Титаник и всё связанное с ним. Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

Помощник Прескотта понимающе кивнул, и внезапно взгляд его остановился, глаза округлились от внезапного осознания ситуации.
С побледневшим лицом он сказал, обращаясь к Пре-скотту:
— Боже, там ведь как раз будет… там «Титаник» будет!
Прескотт, не вполне понимая, переспросил:
— Там кто, вы говорите, будет?
— «Титаник». «Титаник» вместе со спасательной командой на борту. Вот уж, поистине, судьба-копейка… Ведь надо же так, а! Курс «Титаника» проходит как раз по линии распространения урагана, один-в-один. Невероятное совпадение…
  
— Может, мы не совсем правильно рассчитали? — сказал Прескотт.
Его помощник подошел к висевшей на стене огромной карте и несколько секунд простоял в нерешительности. Затем он высмотрел искомую точку, привстал на цыпочки и поставил крупный знак "X" неподалеку от контурного изображения Ньюфаундленда.
— Все так… Вот здесь «Титаник» был извлечен аварийщиками со дна океана. Так что все сходится… Прямо по курсу — ураган.
— Откуда ты взял все это?
— Все газеты и телестанции со вчерашнего дня об этом только и сообщают. Не верите, пожалуйста, свяжитесь с мониторной службой НУМА, вам подтвердят, что все так и есть.
— К черту мониторную службу! — взревел Прескотт. Он рывком вскочил из-за стола, прыжками добрался до телефона и, схватив трубку, прорычал оператору: — Срочно, соедините меня по прямому кабелю с нашей штаб-квартирой в Вашингтоне. Я буду разговаривать с теми, кто сейчас в курсе проекта по подъему «Титаника».
Ожидая, пока его соединят, Прескотт спустил на нос очки и поверх стекол изучал карту с нанесенным "X" — знаком возле Ньюфаундленда.
— Одна только надежда, — ни к кому не обращаясь, сказал он, — что у этих несчастных ублюдков на борту есть хоть один квалифицированный метеоролог с хорошим профессиональным нюхом. Иначе они менее, чем через сутки поймут, насколько важна служба прогноза погоды и навсегда запомнят, какой чудовищной бывает ярость морской стихии.
Разглядывая карту перемещения воздушных масс. Фаркар силился постигнуть смысл того, что следовало из сочетания волнистых линий, абрисов суши, условных обозначений и цифр. От усердия метеоролог практически лег на карту. От недосыпа голова была словно набита ватой, и приходилось напрягаться, чтобы постичь значение пометок, которые Фаркар сам сделал буквально несколько минут назад. Показатели температуры воздуха, скорости ветра, атмосферного давления, приближающийся штормовой фронт — все смешалось в его туманной тяжелой голове в тягучую кашу.
Фаркар безрезультатно тер и тер глаза кулаками, чтобы сфокусировать взгляд. Он тряс головой, чтобы прояснилось сознание, и старался вспомнить, на чем он должен сосредоточиться.
Ураган. Да, именно — ураган! Только сейчас Фаркар сообразил, что скорее всего он допустил где-то в расчетах серьезную ошибку. Он рассчитал, что ураган накроет Кейп-Гаттерас, а ничего подобного не произошло. Вместо этого, образовавшаяся над восточным побережьем область высокого давления оттесняла ураган к северу, так что курс его проходил над океаном. И что совсем уж паршиво, ураган стремительно набирал скорость после того, как сделал в своей траектории заворот: теперь он шел прямиком на «Титаник», причем скорость урагана уже достигала сорока пяти узлов.
Увидев зарождение урагана на снимках со спутника, Фаркар тщательно изучал всю информацию, которую поставлял Центр НУМА в Трампе. Уж столько лет он профессионально занимался метеорологией, однако вся его прошлая жизнь не представила ни одного прецедента подобного рода. Чтобы ураган генерировал с такой стремительностью, чтобы он так набирал скорость — о подобных случаях Фаркару даже слышать не доводилось.
Ураган в мае?! Это было немыслимо. Слова, сказанные в разговоре с Питтом, не давали ему покоя. Что он сказал? Только Господь может устроить шторм… Внезапно Фаркар ощутил слабость в коленках, его лицо моментально покрылось каплями пота, руки нервно сжимались в кулаки.
— Боже, не оставь «Титаник» и на этот раз, — прошептал метеоролог, — Господи, только ты один можешь спасти теперь… Никто, кроме тебя, Господи…
  
