Отброс (ЛП)

Он надел ветровку и шляпу и положил перчатки в карманы куртки, пока они ему не понадобятся. Он припарковал машину в двух кварталах от бара. Затем вернулся к бару, нашел тихое местечко в тени здания на другой стороне улицы и стал ждать.
На улицах было тихо. Район был сугубо деловым. Жилых домов практически не было, и ничто не привлекало большого скопления людей, особенно в среду вечером. Мимо проходило всего несколько человек, по крайней мере, половина из них были бездомными.
  
Никто из них не удостоил Уоррена даже взглядом, за исключением женщин, которые, не сводя с него глаз, отошли на противоположную сторону тротуара, их шаги ускорялись по мере того, как они спешили прочь.
Технически, это могло бы быть весной, но едва ли.
Температура упала, но Уоррен этого почти не заметил. К восьми часам солнце скрылось за горами, и центр города с узкими улочками с односторонним движением был освещен только мерцающими уличными фонарями и неоновыми вывесками в окнах баров.
Через несколько минут появился Робби. Уоррен тихо последовал за ним, на ходу натягивая перчатки.
У него было на примете одно место на их маршруте, но он должен был точно рассчитать время. В паху и подмышках у него защипало от прилива адреналина. Стук сердца отдавался в ушах. Уоррен пошевелил пальцами в перчатках, ускоряя шаг, желая оказаться сразу за Робби, когда тот будет пересекать темную аллею между двумя кирпичными зданиями.
Они были почти у цели. Уоррен огляделся, чтобы убедиться, что за ними никто не наблюдает.
Путь был свободен. В этом районе было недостаточно оживленного движения, чтобы привлечь проституток или наркоманов. Единственным человеком в поле зрения был бездомный, спавший на решетке в полуквартале от них.
Еще три шага.
Два.
Один.
Уоррен набросился на Робби и ударил его кулаком по почкам, одновременно другой рукой вталкивая его в переулок. Он толкнул его в тень мусорного контейнера, стараясь, чтобы мужчина не увидел его лица.
- Я полицейский, - сказал Робби.
- Я знаю.
Уоррен прижал Робби лицом к кирпичному зданию, используя весь вес своего тела, чтобы придавить мужчину, стараясь держать правую руку Робби заломленной за спину в качестве опоры. Еще один удар по почкам и еще один в живот. Этого было достаточно, чтобы на минуту выбить его из колеи. Затем Уоррен нанес настоящий урон.
Он сосредоточился на лице Робби, потому что именно это слизняк сделал с Шугар. Однако он был осторожен. Он мог убить его. Он легко мог проломить мужчине голову, сломать челюсть или оставить его истекать слюной до конца своих дней. Но это было бы опасно. Этого было бы достаточно, чтобы привлечь к нему все внимание полицейского управления Денвера.
Нет. Он не мог позволить ситуации слишком сильно выйти из-под контроля. Он должен был избить Робби ровно настолько, чтобы все, кто его видел, поняли, что ему надрали задницу, ровно настолько, чтобы все его друзья поняли, что он перешел дорогу не тому человеку, но не настолько, чтобы приятели-копы Робби захотели преследовать нападавшего. Кроме того, Робби бы тоже этого не хотел. Если копнуть поглубже, то можно обнаружить, что его собственные грехи лежат не так уж глубоко под поверхностью.
Так что Уоррен был безжалостен, но в то же время осторожен. Робби должен был суметь выдать это за ограбление или случайную драку в баре. Что-то, что не стоило расследовать, даже несмотря на то, что ему было стыдно оказаться на стороне проигравших в драке.
Наконец, когда колени Робби подогнулись и Уоррену пришлось поддержать его, он остановился. Он схватил мужчину за волосы и наклонился, чтобы прошептать ему на ухо.
- Если ты еще раз прикоснешься к ней, я превращу этот маленький инцидент в чертову вечеринку по случаю дня рождения.
Он позволил Робби упасть и быстрым шагом покинул переулок, направляясь к своей машине.
Перчатки были выброшены в ливневую канализацию. Шапка и куртка достались двум бездомным, встречавшимся на его пути. Все это заняло меньше пяти минут. Его руки дрожали, когда он отпирал машину. Его брюки натянула эрекция, которая никак не спадала. Он ненавидел это. Определенные боевые ситуации всегда оказывали на него такое воздействие.
