От винта, господин дракон! (СИ)

Пару дней я провела как у Создателей за пазухой. Единственным, что не давало совсем расслабиться и жить в свое удовольствие было собственное нетерпение. Мне хотелось поскорее продемонстрировать Гвен, Сою и всем членам летного клуба модель нашего с Джеем детища. Точнее, детище-то брата в основном, я только так, на подхвате… А ждала я, понятное дело, когда в летном клубе состоится первый в этом сезоне полет. Сразу после этого знаменательного события я и должна была показать всем плоды нашего с Соем труда.
Чтобы себя унять, я снова принялась писать письма братцу. «Джулс, хорош дергаться, — был мне ответ, — лучше займись чем-нибудь полезным». Иногда Джейсон был до ужаса зануден.
Так или иначе, в день открытия сезона я явилась в «Попутный ветер» одной из первых. В комбинезоне, как и положено. Само-то я, конечно, летать не собиралась, ни с моей фобией этим заниматься, но Гвен просила помочь дотащить крылья до рамки перехода: перекидывать в горы летунов оттуда ректор должен был самолично — только драконы с пространственной магией таких масштабов могут дело иметь. Но до рамки еще добраться надо, а по распорядку положено было крыльев иметь больше, чем летающих — мало ли, сломается там чего… так что каждая пара рук была на счету.
Через четверть часа нас собралась целая дюжина, это не считая двух преподавателей-воздушников, которые должны были страховать начинающих. Мы нагрузились крыльями — и уже собранными, и теми, что только предстоит собрать — и отправились к полигону, расположенному за учебными корпусами. Именно там и располагалась рамка.
Ректор уже был на месте. И к моменту, когда мы добрались до нужной точки, переход был уже настроен. Один за другим мои приятели ныряли в зеркальную гладь перехода — и выходили уже по другую его сторону. Я вздохнула — и последовала за остальными.
Чистый горный воздух, высокое небо, ветер… Живописные склоны и высота… обрыв… Меня затрясло, живот скрутило, сердце подпрыгнуло и исполнило несколько веселых па в районе горла. Перед глазами замелькали знакомые картинки — крылья, обрыв, красное, белое… голова закружилась. И я, едва успев положить «драконье крыло», резко развернулась чтобы быстрее вернуться обратно.
— Хоуп, ты куда это? — преградила мне путь бело-голубая скала. — Не летишь, что ли?
— Нет, — замотала я головой. — Не могу. Высоты боюсь.
Я думала Алирийский примется по своему обыкновению ухмыляться и упражняться в остроумии. Тема-то благодатная — летун, который боится летать. Но то ли вид мой был уж очень жалок, то ли что… Только ломаные брови дракона слегка нахмурились а льдистые глаза посмотрели на меня очень внимательно, с прищуром.
— Раз так, — произнес он, — идешь со мной.
— А вы разве не остаетесь? — не поняла я.
— Три часа тут куковать? Вот уж была охота… — пожал плечами дракон.
«Вот хруща ему под бампер… и о чем с ним говорить? — думала я, перешагивая через зеркало перехода. — Не о нашей же последней встрече…».
— Значит, высоты боишься, — все так же внимательно, даже мрачно разглядывая меня, задал тему нашей беседы ящер.
— Да, — призналась я, сжав пальцы — в очередной раз осознавать свою уязвимость было крайне неприятно. — Мне плохо становится, паника накатывает и мерещится… разное.
— Что именно?
— Горы, крылья какие-то, что-то белое с красным… узоры или… не знаю… все очень быстро мелькает..
Экхарт снова тяжело посмотрел на меня как тогда, в своем кабинете. Под этим взглядом стало совсем неуютно.
— Я пойду обратно в клуб. Модель еще раз проверю..
Тут мне в голову пришла очередная гениальная мысль — и я едва не вцепилась пальцами в рукав идущего рядом дракона.
— А давайте я вам ее покажу. Вы будете первым. Даже Гвен ее еще толком не видела, а?
— О-оу! — как-то совсем уж непосредственно произнес Алирийский и глазища свои потешно округлил. — В последний раз, когда я слышал от тебя подобное, чуть было не лишился хвоста и хорошего костюма в придачу.
