не возникал, чётко исполняя свой план по строительству.
Полученную передышку страна использовала не только на улучшение инфраструктуры, но и на пересмотр государственных затрат, что выразилось в сокращение армии, и увеличение штата правоохранительных органов, так как в СССР одновременно могли пребывать до пяти миллионов рабочих из разных стран. Дополнительно к этому произведена перетасовка кадров в разных министерствах, всё время откладываемая по принципу «на переправе лошадей не меняют» а поскольку в СССР переправа постоянно, то и нормальная ротация кадров оставалась невозможной.
Никита никак не участвовал в процессе, внезапно получив отпуск на все три месяца лета, и вначале улетел в Ялту, и просто пожил две недели под шум волн, и крики чаек.
Сестра успешно родила чудесную золотоволосую девочку, и разрывалась между уходом за малышкой, и работой в архиве министерства путей сообщения, её муж тоже получил неплохое место в отделе инспекции подвижного состава Метростроя, так что можно считать судьба Варвары устроена наилучшим образом, особенно учитывая, что Никита купил молодым большую трёхкомнатную квартиру, а старую выкупил у государства и отдал деду Вариного мужа — Евгению Александровичу, ютившемуся с супругой на двадцати метрах коммуналки.
Никита вовсе не старался облагодетельствовать весь мир, но уж своих ближних не забывал, помогая по мере сил.
Из-за того, что времени стало больше, Никита стал чаще тренироваться и рисовать, сделав галерею портретов космонавтов, и руководителей Звёздного Городка. Портреты он рисовал по памяти, как-то посетив мероприятие, посвящённое Дню Космонавтики, в Кремле, и запомнив с фотографической точностью всех присутствующих.
Не придумав ничего лучше, он согласовал визит по линии КГБ, и в один из дней отправился в Звёздный городок, с багажом в виде двух десятков портретов.
Береговой принял его в своём кабинете, и хотел сразу усадить пить чай, но не удержался и решил посмотреть, что за упаковку притащили за гостем парни из «девятки».
Портрет самого Георгия Тимофеевича лежал сверху. И его он увидел сразу как откинул холст, закрывавший плотные листы картона.
Он долго всматривался в своё лицо, выглядевшее чуть устало, но с улыбкой смотревшего прямо на зрителя, и особенно придирчиво пройдясь взглядом по скафандру.
— Я в другом летал. — Он усмехнулся, но явно выглядел довольным, и отставив свой портрет, полез смотреть другие.
— Да… Он слегка очумело покачал головой, смотря на разложенные повсюду портреты, взъерошил волосы ладонью, и подошёл к селектору. Через полчаса в кабинете уже было не протолкнуться от людей в форме, но с картинами все обращались осторожно, хотя каждую работу при упаковке завернули в пластиковую плёнку.
  
Сразу решили выставить работы в Доме культуры, городка, и руководитель городского Совета, по телефону дал команду готовить дворец к выставке.
— У меня там люди грамотные, знают, что делать. — Пояснил он Береговому, и перевёл взгляд на Никиту, скользнув взглядом по его наградам, вздохнул чему-то, и снова взялся за трубку.
На выставке побывал кажется весь город, от мала до велика, а после Никиту, не слушая возражений потащили сначала на встречу с отрядом космонавтов, плавно перетёкшую в банкет и всякие разговоры.
Естественно никто не спрашивал за что получены ордена и Золотая Звезда, потому как люди понимали, что такое секретность. Но уж всяких разговоров и историй, случавшихся в процессе обучения было предостаточно.
— А что ты думаешь на счёт совместных космических программ? — Задал вопрос один из космонавтов, глядя на Никиту.
— Не вижу смысла. — Он улыбнулся. — Это похоже на то, как двое играют в шахматы, двигая фигуры левой рукой, а в правой держат пистолет, направленный на другого, причём палец уже лежит на спусковом крючке. Если дело происходит на необитаемом острове, и им нечем заняться, это понятно, хотя логичнее сначала отложить оружие в сторону. Но в нашем случае, когда на показуху тратятся народные деньги, для чего? Чтобы доказать что, кому и зачем? Наши и их парни держат друг друга на прицеле ракет с ядерными боеголовками, а там в космосе, мы будем целоваться в дёсны? Я понимаю зачем это им. Американцы до безумия агрессивны, и махают своей дубинкой по поводу и без, и им требуется хоть какой-то позитив в международных отношениях. Но объясните зачем это нам?
— Так вроде же мы работаем вместе? — Удивился Береговой. — Вон они нам автозавод строят, дороги, мосты…
— Это всё потому, что мы их взяли за… Никита замялся, вспомнив что за столом сидели и дамы. — В общем крепко взяли. — Произнёс он под общий хохот. — И это единственный способ беседы с ними. Наша рука у них на горле, ствол смотрит в лоб, а палец слегка подрагивает на спусковом крючке. И вот тогда они милы, и договороспособны. Не раньше. А космические программы… Всё зависит от того, что нам нужно от космоса. Если победные реляции, и статистика — это одно, а если что-то деловое…
— А что же именно?
— Связь для всех, разведка, раннее предупреждение о пусках враждебных ракет, и опасных метеоритов, биологическая, материаловедческая и физическая лаборатории в космосе, сборочный комплекс для отправки спутников к другим планетам, ну и всё что продиктует пытливый научный ум для удовлетворения собственного любопытства за казённый счёт.
— А сам бы не хотел попробовать? — Спросил Алексей Архипович Леонов, успевший слетать дважды.
— Не. — Никита улыбнулся, глядя в хитро прищуренные глаза космонавта. — Я тут с земными делами никак не разберусь.
— И много у вас дел? — Жена одного из космонавтов, машинально поправила чёлку, красиво крутанув запястьем.
— Вот, товарищей рисовал в основном ночами. — Никита негромко рассмеялся. — Но вообще-то это неправильно. Многие, я знаю, спят и дышат космосом, и мне кажется, что занимать их место — плохая история. Пусть каждый реализует свою мечту.
— А в чём твоя мечта? — Спросил Валерий Фёдорович Быковский, слетавший целых три раза.
— Да, как и у всех. — Никита пожал плечами. — «Жила бы страна родная и нету других забот». Процитировал он известную песню. — Я внизу, с парнями с автоматами, вы на орбите, связисты у своих установок, пилоты в небе, моряки в море, шахтёры под землёй, и каждый на своём месте.
  
Глава 2
 
На основании распоряжения президента США, всем государственным служащим США от 18 мая 1981 года, сотрудникам Центральной разведки приказываю: