Прятки с любовью (СИ)

Матросы тут же принялись отвязывать канаты, и судно плавно отошло от пирса. Я обогнул левый борт и вышел на нос лодки, где оборудован столик, но там никого не было. Хотя матрос сказал, что я прибыл последним.
Остановился и огляделся.
В ярких лучах солнца на самом носу яхты у поручней стояла Самойлова. На ней полосатая футболка и светлые шорты. Девушка молча любовалась закатом в гордом одиночестве. Где же ее жених?
  
Медленно приближаюсь со спины.
— Добрый вечер, — соблюдая все правила приличия, — а где Дмитрий Васильевич?
Света удивленно оборачивается, окидывает меня взглядом:
— А где Таня?
— Ей стало плохо после морского коктейля за обедом, — отвечаю осторожно, чувствуя подвох в происходящем.
— Вот же…
Она решительно разворачивается, и, огибая меня по большой дуге, спешит к левому борту, с явным намерением сбежать. Я понимаю, что Нагольского на яхте нет, и стою, терпеливо ожидая, когда до Светланы дойдет, что мы уже отошли от пирса на приличное расстояние и нас ждет трехчасовая прогулка в открытое море. Хочет она этого или нет.
Женщина появляется на носу яхты через пару минут, с таким ненавидящим выражением лица, что я почти поверил, что превращусь в прах.
— Полегче, — усмехаюсь ядовито, — я тут ни при чем.
Света скрещивает руки под грудью и мрачно глядит на меня исподлобья. Хотя это я должен психовать и выпендриваться.
— Где Дмитрий Васильевич?
— У него совещание по видеосвязи, вынужден был остаться, — отвечает Самойлова нехотя и отворачивается от меня, любуясь водной гладью.
— Так значит мы тут с тобой вдвоем? — уточняю, так на всякий случай.
Забавно получилось, конечно.
Света кидает на меня яростный взгляд и идет вдоль поручней правого борта, пока ветер треплет ее волосы, играя в них солнечным светом. Она хочет сбежать. Но на яхте этого не сделать, при всем желании.
— И вся команда, — спешно напоминает рыжая, словно бы я маньяк какой-то, — Держись от меня подальше!
— Ты слишком высокого мнения о себе, крошка. Твоя Таня очень ничего. Скажу даже, что она явно лучше тебя.
Ее роскошные, мягкие губы сжимаются в тонкую полоску, а рука вскидывается для очередной оплеухи. Но в этот раз я успеваю перехватить тонкое запястье, в паре сантиметров от своего лица.
— Повторяю. Я тут ни при чем. И держите руки при себе, — не пытаюсь скрыть насмешку, подмечая, как ей обидно каждое мое слово.
Но, сама виновата.
— Закуски поданы, мы выходим в открытое море, — на корме показывается один из команды и улыбается широко, ни капли не смущаясь того факта, что мы явно на взводе, хоть и стоим друг к другу интимно близко, — Как только бросим якорь, вы сможете искупаться в открытом море.
Самойлова отдергивает руку, и я отпускаю ее без проблем.
— Животное, — констатирует женщина и идет к носу яхты.
Не знаю, кого она имеет в виду. Очень похоже, что меня.
— Стерва, — отвечаю ей в спину.
Светке идут светлые шорты, сквозь которые просвечивает белоснежный купальник. Женские формы завлекают мое внимание, но я быстро одергиваю себя.
Теперь, когда я могу мыслить ясно, с удивлением понимаю, что дело было вовсе не в сексуальном влечении. То есть, после изнурительного секс-марафона с Закорюкиной, я все равно хочу Светлану.
Что за магия?
Матрос отодвигает для женщины стул, перед сервированным на четверых квадратным столиком. Белую скатерть треплет ветерок, солнце медленно клонится к линии горизонта.
Мы садимся друг напротив друга. Скрещиваем взгляды. Не удивлюсь, если у нее под столом окажется оружие. И она с удовольствием выпустит в меня всю обойму.
Не знаю почему, но все происходящее дико меня забавляет.
— Вообще-то, это ты шантажируешь меня, — пытаюсь начать разговор начистоту, — Таньку мне подсунула.
Света окидывает меня ненавидящим взглядом и отводит глаза.
Матрос возвращается, с широкой улыбкой и ставит на стол ведерко, заполненное льдом, в котором стоит бутылка.
— Шампанское?
— Наливайте, я же на отдыхе, — отвечаю бодро.
Да пошло оно все. За руль мне сегодня тоже не нужно. Так что можно расслабиться.
— Я не буду, — сварливо говорит Самойлова.
— Мне больше достанется, — отмахиваюсь на удивленный взгляд парнишки, что как раз с радостным хлопком откупорил бутылку.
Света вздрагивает, и кидает злой взгляд на него. Ух ты, кто-то сегодня не в духе?
Матросик наливает мне в бокал немного шампанское, и, дождавшись, когда он покинет зону слышимости, я поднимаю его.
— За тебя пью, Свет! — улыбаюсь криво, с издёвкой изучая ее недовольный профиль, — За твою предприимчивость и ум, за умение плести интриги и портить людям жизнь!
Она резко встает.
— Знаешь что?
— Что? — я тоже поднимаюсь со стула и залпом закидываю в себя газированный напиток, едва не поперхнувшись.
— Я не обязана это слушать!
Она вдруг делает два быстрых шага от столика к поручням, и прыгает за борт сложа руки словно русалка. Пучина проглатывает ее, выкинув лишь немного пены.
Оторопел я всего на пару мгновений, а потом, встретив такой же удивленный взгляд паренька, что нас обслуживал, шагнул к борту. Парень, с тарелкой фуагра — за мной.
— Светка! — ору на воду, спешно сдергивая с себя рубашку.
Она плавать-то хоть, умеет⁈
Матрос ставит закуски и бежит к капитану, а я вываливаюсь за борт, едва приметив рыжую макушку, над водной поверхностью. Не очень-то верю в свои силы.
Ну, что за дура так поступит⁈
Впрочем, едва толща воды выталкивает меня, я оглядываюсь и подмечаю Самойлову, что гребет похлеще матерой синхронистки, к какому-то островку-отмели неподалеку. Я за ней.
С опаской поглядываю под ноги, на случай если вдруг мне попадется какая-то большая рыба с острым треугольным плавником. Плыть с протезом очень неудобно, особенно когда до одури боишься глубины, и всяких морских тварей.
Яхта останавливается, и лениво берет курс в нашу сторону. Правда, очень скоро я понимаю, что она остановилась. Почему?
Ответ приходит сам собой — впереди коралловый риф.
  