Глава 56
 
Два принадлежащие военно-морскому флоту Соединенных Штатов судна-буксировщики «Томас Дж. Морз» и «Самуэл Р. Уоллес» прибыли на место точно в 15.00 и принялись медленно кружить возле «Титаника». Огромные размеры лайнера и странная, даже пожалуй — потусторонняя аура вокруг корабля действовали на моряков впечатляюще: команды обоих буксировщиков чувствовали явное благоговение и некоторый страх перед океанским монстром, еще несколько часов тому назад лежавшим на глубине трех миль. Сходные ощущения сутками ранее испытали аварийщики с «Каприкорна», равно как и все прочие специалисты, принимавшие участие в операции по спасению «Титаника».
После получасовой визуальной инспекции состояния корабля оба буксировщика пошли курсом, параллельным «Титанику», тяжело разрубая мощные волны. Затем поступила команда «стоп машина». Почти в унисон с обоих буксировщиков были спущены на воду катера. Капитаны подошли к борту «Титаника», откуда уже свисали гостеприимно развевавшиеся трапы.
Лейтенант Джордж Апхилл с «Морза» был низкорослый, полный, краснолицый мужчина, на лице которого выделялись роскошные, а-ля Бисмарк, тщательно ухоженные усы. Рост его коллеги с «Уоллеса» лейтенанта Скотти Бутеры был шесть футов шесть дюймов, нижнюю часть лица закрывала великолепная черная борода. Про этих капитанов уважительно говорили, мол, им палец в рот не клади. Они принадлежали к породе закаленных морских волков, прошедших огонь, воду, медные трубы, выходивших победителями из труднейших ситуаций. В голосе капитанов, в их манере жестикулировать чувствовалась сила, властность, умение командовать людьми, то есть все основные качества профессионального моряка-аварийщика.
— Вы даже не представляете, джентльмены, как мы рады видеть вас, — восклицал Ганн, пожимая руку сначала одному, затем другому. — Адмирал Сэндекер и господин Дирк Питт, наш директор по спецпроектам, вас ожидают. Позвольте пригласить вас в наш импровизированный оперативный штаб, прошу прощения за несколько высокопарное обозначение того места, куда мы сейчас идем…
Оба капитана двинулись вслед за Ганном вверх по трапу, затем через шлюпковую палубу. Тот и другой были впечатлены размерами и степенью разрушений на «Титанике», этом некогда красивейшем корабле. Когда все трое вошли в гимнастический зал, Ганн представил гостям собравшихся.
— Это похоже на сон. Пока шел, щипал себя всю дорогу, — признался Апхилл. — В самых смелых мечтах никогда не представлял себя гуляющим по палубе легендарного «Титаника».
— Примерно то же самое испытывал и я, — поддержал своего коллегу Бутера.
— Конечно, при иных обстоятельствах мы проводили бы вас и показали вам корабль, — сказал Питт, — однако ситуация складывается таким образом, что нельзя терять ни минуты. Каждая потерянная минута увеличивает для «Титаника» риск вновь оказаться там, где корабль пробыл без малого восемьдесят лет, то есть на океанском дне.
Адмирал Сэндекер жестом пригласил всех занять места за длинным столом с разложенными на нем картами воздушных фронтов, диаграммами, графиками. Поверх всех этих бумаг уже были расставлены и заманчиво дымились чашки только что сваренного ароматного кофе.
— Самая главная проблема в данную минуту — это погода, — объявил Сэндекер. — Наш метеоролог на «Каприкорне» вдруг возомнил себя предвестником беды…
Питт развернул еще одну карту перемещения воздушных масс и разложил ее на столе.
  
— Хотя отмахиваться от плохого прогноза мы также не имеем права, — сказал Питт, несколько пытаясь смягчить впечатление от слов Сэндекера. — Тем более, что погода и на самом деле резко ухудшилась за последние часы. Только за сутки барометр упал на полдюйма. Скорость ветра — четыре, направление северо-северо-восток. Тенденция усиления обозначена вполне определенно. Так что, джентльмены, ситуация и в самом деле не самая лучшая. Если только не случится какого-нибудь невероятного чуда и ураган не сделает левого виража, не уйдет на запад, то менее чем через сутки мы сможем непосредственно познакомиться с Амандой. Мы как раз оказываемся в ударном секторе.