Гений АЗЛК (СИ)

— Убедительно, — согласились все трое, но я не остановился на достигнутом.
— Теперь имитируем максимальный перегруз. Я цепляю прицеп от МТЗ, в нём тонна груза, кто-то один садится со мной в кабину, двое, как принято на селе, просто забираются в кузов. Дизель мощностью каких-то жалких 60 лошадиных сил, но с высоким крутящим моментом, и правильно подобранные передаточные числа творят чудеса.
  
Я не выезжал за ворота завода, зная, что для такой исполинской массы тормоза слабоваты, покружил публику, катаясь между цехами на 2-й передаче, вернулся к гаражу экспериментального. Указатель температуры двигателя ушёл к максимальному, но радиатор не успел закипеть, иначе разрушил бы показуху.
— Да хрен с ней, с внешностью! — воодушевлённо заявил один из пассажиров в кузове, спрыгивая с него. — Да за пять тысяч очередь за ними будет стоять — отсюда и до Домодедово. Что мы должны подписать, чтоб двинуть дело к серийному выпуску?
— Пройдёмте к мне в кабинет. Машина, конечно, получит экспортный потенциал, если кабину оформить в духе РАФа. Но это не к спеху. Внутренний рынок на этот раз важнее.
Житков не возражал.
Валю я не приглашал на демонстрацию, чтоб покрутить попой. Рядом с моей супругой ЕрАЗовский огрызок смотрелся бы ещё более контрастно.
Она не лезла в мои конструкторские замуты, наверно даже не подозревала, сколько их. Чуть отодвинулась на второй план, но не ушла в небытие крупная машина в кузове седан, убийца и ГАЗ-24, и ГАЗ-3102. Над ней работали четверо и не торопясь, начиная с главного — силового каркаса кузова. Мы имели только чертёж 6-цилиндрового V-образного двигателя, исполненного пока в единственном рабочем экземпляре — для выставочной в Женеве «березины», на АЗЛК соорудили массогабаритный макет. Всё же малолитражки — это проходные модели, а вот если удастся заместить «волгу», меня или вознесут, или похоронят.
Не забывал и о спортивных машинах, забыть о них не дали бы братья Большие и Эдгард Линдгрен, мы готовили сразу 4 экземпляра для кольцевых шоссейных гонок в классе 1600, и это должны были быть шедевры. 16-клапанные двигатели с впрыском (это теперь разрешалось) и наддувом (запрещено, но хрен найдёшь) выдавали 180 лошадей при 8500 оборотов, правда, ценой сокращения моторесурса до одной гонки. Коробка — без синхронизаторов, переделанная от «рогнеды», мотор несколько сместился назад, улучшив развесовку. Дорожный просвет между эластичным фартуком под передним бампером и асфальтом составил не более 5 см. Литые диски от «Тойота-Моторс» и широкая низкопрофильная резина R15, тогда как практически у всех конкурентов R13.
Машины шлифовали тщательно и методично. Радиаторы удвоенной ёмкости, как и удвоенная производительность помпы охлаждающей жидкости.
Внешне гоночный «москвич» от собрата для поездок в булочную отличался разительно. Не только привычные пластиковые накладки на арки, позволяющие нацепить нестандартные колёса, капот словно вдавлен внутрь — за счёт смещения двигателя назад и избавления от карбюратора. Обдували — лобовое сопротивление уменьшилось, прижимная сила на переднюю ось на скорости возросла. Несколько меньше будет и воздушный мешок за кормой, куда обязательно пожелает влезть какой-нибудь пассажир.
Если на «копейке» в раллийной раскраске я снял на улице мисс Тольятти, то с такой тачкой, наверно, на меня польстилась бы Софи Лорен. Но я верен Валентине, стало быть, итальянской кинозвезде (ха-ха) пришлось бы вызывать такси.
Кстати говоря, о Тольятти. Министерство задумало выездное совещание, в том числе посвящённое проблемам поволжского автомобилестроения, главного в СССР, я получил приказ участвовать. В город, ставший на одно время почти родным, ехал не с грудью, полной орденов, чтоб всем показать каким стал героем, чувствовал нечто вроде лёгкой ностальгии. А ведь времени прошло всего ничего, просто каждый месяц этой жизни странным образом наполнялся больше, чем год предшествующей.
