Титаник и всё связанное с ним. Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

Сэндекер обвел взглядом помещение.
— А уютненько здесь у вас, ничего не скажешь… Только я никак не могу понять, зачем понадобилось устанавливать оборудование именно в гимнастическом зале? Не лучше ли было воспользоваться для этот о капитанским мостиком?
— Нарушение традиции — это да. Однако на то имелись свои причины, — ответил Питт. — На мертвом корабле капитанский мостик уже, по сути, без надобности. В то же самое время, гимнастический зал тут расположен как нельзя более удобно, посередине корабля. Отсюда равно близко что до кормы, что до носа… Кроме того, гимнастический зал рядом с вертолетной площадкой, на крыше отсека первого класса. Чем ближе к истокам, тем проще работать.
  
— Хочу спросить вас, — сказал Сэндекер, — не собираетесь ли вы тут втихаря заниматься боди-билдингом? И для этого выбрали спортивный зал?
Взгляд адмирала Сэндекера вдруг упал на кучу различного хлама, который был собран в аккуратную кучу около носовой стенки зала. Сэндекер направился туда, подошел и принялся рассматривать останки того, кто прежде был пассажиром или же членом команды «Титаника».
— Интересно, кем был этот бедолага?
— Теперь уже не узнаешь, — откликнулся Питт. — Можно бы установить по зубным пломбам, однако попробуй теперь сыщи медицинские карты дантистов начала века.
Сэндекер присел на корточки и внимательно рассмотрел тазобедренный сустав.
— Господи Боже, это была женщина! — воскликнул адмирал.
— Именно, — подтвердил Питт. — Она или же была одной из пассажирок первого класса, которая даже не пыталась спастись, или эта женщина ехала четвертым классом и пришла сюда, когда все шлюпки были уже спущены на воду.
— Еще какие-нибудь останки нашли?
— Знаете, у нас, собственно, и времени-то не было как следует посмотреть… Один из людей Спенсера вроде нашел скелет около камина в холле.
Сэндекер показал взглядом:
— А там что такое?
— Через эту дверь можно пройти к главному трапу.
— Пойдем, проводишь меня.
Они прошли на крышу первой палубы и оттуда посмотрели вниз. В просторном холле были видны раскиданные столы и стулья, диванчики и диваны. Изящные линии поручней почти не были повреждены и поражали чистотой и изысканностью дизайна. Стрелки больших бронзовых часов застыли, показывая 2:21.
По ступеням, покрытым толстым слоем океанского ила, Питт и Сэндекер прошли в одну из просторных гостиных. Вид помещения поразил обоих. Сюда почти не проникал солнечный свет, и густой полумрак усиливал гнетущее впечатление, которое создавала беспорядочно валявшаяся по углам некогда очень дорогая мебель. Осторожно, чтобы не наступить на что-нибудь, они продвинулись футов на тридцать в глубину, натолкнулись на целую гору обломков мебели и металла и сочли за благо вернуться в гимнастический зал.
В тот момент, когда они переступили порог единственного на корабле мало-мальски обжитого помещения, склонившийся над приемником человек распрямился и повернулся в их сторону. Это был Джиордино.
— Я как раз думал, куда это они исчезли. Недавно был разговор с парнями из «Ураниус Ойл», они спрашивали, как там дела с их подлодкой…
— Скажи им, что как только мы придем в Нью-Йорк, поставим «Титаник» в сухой док, то первым делом займемся «Дин Фантом». Вытащим подлодку, сразу же и вернем, — сказал Питт.
Джиордино понимающе кивнул и повернулся к пульту.
— И вообще, пускай коммерческая служба собачится из-за их лодки. У нас есть дела поважнее, — заметил Сэндекер. — Да, джентльмены, я хотел спросить. Вы не думаете, что событие настолько важное, а в горле настолько сухо у всех, что следовало бы исправить эту очевидную диспропорцию. Хоть по глотку-то, черт побери…
— Вы сказали — по глотку, — оживился Джиордино.
— Да, я сказал — по глотку, — подтвердил свое предложение Сэндекер и из каких-то потайных карманов своего плаща извлек две бутылки. — Чтобы никто потом не говорил, что Джеймс Сэндекер не оказал должного внимания команде.
— Бойся адмиралов, дары приносящих, — вполголоса произнес Джиордино.
Сэндекер с явным сожалением посмотрел на Джиордино и мечтательно произнес:
— В старое доброе время за такие слова, адресованные старшим по званию, наглецов заставляли в шторм забираться на самый верх мачты.
— Точно! — с явным энтузиазмом подтвердил Драм-мер. — А если они благополучно забирались и спускались на палубу, для них еще было такое воспитательное средство, как килевание. Знаешь, что это такое?
— Все, запугали, — Джиордино поднял руки. — Слова теперь против начальства никогда не скажу. Если, разумеется, начальство это будет изредка вспоминать, что мне время от времени не худо и выпить.
— Не много же тебе нужно, сынок, — со вздохом сказал Сэндекер. — Ладно… Джентльмены, я прошу определиться, кому — что. Тут у меня поллитровка «Джек Дэниелз», которую любят все простые парни на свете, и поллитровка «Катти Сарк» — для городских пижонов. Давайте стаканы, чашки, кружки — у кого что в наличии. И не стесняйтесь, адмирал от чистого сердца угощает.
Джиордино не заставил себя просить дважды: направлен на импровизированную кухню и принес оттуда одноразовых стаканчиков по числу собравшихся в гимнастическом зале. Когда всем налили, Сэндекер поднял стакан:
— Джентльмены, предлагаю первую выпить за легендарный «Титаник». Да не будет никогда более мир праху его!
— Давайте, давайте за «Титаник»!
— Именно!
— Верно…
Выпив, Сэндекер опустился на раскладной стул, подлил себе еще и, маленькими глотками потягивая спиртное, оглядел собравшихся тут парней. Среди всех этих ребят были два агента русской разведки, и Сэндекер мысленно прикидывал, кто именно мог бы быть шпионом…
  
Глава 53
 
Генеральный Секретарь ЦК КПСС Георгий Антонов потягивал свою трубку и через табачный дым поглядывал на капитана Превлова.
— Должен признаться, капитан, у меня пока весьма смутное представление об этом начинании.
— Мы самым тщательным образом рассмотрели все прочие варианты и остановились на этом как на единственном, — сказал Превлов.
— Но ведь тут есть свои опасности, — тактично напомнил Антонов. — Едва ли американцы будут сидеть сложа руки, когда узнают, что их бизаний украден.
— Я думаю, товарищ Генеральный Секретарь, как только бизаний окажется в наших руках, мнение Америки вообще не будет иметь никакого значения. Нам главное — успеть захлопнуть дверь у них перед носом.
Генеральный Секретарь сложил руки на груди. За его спиной на стене висел огромный портрет Ленина.
— Мне решительно не нужны никакие международные скандалы, капитан. Надо бы обставить все таким образом, чтобы мировое общественное мнение было бы на нашей стороне.
— Позиция Президента Соединенных Штатов в этом вопросе более чем уязвима, поскольку нашу правоту признает даже международное право.
— Это будет означать конец эпохи разрядки, — раздельно сказал Генеральный Секретарь.
— Это также будет означать и начало конца Америки как сверхдержавы.
— Меня устраивает подобный расклад, капитан. — Трубка Генерального Секретаря потухла, и он снова закурил, наполнив комнату сладковатым ароматным дымом хорошего табака. — Но в том случае, если мы не сумеем раздобыть этот бизаний, конец придет нам как сверхдержаве, и это нельзя сбрасывать со счетов.
— А мы сумеем.
— Самонадеянное заявление, — сказал Антонов. — Когда хороший защитник в суде готовит свою речь, он прежде всего просчитывает ходы прокурора и уже в этой связи вырабатывает собственную тактику. Что предусмотрено на тот случай, если бизаний нам добыть не удастся?
  
— Тогда весь бизаний будет уничтожен, — решительно сказал Превлов. — Если мы не завладеем бизанием, американцам он не достанется также.
— Означает ли это, что будет уничтожен также и «Титаник»?
— Да. Уничтожив «Титаник», мы тем самым уничтожим и бизаний. А второе поднятие лайнера будет уже совершенно невозможно.
Превлов замолчал, ожидая, что ему скажет Генеральный Секретарь. Слова капитана показались Антонову вполне убедительными. Генеральный уже дал «добро» на проведение операции по захвату бизания и теперь лишний раз убедился в правильности выбранной тактики. Он внимательно посмотрел на Превлова. Вид у капитана был уверенный и решительный, как у человека, не привыкшего отступать, не приученного к поражениям. Даже самые обычные слова из уст Превлова звучали убедительно. Да, план, представленный Превловым, казался Генеральному Секретарю вполне надежным.