Титаник и всё связанное с ним. Компиляция. Книги 1-17 (СИ)

– Обоих вниз, живо…
Еще двое выросли рядом с Витьком.
– Теперь тебе уже ничего не поможет. – Егошин опять щелкнул пальцами.
Дальше все напоминало сцену из триллера. В комнату ворвались люди в камуфляжной форме и в масках, в считаные секунды уложили всех на пол. Где-то слышались голоса и приглушенные крики.
«Это конец! – подумала Ульяна. – Мы попали в какую-то переделку, в бандитские разборки». Через несколько секунд она почувствовала, что ее поднимают и куда-то несут. Она открыла глаза и увидела среднего роста молодого мужчину со светло-голубыми глазами и седыми висками, одетого в камуфляжную форму.
  
– С вами все в порядке? – спросил он.
– Да.
– Сейчас вас отвезут в город.
– А что… это было?
– Поступил сигнал, что похитили молодую девушку, то есть вас. Был звонок, на который мы отреагировали.
Ульяна хотела его поблагодарить, но слова застряли в горле.
– Сейчас вас и вашего друга вывезут. – И тут мужчина неожиданно улыбнулся. – Похоже, мы прибыли вовремя. Еще бы немного и…
– Как вас зовут? – спросила Ульяна.
– А это зачем? – нахмурился он.
– Должна же я знать, кто меня спас.
– Не положено, «наша служба и опасна и трудна». Зовите меня Михаилом. Живите, девушка, и радуйтесь.
– Спасибо. – Ульяна прижала руки к груди. – Большое спасибо.
– Все, идите, – махнул он рукой. – Счастливо!
Их с Андреа довезли в «уазике» до города и высадили недалеко от центра. Всю дорогу Ульяна старалась не смотреть на него, с ужасом ожидая минуты, когда они останутся наедине. И вот этот момент наступил.
– Уля!
– Да.
Он обнял ее, но она оставалась безучастной.
Слишком много лжи.
– Ты чего? – Он отстранился от нее. – Уля? – произнес он громче.
– Ничего. – Тон ее был холоден. Или она так много пережила, что уже не могла ни на что реагировать… Смерть Нины Ковалевой на ее глазах, собственное похищение, правда о том, как умер отец, информация, что Андреа когда-то работал на Пейли…
– Давай зайдем в кафе и посидим там, а потом – в отель.
– Ты соображаешь! – внезапно закричала она. Молодая мать с ребенком и старушка с сумкой на колесиках, проходившие мимо, обернулись на них. – Ты мне лгал, ты работал на них…
Он шагнул к ней и тряхнул за плечи.
– Пусти!
Но он не выпускал ее, с ужасом Ульяна почувствовала, что силы покидают ее.
– Ты не имеешь права, – запротестовала она. – Ты меня… – И она сказала, словно выплюнула, черную струю боли: – Ты меня обманул.
Его брови взлетели вверх. Она взглянула в его глаза и, прежде чем он успел что-то ответить, поняла, что это правда. Та самая правда, которую иногда лучше не знать.
Но он уже отпустил ее и сделал два шага назад.
– Объясни… – начал Андреа.
– По-моему, это ты должен мне кое-что объяснить. Как ты оказался в Твери три года назад? И не один. А с Егошиным и Мачелли… и скрыл этот факт от меня. Почему? – спросила пересохшими губами Ульяна.
– Почему… – Его голос таял, растворялся в воздухе, Ульяна поняла, что все кончено, что – вот она правда – ясная и беспощадная.
– Это была моя работа. Я тогда работал у Мачелли, выполнял обязанности его помощника.
– Помощника… – Они как болванчики повторяли эхом слова друг друга. Это была невыносимая перекличка, словно сладкоголосые птицы, прощаясь, пели свою последнюю песню.
– Да. Я тогда работал в журналистике, но иногда переключался на другие проекты. Я ушел от Мачелли, когда понял, что наши пути расходятся.
– И когда же ты понял, что они расходятся, эти самые пути? Почему я должна тебе верить? Может быть, ты и сейчас работаешь на Мачелли и всю эту компанию. Или на противоположную сторону… журналисты всегда готовы переметнуться к тем, кто больше заплатит.
Он вздрогнул от ее слов, как будто ему дали пощечину.
– О чем ты?
И она взвилась.
– О т-о-о-о-о-ом!!!! – заорала Ульяна. – Ты убивал людей, занимался рэкетом, шантажом, как эти типы.
