Номер двадцать шесть. Без права на ошибку (СИ)

Леди Мартина ушла за ним, не пытаясь подойти к жениху — не без помощи сиятельного лорда, надо полагать.
Но сейчас я думать об этом не хочу и не могу. Спиной ощущаю содрогающиеся стены замка. люди идут, быстро, молча, на удивление слаженно. Ана порывисто обнимает меня перед тем, как спуститься — и ничего не говорит. Прощается.
Интересно, почему некоторые люди всё понимают без слов, а другим, сколько слов не скажи — всё не то, всё без толку?
Кристем так и сидит на земле, всё ещё не пришедший в себя окончательно после магического осушения озера.
— Отлично справился, — говорю я. Хозяин поднимает голову, несколько мгновений смотрит на меня, словно не узнавая, а потом, видимо, замечает, что людей почти не осталось.
— Иди. Иди, нельзя тянуть.
Кристем встряхивает потемневшими от пыли волосами, словно приходя в себя от забытья, подхватывает трость и встает, чуть пошатываясь.
— Кори?
Ну что ж. Я уже со стольким справилась. Справлюсь и сейчас. Но губы всё равно противно дрожат, а голос, наверное, выдаёт моё смятение.
— Я закрою проход. И… присоединюсь к вам. Позже.
— Ты чего это удумала? — Кристем неожиданно ловко перехватывает трость за оба конца, накидывает на меня и подтягивает к себе.
— Только я могу удержать проход, а он закрывается слишком быстро, ты же видишь.
— Я без тебя не уйду. Никуда не уйду. Умрём вместе, если нужно будет.
Я хватаю его за ворот рубашки и целую в шею, в грудь в подбородок — туда, куда могу дотянуться, не вставая на цыпочки. Мне так стыдно перед ним. Но я не могу поступить иначе.
— Кристем… Я никому не говорила, но ты должен знать. Это моя тайна, но тебе сейчас я могу рассказать. Я умею летать, даже с одним крылом. Я сейчас поднимусь на башню и улечу. И буду жить. Беги. Какой смысл умирать… тебе. Подумай о матери. Обо всех.
— Ты врёшь.
Конечно, я вру. Но вру очень убедительно. Почти верю сама себе — я столько раз летала во снах, я помню это чувство. Не тебе, к сожалению, уличать меня во лжи, мой хороший, добрый, наивный мальчик.
Ты же сам грезил полётами?
— Кристем, я улечу. Как ты думаешь, почему я остаюсь? Я не хочу умирать, никто не хочет. Я… я все знаю. Вспомнила. Я не обычный человек, ты же видишь, как воздух слушается меня, невзирая на отсутствие магии. Я улечу, спрячусь. Отпусти меня. Ты сможешь отыскать меня чуть позже… если захочешь. Или я сама тебя отыщу. Мы ещё увидимся, я обещаю. Я клянусь тебе. А сейчас уходи и дай мне закрыть проход. Не задерживай всех остальных. Пожалуйста.
Сейчас я готова сказать все, что угодно, лишь бы он наконец ушел. И дал уйти мне.
Время уходит, ну же, решайся!
 Глава 53. 
/Макилан Сартвен/
Всё получалось… всё получалось максимально паршиво. Из всех наиболее паршивых вариантов ситуация стала развиваться по предельно отвратительному варианту.
Сначала он узнал, что Кристина так и не вышла замуж, живёт в замке и он, оказывается, "испортил жизнь несчастной девочке" — эта важнейшая информация выплеснулась на него буквально в первые же пять минут после появления на пороге замка Альтастен от любящих родственников — всё-таки хорошо, что они не стали и его родственниками тоже. Потом внебрачный мальчишка Артевиль умудрился исчезнуть — как вообще они не распознали, кто эти несколько месяцев прослужил им на конюшне?! Немыслимое равнодушие и слепота. Потом юнец Кристем безапелляционно заявил, что никаких ключей быть не может — конечно, кому это знать, как не ему!
А потом появился Иримус. Искалеченный, озлобленный и ещё более безумный, чем раньше. И, глядя на изуродованного мага, Макилан не мог не представлять Ала на его месте. Почему-то ему казалось, что то, что сотворил с Артевилем Митас — просто цветочки по сравнению с тем, что он сделал с лучшим другом юности своего драгоценного личного мага.