Сбежал с части протокольных мероприятий и рванул в экспериментально-испытательный цех. Начальник был тот же, добрая половина парней поменялась, но оставшихся хватило, набежали-окружили. Карамышев сразу взял быка за рога:
— Серёга, с ралли — всё? Большой начальник, а погонять не тянет?
— Ещё как тянет. Не поверите, братцы, отказывался от гендиректорства, хотел быть только начальником Конструкторского центра. Так мне всучили обе короны. И правда, не погоняешь.
О квартете заряженных шоссейных машин и начавшихся тренировках умолчал. Тем более внимание привлекли новинки ВАЗа — «пятёрки» и «четвёрки». Поднял капот одной и понял, почему здесь не спешили с этой линейкой. Заводчане не впихивали передний привод в изначально заднеприводную машину, полностью переработали передок, развернули двигатель поперёк. Изменился и внешний вид, лицо стало более обтекаемым, чем памятное мне по прежнему миру. Очевидно, что машины гораздо прогрессивнее рядом с 2140, и только максимально быстрое освоение «людмилы» позволит АЗЛК сохранить свою нишу.
Вынюхав всё, что возможно, пошлёпал в заводоуправление на титульное мероприятие. В глубине коридора вроде бы мелькнуло знакомое лицо. Лиза? Не уверен и уточнять не стал.
Зашли в актовый зал, тот самый, где нам пел Высоцкий. Накануне торжественных речей сработал инстинкт. Я замер с сосредоточенным лицом, преданно, но несколько расфокусированно глядя в президиум. Какая-та часть сознания приготовилась ждать в дежурном режиме и реагировать, если обратятся ко мне или вдруг что-то произойдёт, достойное пробуждения из дремоты, в которую погрузится 90% мозга. Думаю, что большинство чиновников моего или несколько более низкого ранга обладает тем же умением, иначе от бесконечных собраний-заседаний-совещаний как нефиг делать свихнуться.
Началось. Судьбоносные решения XXVII съезда КПСС и какой-то там Парткоференции… В свете Постановления майского 1979 года Пленума ЦК КПСС… Реализуя Постановление ЦК КПСС и Совета Министров о повышении-раширении-углублении… Ура, товарищи… Не спать, Сергей Борисович! Продолжительные аплодисменты.
Хлопая в ладоши, проснулся, и не зря, пошло интереснее. Работа поволжских предприятий была признана вполне успешной! Ладно — ВАЗа. Ладно бы Ижмаша, он, правда, восточнее Волги. Министр с самым нейтральным выражением лица признал удовлетворительной работу ГАЗа и УАЗа, а также ЗМЗ, по-прежнему штамповавших устаревшую, неэффективную, ненадёжную продукцию, отстающею от мирового уровня лет на 20–30, и практически не шевелились, чтоб заменить «буханку» или «волгу» чем-то, соответствующим по развитию… ну, не надо требовать с них много, хотя бы году 1970-му. Это барахло пользовалось спросом по единственной причине — из-за отсутствия альтернативы, а население скупало поделки автопрома вдвое-втрое дороже себестоимости по причине искусственного дефицита.
Я прекрасно знал Анатолия Анатольевича и то, что он объективно оценивает поволжский металлолом. Значит, для него это враньё важно.
Упс… Причина вылезла. Ему потребовался фон, чтоб пустить под раздачу Запорожский автозавод. То есть решил бить лежачего.
Я вылез, поросился на трибуну.
— Без смены модельного ряда ЗАЗ — труп. На радикальное обновление средств нет. Тупик? Я знаю выход. Конструкторский центр разработает замену с максимальным использованием частей, агрегатов и узлов, производимых в СССР.
Это был не блеф. Решение порхало в воздухе. Уменьшенная ижевская малолитражка! ВАЗовский двигатель 1300 обрезается на цилиндр, с ним остаётся та же запорожская коробка передач. Трёхдверный хетчбэк, а к двум дверям салона потребители «запорожцев» привыкли, впишется в габариты: до 1500 мм в ширину и до 3700 мм в длину. Иными словами, получится «Таврия», только избавленная от уродских черт «Форд-Фиеста», по образу которого в моём прошлом мире в Украине слепили ещё более уродскую подделку под авто.
  
Штат Конструкторского центра придётся увеличивать. «Людмила», грузовик для ЕрАЗа, «руслан», «нью-запорожец» и спортивные авто — многовато для горстки людей.