Андреа резко выдохнул и выставил вперед ладони, словно защищаясь от нее.
– Я никак с этим не связан, поверь мне.
– А мой отец… – Голос ее осекся.
– Я ничего об этом не знал, клянусь, я ушел от них к тому времени.
– Ушел… – презрительно сказала Ульяна. – Почему я должна тебе верить? Я уже никому не верю. И не поверю никогда.
Они стояли в малюсеньком скверике, выходящем на тротуар, по которому шли прохожие.
– Ульяна! Я хотел сказать… не знаю, как это все… преподнести… сядь, пожалуйста.
Ульяна опустилась на скамейку.
– Короче… сегодня в криминальной хронике было напечатано, что недалеко от Савоны вблизи Генуи нашли тело молодого человека, судя по всему, это Дмитрий. Он был мертв уже несколько дней. Показать?
– Да, – безжизненным голосом попросила Ульяна. – Покажи.
Андреа раскрыл планшетник и вывел на экран крупным планом снимок.
На нем был Дмитрий. Ульяну качнуло, и она вцепилась в край скамейки.
– Это он…
– Местная полиция связалась с российским посольством и сообщила родным в Рязань.
«Димка, – резануло ее. – Значит, все… надежды нет».
Ей казалось, что она предвидела такой конец или подспудно ждала его – как самого худшего. И неотвратимого.
Дима, Димка, наивный дурачок, захотевший внезапно разбогатеть и связавшийся с теми, для кого жизнь пустой звук. Особенно – чужая. И своя-то не очень ценилась, прожигалась в погоне за деньгами, молодыми любовницами, вечным кайфом, которого требовалось все больше и больше. Зачем он только влез в эти крутые разборки. Ульяна вспомнила его уверенный тон во время их последнего разговора, заверения в том, что скоро все будет по-другому и они поедут на Сейшелы или Маврикий. Теперь все уже будет без него. Она подумала, что в смерти самое страшное – ее будничность, миру смерть отдельного человека вообще незаметна. Один миг – и все. Жизнь будет идти дальше своим чередом.
Андреа молчал. Наверное, он ожидал от нее рыданий, восклицаний. Но внутри у нее была пустота. «А ведь я год прожила с Димкой. И теперь его нет». Эта мысль не доходила до ее сознания. Нужно время, чтобы к этому привыкнуть…
Андреа сел рядом, потом взял ее за плечи и притянул к себе. И этот простой жест словно что-то растопил в ее душе. Она заплакала, не вытирая слез. А потом уткнулась ему в грудь.
– Господи! – выдохнула Ульяна. – Боже мой! Он так хотел другой жизни… И теперь для него все кончилось.
И она резко отстранилась от Андреа.
– Ох, – выдохнула Ульяна. – А теперь уходи, пожалуйста. Уходи… Мне нужно остаться одной.
– Ты не права… – Он коснулся ее руки, и ее словно обожгло.
– Не надо.
Он ушел, а Ульяна сидела, не поднимая глаз, боясь посмотреть ему вслед, потому что иначе – окликнет его, попросит вернуться и остаться.
Он удалялся, и как будто невидимые нити, протянутые из ее сердца к нему, рвались, причиняя невыносимую боль.
Не было даже слез. Она столько пережила за это время, что ощущала только спасительное омертвение, когда не хочется ни о чем думать, ни о чем вспоминать…
Сколько она так сидела – не знала. Но все равно в памяти без конца прокручивались события последних дней.
А потом Ульяна поднялась и поехала в отель.
Нужно было собираться в Москву.
* * *
Москва встретила ее дождем под стать настроению. Яркое солнце было бы совсем некстати.
Приехав на вокзал, Ульяна взяла такси. Толкаться в метро, плыть в людском потоке, видеть лица пассажиров было невыносимо. Лучше в такси отгородиться от всего мира и смотреть в окно. Торопливые струйки дождя стекали по стеклу, превращая городской пейзаж в неразличимый набор пятен. И это было правильно, потому что все виделось, как в тумане. Реальность становилась фантомом – словно ничего и нет…
  
В квартире она поставила чемодан на пол и открыла все окна. Хотелось свежего воздуха. Дождь хлестал косыми струями прямо на ламинат. Ну и пусть… лужицы она потом вытрет. Воздух стал свежим, острым…