Глава 16
 
Светлана 
Мои руки загребают воду, и пока работает тело, я могу не думать ни о чем. Ведь стоит во всё происходящее включиться голове, начинаю осознавать, насколько я не права. Совершаю глупые поступки, один за другим!
Чувствую под ногами дно и тут же становлюсь, переводя дыхание. Делаю шаг, и обо что-то ударяюсь. Тут же вокруг щиколотки образуется небольшое красное пятно. Вот же черт!
Иду к берегу, боли не чувствую. Только сейчас понимаю, что оказалась у кораллового рифа, и то, что слегка оцарапало ногу — просто чудо. Тут вообще без ног можно остаться. Но хорошо, что я в кедах. Подошва защищает мои ступни, и…
— Света, твою мать!
Злой рык за спиной дает мне сил, ускоряюсь, не желая компании Марка.
— Оставь меня в покое!
Как же он меня достал! Даже на сраном необитаемом острове не побыть одной!
Тяжело дыша, выбираюсь на берег, и едва справляясь с усталым телом, спешу на горячий, раскаленный пляж.
Марк не отстает, из его протеза льется вода через специальные отверстия, что мешает ему двигаться. Так что у меня преимущество.
Решительно иду вглубь острова, хотя тут только скромный ряд пальм, и снова пляж. Так что бежать некуда, если я не собираюсь доплыть до самого Мале отсюда.
Останавливаюсь растерянно и озираюсь.
Что же я делаю?
Марк возникает среди пальм через пару мгновений. Его торс обнажен, застывшие капельки воды мерцают на смуглой коже. Он тяжело дышит, как и я.
Мы смотрим друг на друга пару долгих мгновений. Сдаюсь первая, делаю к нему шаг. Он ко мне.
  
Нас притягивает друг другу магнитами, это какое-то безумие. Складывается впечатление, что в момент, когда я вижу его, мой мозг отключается. И бразды правления перехватывает что-то другое.
Солнечный сгребает меня в охапку, и целует жадно. А я — его, зарываясь пальцами во влажные волосы мужчины. Он оттесняет меня к какой-то пальме, углубляя наш поцелуй.