Отброс (ЛП)

В какой-то момент никакой боли и унижения будет недостаточно. Он боялся, что в какой-то момент Тейлор ударит лезвием бритвы по запястьям, а не по бедрам.
Если они не найдут более здоровый способ справиться с эмоциональными проблемами Тейлора, это может привести к серьезным последствиям. Уоррен не был уверен, что сможет справиться сам.
Но если не он, то кто?
Он придвинулся поближе к Тейлору, пытаясь успокоиться. Было почти четыре часа утра.
  
Никто не мог сказать, что принесет следующее утро. Вполне возможно, что вся ночь прошла впустую, и завтра они вернутся к тому, с чего начали.
Уоррен понятия не имел, что он тогда будет делать.
 Глава 16 
Тейлор проснулся от запаха бекона. От голода у него заурчало в животе.
Взглянув на часы, он понял, что уже одиннадцать часов. Почему он так долго спал? Обычно он просыпался между восемью и девятью. И Уоррен никогда не готовил для него. Он сделал это только однажды, на следующее утро после эпизода Тейлора. Но вчера…
Вчера.
О нет.
Воспоминание обрушилось на него с такой силой, что у него перехватило дыхание, и он свернулся калачиком под простыней. Он вспомнил свою ужасную черную ярость, и переулок, и лошадь для порки, и бесконечную череду мужчин, трахавших его.
И, наконец, Уоррена. Он вспомнил выражение лица Уоррена в начале вечера, когда Тейлор назвал его жирным, ленивым куском дерьма.
Уоррен, который сделал то единственное, что Тейлор почему-то отождествлял с любовью.
Уоррен, который употреблял такие слова, как «ценил» и «лелеял».
Тейлор медленно поднялся с кровати, морщась. Мужчины были не так грубы, как могли бы, но ему все еще было больно. В этот момент он пожалел, что его меньше трахали и больше били. Он это заслужил.
Он долго пробыл в ванной, хотя его желудок требовал еды. В конце концов, он услышал тихий стук в дверь спальни.
- Тейлор? - Позвал Уоррен. - Я знаю, ты уже встал. Ты, должно быть, проголодался. Выходи и поешь.
- Я иду, - сказал Тейлор.
Он посмотрел на свое отражение, изучая темный синяк вокруг левого глаза. Он вспомнил, как Уоррен крепко прижимал его к себе, когда он засыпал. Он чувствовал себя таким умиротворенным, но теперь при мысли о том, что он выйдет за дверь и увидит Уоррена, его бросало в холодный пот.
За долгие годы он стал экспертом по отпугиванию мужчин. Он не знал, как смотреть в лицо тому, с кем решил остаться.
 Он медленно оделся и спустился в холл, чувствуя, как от голода и нервов сводит желудок. Уоррен уже поел и споласкивал свою тарелку. На столе стояло еще одно блюдо — яичница-болтунья, бекон, тост с маслом и стакан апельсинового сока. Пока Тейлор стоял, наблюдая за происходящим, Уоррен поставил рядом чашку с горячим кофе.
- Садись, - мягко сказал он.
Тейлор не мог даже взглянуть на него.
- Прости.
- Это я должен извиниться, Тейлор. После твоего последнего эпизода я сказал, что справлюсь с твоими плохими днями, но когда пришло время доказать это, я подвел тебя.
- Нет. - Тейлор подавился этим словом, борясь со слезами. - Уоррен...
- Это не имеет значения. Ты прощен. И, надеюсь, сможешь простить меня.
- Ты не сделал ничего плохого.
- Я тоже не очень-то хорошо поступил. Я думаю, лучшее, что мы можем сделать, это признать, что мы оба плохо справились, и пообещать друг другу, что в следующий раз поступим лучше. Согласен?
У Тейлора закружилась голова. Нет, он не мог с этим согласиться. Он считал, что Уоррен не заслуживает ни малейшей доли вины. Только не после всего, что сделал Тейлор. Только не после того, что он наговорил.
- Садись и ешь, - сказал Уоррен мягким голосом.
Но это было слишком просто.
- Нет. Я ударил тебя ногой. И дал пощечину. Я наговорил ужасных вещей. Я не имел этого в виду.
- Ты прощен.
Тейлор покачал головой.
- Я этого не заслуживаю.
Уоррен придвинулся ближе. Он протянул руку, чтобы коснуться щеки Тейлора, но Тейлор отдернулся.
- Не надо.
