Титаник и всё связанное с ним. Компиляция. Книги 1-17 (СИ)
Андреа заказал им пива. Пиво Ульяна употребляла редко, но решила, что выпьет за компанию.
Рыжеволосая барменша за стойкой с интересом поглядывала на них.
– Примерно три с половиной года назад в Твери обнаружилась женщина странного вида в платье по моде начала прошлого века. Ни слова не говоря, она вселилась в старый дом на окраине. Он был полуразрушенный, она отремонтировала его и стала в нем жить. И, судя по всему, живет там до сих пор. С соседями общается мало, живет одиноко.
– Постой, постой, – перебила его Ульяна. – А с чего ты взял, что она с «Титаника»?
– Вычитал в газете «Тверской вестник» в рубрике «Очевидное-невероятное». Подавалось это как легенда. Люди не верят, что это может быть правдой. Так вот, спрашивается, дeйcтвительно ли было так, как эта баба говорит. Или она все выдумала?
– Если бы это было правдой, то стало бы сенсацией, а судя по всему, никто не придал ее словам значения. Так что на сенсацию никак не тянет. А бабка, может быть, сбежала из психушки. И всех делов-то. А ты уже решил, что она с «Титаника».
Андреа отлучился в туалет, Ульяна осталась одна. Теперь ее грызли сомнения, что она отвергла с ходу эту версию, хотя, если честно, история эта отдавала розыгрышем.
Когда он вернулся, Ульяна попросила:
– Расскажи поподробней об этой бабке из Твери.
– Заинтересовалась?
– Ты сам говорил, что в нашем положении любая версия сгодится, лишь бы продвинуться вперед.
– Рад слышать разумные речи.
– А я вообще девушка разумная, – обиделась Ульяна.
Ну никак не получается у нее с Андреа нормальный разговор – то он ее подкалывает, то она его. В глубине души она понимала, почему это происходит. Таким способом они отгораживались друг от друга, держались на безопасном расстоянии.
– Тогда слушай продолжение… Эта бабка иногда рассказывает странные вещи о том, что она плыла на «Титанике», но спаслась. Ее подобрали в море: как – она не помнит. Она поехала к себе на родину в Тверскую губернию и стала жить там, иногда пугая соседей странными рассказами. Ей, естественно, никто не верил, считая, что она окончательно чокнулась и выжила из ума.
– Откуда ты это знаешь?
– Почерпнул все из той же рубрики.
– В каком году это опубликовали?
Андреа раскрыл блокнот.
– 1 апреля 2009 года.
Ульяна закатила глаза.
– Первое апреля… Это меняет дело.
– Почему?
– Есть такая русская национальная традиция: писать разного рода шутки именно первого апреля. А потом, когда доверчивые лохи на них клюнут, объявлять: «Первое апреля, никому не верю!».
– А может быть, это сделали специально. Рубрика такая – не придерешься, что хочешь, то и думай: то ли правда, то ли нет.
Ульяна задумалась.
– А бабка жива?
– Неизвестно. – Андреа придвинул свое кресло ближе к ней. – Эта информация прошла в прессе три года назад. Так что старухи может уже и не быть в живых.
– Евгений Егошин тоже родом из Твери… – задумчиво протянула Ульяна.
– Что ты сказала? Повтори!
– Евгений Егошин – родом из Твери…
Андреа присвистнул:
– Опа! Любопытно… Интересная получается комбинация.
– Во-первых, не свисти, – заметила Ульяна. – А во-вторых, ничего не получается, это может быть случайным совпадением.
«Опять я делаю замечания, – ужаснулась Ульяна, – срочно пора исправляться».
Она кашлянула и добавила:
– Тверь… – И вдруг ее осенило: – Туарь, помнишь, антиквар Франсуа говорил о пожилой женщине из «Туари». Это и есть Тверь, просто он неправильно произнес, как и… – Она замолчала.
Андреа сделал вид, что не слышал ее.
– А как ее зовут?
– Кого?
– Ну… эту бабку с «Титаника».
