Капитан космического флота (СИ)

— Рад был помочь, господин капитан, — сказал я.
Приврал немножко, но я и правда был рад, что нам удалось выполнить задание. А вот необходимостью дезинфекции и карантина был, наоборот, недоволен.
— Вы сейчас обратно в Зардоб? — спросил Жилин.
— Скорее всего, да, — ответил я. — Но не сразу.
— Понял вас. Мы тогда улетаем. Рад был познакомиться лично, господин старший лейтенант, — сказал капитан «Беспощадного».
  
— Взаимно, господин капитан, — ответил я.
Расстались вполне по-дружески. Дождались, когда оба челнока пристыкуются к кораблям, а потом разлетелись в разные стороны.
Шлюз я оставил заблокированным, отделение взвода охраны осталось ждать на челноке. Нужна была дезинфекция, и просто разгерметизировать челнок не поможет, некоторые патогены спокойно переносили и нулевое давление, и отсутствие кислорода, и экстремально низкие температуры. Особенно те, которые специально создавались для космоса.
Старший мичман Фидлер уже всё подготовила для встречи наших ребят. Бойцы терпеливо ждали, пока к шлюзу подсоединят все необходимые шланги и распылят внутрь раствор для дезинфекции. А после этого им придётся провести несколько дней в карантинной зоне. Процедура не самая приятная, но повторить судьбу станции К-663 мне бы не хотелось даже в кошмарном сне. Вид хаотично лежащих трупов запомнится мне надолго. А парням из взвода охраны, скорее всего, на всю жизнь.
Пока тянулась эпопея со станцией и дезинфекцией, трюм обшаривали на предмет уцелевших компьютеров с «Трибуна», чтобы уже прочитать этот злосчастный ящик. Понять, как и зачем этот корабль, переделанный из простого шахтёра, уничтожил «Льва Империи».
И одну рабочую станцию, правда, без мониторов и средств ввода, всё-таки удалось отыскать. Я потребовал, чтобы её принесли и установили в командирской рубке, пожертвовав одним из мониторов и местом второго помощника. Чёрный ящик находился при мне, я держал его под рукой, просто от греха подальше. Чтобы никто вдруг не задумал приделать ему ноги, если на корабле внезапно окажется крыса. Не то чтоб я не доверял команде, наоборот, но всегда лучше перестраховаться.
К общей сети, разумеется, ничего не подключали, даже запитали всё это добро от автономного источника. На этот раз я лично уселся за клавиатуру, раз в несколько минут поглядывая на показатели эсминца. Всё-таки я параллельно ещё и нёс вахту.
Помогать мне снова вызвался оператор третьего класса Дулбич, он со своего поста сменился, изучил в сети необходимую информацию и был готов по мере возможностей мне подсобить в этом нелёгком деле. Хакером я не был. Дулбич тоже, но в железе такого рода он разбирался лучше меня, и это нужно было использовать.
Однако включить рабочую станцию и подсоединить чёрный ящик я сумел и без его помощи. Машина оказалась не запаролена, и это здорово облегчало всё дело. Никто на «Трибуне», наверное, и представить не мог, что их железо будут читать прямо так.
На этот раз ничего не взорвалось и не сгорело, хотя Дулбич уже приготовил огнетушитель. Я даже выдохнул с облегчением, когда индикаторы на чёрном ящике замигали, а рабочая станция определила подключение нового устройства.
— Сработало, что ли? — пробормотал Дулбич. — Лишь бы кодировки совпали, блин…
— Не каркай, — проворчал я в ответ.
Чёрный ящик хранил в себе все записи до момента гибели «Трибуна», как системные, так и записи переговоров. И нам всё-таки удалось до них добраться. Я принялся листать всё подряд, без фильтров, просто выхватывая информацию глазами. Запись боя с нами, погоня, перелёт через гиперпространство… Целая куча бесполезной информации о том, что происходило во время перехода… А затем то, ради чего я всё это и затевал. «Лев Империи».
Я не ошибся. Термоядерную боеголовку по яхте графа Оршанского запустил именно «Трибун-88:201/14», космопорт приписки Дальний, системы Н-5126. Связь глушил тоже он. Естественно, никакой информации о заказчиках этой операции в чёрном ящике не оказалось. Только техническая информация, но весьма подробная и последовательная, так что умелый сыщик легко размотает этот клубок.
На всякий случай я выгрузил всю информацию с чёрного ящика на отдельный носитель. Чтобы снова не возникла проблема с совместимостью, и можно было изучить его содержимое где угодно. Этим я и собирался заняться, пока мы будем лететь обратно в Зардоб. Доказательства нашей невиновности получены, любая инстанция нас оправдает. Спросят, конечно, за атаку «Трибуна», за его уничтожение, но этот чёрный ящик давал исчерпывающие ответы на все возможные вопросы.
— Так, — произнёс я, когда копирование было закончено. — Ящик пусть будет у меня. А вот эту дуру надо унести обратно в трюм.
— Есть, господин старший лейтенант, — вздохнул Дулбич.
Хорошо, когда есть на кого скинуть тяжёлую и неприятную работу. Мне по статусу не положено теперь самому таскать тяжести. А весила эта рабочая станция килограмм пятьдесят, не меньше.
У меня были дела и поважнее, например, рассчитать курс на Зардоб и подготовить всё к переходу в гиперпространство. Я не был уверен до конца, что стоит вообще лететь именно туда, губернатор наверняка попытается как-то меня достать, навредить каким-либо образом, потому что все мои подозрения связаны были именно с ним, графом Димитриевским, но нашим штабным я обещал вернуться в Зардоб при первой возможности. А слово надо держать.
«Беспощадный» из системы уже ушёл, пора было уходить и нам, так что я подвёл эсминец к окраине системы, в последний раз взглянул на К-663, и начал плавный разгон для перехода в гиперпространство. Хотелось сделать это максимально красиво и мягко. А не так, как в прошлый раз.
  