— Нет, нет, не волнуйтесь, — тут же широко заулыбалась я очаровательной пираньей, — теперь ничего такого не будет. Вы должны оценить, вы же чувствуете воздух..
  
— Ладно, уговорила, — усмехнулся ящер, немного подумав. — Веди, показывай свое изобретение.
— Оно не мое, — поспешила я пояснить, — а Джейсона, моего младшего брата. Джей — гений, но ему трудно разговаривать с людьми, поэтому я ему помогаю. Он не умеет общаться, а я боюсь высоты… вот такая у нас забавная парочка… — хихикнула я.
— Действительно, обхохочешься, — тяжелый, будто налитый свинцом его взгляд едва не пригвоздил меня к земле.
Голова снова начала кружиться, и я поспешила поскорее сменить тему.
— Вы рисуете? Я видела… в прошлый раз. Очень красиво, я бы так не смогла, — затараторила я и снова натянула улыбку.
Ну же, люди любят поговорить о себе. Вряд ли драконы так сильно от них отличаются.
— Случается время от времени, — не слишком охотно отозвался ящер.
— А почему тогда занимаетесь не этим, а совсем другими вещами? Финансы, дипломатия, промышленность… — показала я ему свое знакомство с его послужным списком.
— Потому что некоторые увлечения должны оставаться увлечениями, — туманно пояснил дагон, скосив глаза в мою сторону. — Иначе лет за триста надоедят хуже овсяной каши.
— Эмм… ну да, наверное, — слегка натужно рассмеялась я. Ну хоть что-то у нас с ним общее имеется: овсянку я тоже не очень. — Придется поверить вам на слово. Вы, наверное, за это время успели многое перепробовать… и в работе и в…развлечениях.
Вот какой хрущ сейчас потянул меня за язык, спрашивается?
— Что касается развлечений, Ли, — эдак с хитрецой меня разглядывая, произнес ящер, — я перепробовал почти все.
— А все — это?.. — в голову приходили разные варианты самых непотребных непотребств.
— «Все» — это значит все, — понизив голос до заговорщицкого шепота, поведал он мне. — Только свидетелей тому нет. Уже.
— Вы что же, всех того? — ахнула я и провела пальцем по горлу.
— Да нет, не пришлось, сами померли… от старости, — взгрустнул он.
— Врете вы все! — поняла я тут же. Уж больно довольный вид был у этого ледовитого прохиндея.
— Ты ничего не докажешь, — уголки драконьих губ слегка дрогнули, а потом он неожиданно мне подмигнул.
И я почувствовала, что улыбаюсь. Широко, радостно и совершенно искренне. Иду и смеюсь рядом с этим чешуйчатым, будто мы с ним приятели. А дорога к павильону даже не думает заканчиваться.
«Никуда не годится, Ли… — пожурила я себя, — Срочно давай исправляйся».
— А правда, — осторожно спросила, — что вы против того, чтобы люди летали наравне с драконами?
Лицо Алирийского тут же стало совершенно непроницаемым, а взгляд — серьезным.
— Правда, — спокойно ответил он.
— А почему, если не секрет?
— Не секрет, — он смотрел вперед, предоставив мне вдоволь любоваться своим резким строгим профилем. — Не хочу проблем для тех, кого считаю своей семьей.
На этом месте я немного зависла. Разбушевавшееся воображение предъявило мне следующую картину: дракона в веселом доме в окружении все тех же полуодетых дев, только в этот раз на руках у каждой по розовощекому младенцу со змеиными глазами. Пришлось даже головой потрясти, чтобы прогнать это наваждение.
— Я говорю о драконах, — решил-таки пояснить Экхарт.
Значит, драконов он считает семьей, не племенем. А людей, интересно, кем? Врагами? Вынужденным злом, которое приходится терпеть?
Разговор наш сам собой сошел на нет, и до здания клуба мы добрались в полном молчании. Пока я бегала по павильону, завершая последние приготовления к показу, дракон скалой возвышался в его центре и с прохладным интересом поглядывал по сторонам.
— Вы отойдите подальше, на всякий случай, — снова сверкнула я широкой «рекламной» улыбкой… — и если вдруг что, просто присядьте, ладно?..
— Умеешь ты успокоить, — ухмыльнулся Алирийский, но совету моему последовал и отошел на другой конец павильона, почти к двери.