Мстительная тварь. Как он только на троне столько лет удержался. Что ж, возможно, очень скоро проблемы короля станут ему глубоко безразличны. Потому что шансы выбраться живым из десятого замка уменьшались стремительно. Артевиль, разумеется, был не один — довеском притащил с собой около двух десятков последователей, среди которых несколько довольно сильных магов огня, как минимум один воздушник… И кто знает, сколько ещё тузов в рукаве. Крохи по сравнению с тем, что он собирал в Старнике. Но и десятый замок — не Старник. Макилан ставил максимум на пару часов после того, как истечёт отпущенное Артевилем время.
 
Что ж…
Есть и хорошие моменты. Алариуса рядом с Артевилем не было. Может быть… может быть Ал хоть раз в жизни поступит по-взрослому и разумно, оставит короля и его главного противника бодаться друг с другом, а сам… будет жить. Просто жить. Где-нибудь, как-нибудь… очень скоро тринадцатый замок снова останется без хозяина и, может быть, вернёт себе законного владельца?
Кажется, Альтастены нашли способ покинуть замок через какой-то подземный ход. Не так уж они и безнадёжны. Большинство людей спасётся. Правда, Родерика они так и не отыскали… а мог ли мальчик отыскать какую-то лазейку и сбежать? Мэгран категорично утверждал, что нет, парня видели после его, Макилана, приезда, а потом все выходы из замка перекрыли — но кто знает, тут он сам виноват, надо было сначала расспросить обо всём мальчишку, а потом уже разбираться по поводу шестилетних слёз в подушку истеричной девицы Альтастен и претензий родни по этому поводу.
И имелся ещё один момент, вроде и мелкий, малозначительный, но отчего-то неприятный.
Сообщество магов, казавшееся достаточно обширным для сторонних, не включённых в него лиц, для него было относительно узким кругом. Многочисленных студентов младших курсов Академии в расчёт он не брал, но те, кто преодолевал роковую отметку в четыре года обучения и получали индивидуальных наставников…
За последние лет тринадцать Макилан лично перевидал практически всех. Это было не близкое знакомство, не попытка контролировать — до недавнего времени считалось, что необходимости в этом нет, напротив, Митас, стремясь казаться либеральным и просвещённым монархом, давал магам немалую свободу, скорее — определённый учёт. И то, что помимо Родерика Артевиля и Кристины Альтастен на немалой территории замка умудрился затеряться ещё маг Лиард Джастин, ему категорически не нравилось. Этого мага он помнил по Академии — и впечатление осталось не самое лучшее. Какое-то скользкое. Странно, что Джастин не переметнулся к Артевилю — впрочем, далеко не все были готовы так рисковать.
Макилан едви ли не кожей чувствовал, как всё меньше и меньше остаётся на территории замка людей — и думал о том, почему остался сам. Наверное, потому, что всё для себя решил ещё тогда, в Митраке, в королевском замке во время запоздалых откровений Его Величества. А ещё потому, что возвращаться ему было некуда. Не к кому. И сложно сказать, какая из этих причин была более весомой.
Жаль одного — некому будет следить за могилами мамы и Мелинды. Но…
Наверное, и это скоро станет совсем неважным.
Для того, чтобы понять, что время, отпущенное Артевилем "на размышления" подошло к концу, часы не понадобились. Воздушно-огненные удары, которые он достаточно успешно и практически незаметно блокировал — не стоило раньше времени выдавать своё присутствие — эффектные, но малоразрушительные, почти прекратились. Зато резко усилился жар — и запах. Запах гари и дыма, назойливый и удушливо-колючий, царапал горло и разъедал ноздри, впрочем, неудивительно, если над этим тоже поработал талантливый маг воздуха — с учётом огромной территории замка и высоты башен накрыть ядовито-едким облаком подобное пространство… вызывало невольное восхищение. Он бы так не смог. Практики мало, да и силы далеко не те.
А вот Ал бы смог запросто. Ещё бы и прибавил чего-нибудь от себя, чтобы не скучно было — падающих с неба сколопендр, например. Отсутствие подобных сюрпризов внушало надежду, что Алариус действительно не здесь.