Дело было сделано. Заводя машину и поворачивая домой, он поклялся себе, что, что бы ни случилось, он не выместит свою ярость на Тейлоре.
 Глава 9 
В тот день, когда Тейлор ходил по магазинам, он чувствовал себя прекрасно. Несколькими неделями ранее Уоррен дал ему пятьсот долларов за помощь в ситуации с Тедом, и Тейлор с радостью потратил значительную часть этих денег. Сначала он зашел в книжный магазин, где купил целую стопку новых графических романов. Те, что у него были, были прочитаны и перечитаны десятки раз. Некоторые из его хозяев на протяжении многих лет насмехались над ним за то, что он не читает «настоящих» книг, но Уоррен был не из таких людей. Тейлор больше не пытался скрывать от Уоррена свое хобби, а наличие новых историй, в которые можно было бы углубиться, помогало ему скоротать время, пока Уоррен работал.
Затем он отправился в торговый центр. Большая часть его одежды была подержанной, купленной у других мужчин, обычно оставленной бывшими любовниками, как и та, что до сих пор лежала в ящиках Стюарта. Тейлор купил джинсы, пару рубашек и пару ботинок. Он завершил свой поход по магазинам плотным, пушистым халатом пудрово-розового цвета. Он нашел его в женском отделе, но что с того? В нем он почувствовал себя одновременно уютным и декадентским, и он идеально сидел на его стройной фигуре.
К тому времени, как он вернулся домой, он чувствовал себя на сто процентов лучше. То, что он обнаружил дом пустым, было небольшим разочарованием, но не обязательно сюрпризом. В записке на столешнице было написано только: «Пришлось отлучиться. — У.»
Значит, еще одна случайная работа Уоррена. Тейлор перестал расспрашивать о них.
После инцидента с Тедом он пытался, но Уоррен всегда говорил одно и то же.
- Чем меньше ты знаешь, тем лучше.
Было ли это сделано для того, чтобы защитить самого Тейлора, или это была страховка на тот случай, если он решит, что Тейлор может использовать это против него, сказать трудно. В любом случае, настаивать не стоило.
В гостиной Тейлор столкнулся лицом к лицу со сломанным телевизором. Его сердце упало, и он мысленно выругал себя за то, что был таким эгоистичным ослом. Ему не следовало тратить свои деньги на себя. Он должен был потратить их на телевизор Уоррена. С минуту он покусывал губу, размышляя, не стоит ли ему взять свои слова обратно. Этого бы хотел от него Уоррен?
 Он понятия не имел. Он не мог понять ход мыслей этого человека.
Тейлор долго рассматривал вазу на книжной полке Уоррена, задаваясь вопросом, что за человек находит красоту в чем-то разбитом. Что за человек добровольно согласился бы пережить еще несколько дней, подобных тем, через которые Тейлор заставил его пройти вчера?
Вновь обретенное счастье Тейлора немного померкло, когда его начали одолевать сомнения.
Уоррен понятия не имел, во что он ввязался. Он еще не видел ни одного из самых мрачных дней Тейлора. Когда это случится, он вышвырнет Тейлора на обочину, как поступали любые другие мужчины. Тейлор мог по пальцам пересчитать тех, кто остался с ним после первого эпизода. Ни один из них не продержался и секунды.
Тейлор хотел остаться. Он хотел верить, что ему никогда не придется уходить. Уоррен делал его счастливым так, как никто другой никогда не мог. Единственное, что он мог сделать, это попытаться отплатить тем же и надеяться, что Уоррен не отправит его собирать вещи в следующий раз, когда наступит темнота.
Но это привело его к поломке телевизора. Ему не следовало тратить все свои деньги на себя после того, как он сломал что-то, принадлежавшее Уоррену.
Немного поразмыслив, Тейлор решил, что халат останется у него. Он просмотрел графические романы, отложив несколько в стопку «сохранить», а большинство – «вернуть». Оставшиеся, приобретенные за день, покупки были сложены обратно в пакеты вместе с чеками, и он перенес все на кухню, чтобы не поддаться искушению пойти на попятную. Он поговорит с Уорреном. Он признается в своем эгоизме и вызовется загладить свою вину, вернув большую часть того, что купил, и передав деньги Уоррену. При этой мысли у него немного полегчало на сердце. Согласится ли Уоррен с планом или нет, по крайней мере, Тейлор сделал бы все, что в его силах.