Уоррен издал низкий горловой звук, что-то похожее на рычание, что-то, что говорило скорее о разочаровании, чем о гневе.
- Если бы я ударил тебя прямо сейчас, ты бы принял это без возражений, не так ли?
Тейлор кивнул, почти надеясь, что это произойдет. Он был бы рад такому наказанию.
- Да. Я это заслужил.
- И все же, когда я пытаюсь проявить к тебе хоть какую-то привязанность, ты отстраняешься.
Тейлор моргнул и покачал головой, пытаясь придать всему этому смысл. Он пытался все исправить, но каким-то образом сделал только хуже.
- Я не хочу, чтобы ты на меня злился. - И это была правда. - Я был ужасен по отношению к тебе.
Уоррен вздохнул. Он снова потянулся, на этот раз, чтобы взять Тейлора за руку, и Тейлор позволил ему.
- Ты помнишь прошлую ночь? - Спросил Уоррен. - В конце вечера, когда все разошлись по домам?
Тейлор кивнул.
- Да. - Это был шепот.
- Ты помнишь, что произошло прямо перед тем, как я тебя развязал?
- Да. - И воспоминание об этом теплом, чудесном подарке наполнило его светом и счастьем. - Я помню.
- Расскажи мне, что это значило. Расскажи, что тебе запомнилось больше всего.
На ум сразу пришло одно слово.
- «Желанный». Ты сказал «желанный».
На этот раз он не отстранился, когда Уоррен прикоснулся ладонью к его щеке. Он не сопротивлялся, когда Уоррен запрокинул его голову, чтобы встретиться взглядом.
- Нет ничего плохого в том, чтобы быть любимым, не так ли?
Глаза Тейлора снова наполнились слезами. Он так устал плакать!
- Да. В этом есть что-то неправильное, потому что я этого не заслуживаю.
- Это не тебе решать, Тейлор. Я решаю. - Он положил свои огромные ладони на щеки Тейлора, его прикосновение было твердым, но нежным. - Подумай о вазе. Ты ведь не можешь говорить мне, что я чувствую по этому поводу, не так ли?
Такой простой вопрос, и все же он был удивлен ответом.
- Нет.
- Я определяю ценность того, что принадлежит мне. Я, не ты.
- Но...
- Я говорю, что из моего имущества ценно, красиво и важно. Не ты. Ты понимаешь?
Это было похоже на какую-то оптическую иллюзию, было ясно одно, пока он не взглянул на это с другой стороны. Тейлор кивнул, чувствуя, как мир уходит у него из-под ног.
- Думаю, что да.
- Ты не имеешь права указывать мне, что мне дорого, а что нет.
- Думаю, нет.
- Так ты мой или нет?
- Да. - Он вложил все свое сердце в это единственное слово, и оно наполнило его сияющим умиротворением. - Да, если ты действительно думаешь, что хочешь меня.
- О, милый. - Улыбка Уоррена была нежной. - Если бы это было не так, меня бы здесь до сих пор не было.
А потом Уоррен поцеловал его. Поцелуй был глубоким, медленным и нежным, как вопрос, и Тейлор обнял Уоррена за шею и сделал все возможное, чтобы сказать «да». Да, я принадлежу тебе. Да, я могу принадлежать тебе. Он не чувствовал ничего, кроме надежды, облегчения и любви, и Тейлор погрузился в сладость этого чувства. Он провел годы в страхе, но теперь в этом не было необходимости. Он мог бы доверить всю свою жизнь сильным, умелым рукам Уоррена.
Уоррен позаботится о нем, несмотря ни на что. Все пошло не совсем так, как надо, но Уоррен поклялся, что в следующий раз будет лучше, и Тейлор поверил ему. Уоррен был не из тех, кто легко дает обещания.
Уоррен не бросил бы его только потому, что у него был плохой день.
Уоррен был бы сильным ради него.
Когда поцелуй, наконец, закончился, Тейлор обнаружил, что улыбается. Уоррен с довольным видом провел большим пальцем по губам Тейлора.
- Итак, по десятибалльной шкале, что было вчера?
Тейлор мог бы рассмеяться, если бы воспоминания не причиняли ему боль.
- Целых одиннадцать.
- Тогда ладно. Это значит, что мы пережили самое худшее, верно?
- Надеюсь.
- Прости. Готов ли ты признать это или нет, но вчера я облажался, но этого больше не повторится. Я не оставлю тебя в следующий раз, что бы ты ни сделал, я обещаю.