Глава 10
 
Через гипер мы шли на комфортных и неторопливых пятнадцати тысячах. Я не видел ни одного повода спешить, наоборот, оттягивал момент появления в Зардобе, как только мог. Даже с козырем в виде чёрного ящика я самую малость нервничал, так как понимал — граф Димитриевский-Крейц не простит.
Опять же, никаких доказательств тому, что это губернатор заказал убийство, у меня не было, обезопасить себя и «Гремящий» я не мог никаким образом. Но пока мы летим в гипере, мы существуем как бы отдельно от всего остального мира, выбравшись за его изнанку, и до момента выхода из него можно забыть о том, что ждёт нас в Зардобе.
В этот раз летели гораздо медленнее, и я тратил это время на изучение содержимого чёрного ящика, пока весь остальной экипаж отдыхал. Я даже выписал отдельно маршрут «Трибуна» за последние две недели. В Зардоб этот псевдошахтёр прибыл непосредственно перед атакой, за несколько часов до нашего прибытия и прибытия «Льва Империи», а так он больше шлялся по безжизненным системам. И в К-663 он тоже заглядывал накануне. К станции не приближался, но факт посещения был зафиксирован в журнале.
Больше ничего стоящего среди этого вороха информации я не обнаружил, хотя убил достаточно много времени на поиски. Но это я, а вот имперские следаки наверняка найдут ещё что-нибудь интересное, если им это, конечно, позволят. Если следователь попадётся достаточно честный и бесстрашный, чтобы пойти на конфликт с целым губернатором. Если же нет… Об этом не хотелось даже думать.
Пока летели в гипере, меня сменил лейтенант Магомедов. Я попросил его сбавить скорость до восьми тысяч световых, так и я смогу отоспаться, и у него будет спокойная вахта, почти вся в гиперпространстве, без каких-то инцидентов и происшествий. По-хорошему, мне нужно было часов этак пятнадцать здорового крепкого сна в удобной мягкой кровати с ортопедической подушкой и под умеренно тяжёлым одеялом. Позволить себе я мог только шесть часов на узкой койке в каюте номер один. Но и это лучше, чем ничего, так что я добрался до каюты и рухнул на кровать, даже не снимая кителя.
  
Разбудил меня звонок из командирской рубки. Вызывала старший лейтенант Лаптева, видимо, вахты уже поменялись.
— Лаптева. Достигли нужной точки, разрешите выход из гиперпространства? — запросила она.