– Поликсенова Аграфена Михайловна.
– Час от часу не легче, – покачала головой Ульяна. – Ну и имечко.
– Редкое русское имя? – осведомился Андреа.
– Дореволюционное. Так давно детей никто не называет.
– Естественно, дореволюционное, – ехидно сказал Андреа. – В каком году утонул «Титаник»? По-моему, еще до вашей Октябрьской революции.
– Пиа, – торжествующе сказала Ульяна и посмотрела на Андреа. – Она представилась антиквару как Пиа. Это по-английски «груша». А по-русски Груша – уменьшительное имя от Аграфены.
Ее охватило ликованье, которое она не могла скрыть.
Андреа посмотрел на нее, как будто видел впервые, потом выдохнул:
– Ты знаешь, какие у нас планы?
Ульяна пожала плечами. Ликованье внезапно пропало, она подумала: сейчас он скажет, что они расстаются. Он возвращается в Рим, а она едет куда хочет.
Андреа что-то смотрел в мобильном.
– Паршивый здесь вай-фай. Ловит с трудом, связь пропадает. А… вот…
Он сосредоточенно что-то искал.
– Завтра мы выезжаем в 10 утра.
– Куда?
– В аэропорт. Берем два билета до Москвы. Дальше пункт назначения – Тверь. Теперь мой план тебе понятен?
* * *Только в самолете Ульяна поняла, что Андреа, несмотря ни на что, по-прежнему сердится на нее. Он разговаривал сухо, как бы нехотя, а когда улыбался, было видно, что улыбается он сугубо из вежливости. По долгу службы, но никак не от души.
Ульяна уставилась в иллюминатор. Мимо проплывали пышные как взбитые сливки облака. Белые облака и голубое небо – сказка. Почему она раньше не летала? Потому что никуда не хотелось ездить одной?
«Оказаться бы отсюда далеко-далеко, – с тоской подумала Ульяна. – На необитаемом острове. Совсем одной…» Она скосила глаза на Андреа, он смотрел в планшетник.
«Таким мужчинам я не нужна, если только в качестве помощницы в расследовании…»
Разносили еду. Ульяна съела без аппетита что-то в пластиковом боксе и снова уставилась в иллюминатор. Незаметно она задремала. Проснулась от того, что Андреа позвал ее громким шепотом:
– Слушай!
– Да? – откликнулась Ульяна.
– В записной книжке Фабиана я нашел потрясающий факт. Оказывается, Мартин Пейли – потомок человека, который был на «Титанике». Плыл его отец, четырехлетний мальчик – Уильям Пейли, со своей матерью. Она погибла на глазах малыша. А Джон Брайт – главный конкурент Пейли – потомок Джона Моргана, владельца «Титаника». Пейли мог подстроить катастрофу «Астории» из мести.
Андреа был бледен.
– Это звучит несколько… невероятно, – сказала Ульяна.
– В жизни и не такое бывает, – тихо сказал он. – Месть через сто лет? Нам обязательно нужно найти Аграфену Михайловну.
Вскоре объявили посадку. Они решили сразу ехать в Тверь, не теряя времени.
В электричке Ульяна вместе с Андреа составляла план действий. Андреа предлагал первым делом отправиться в редакцию газеты и там побеседовать с журналистом, опубликовавшим заметку, Еремеем Купалиным. Ульяна же хотела посетить справочное бюро и разузнать там о Поликсеновой. Они не пришли к согласию, и Ульяна предложила бросить жребий.
Короткую бумажку вытянул Андреа, и поэтому его план был принят.
«Ну ладно, – злорадствовала в душе Ульяна, – посмотрим, как тебя этот Еремей обломает». После Дмитрия она была весьма невысокого мнения о всех журналистах. Интересно, где он сейчас и почему опять не выходит на связь? Говорил, что скоро все закончится, и они поедут на роскошный отдых. Трепач.
На вокзале в Твери они купили минеральную воду в бутылках и сели на скамейку.
Андреа сообщил, что уже выбрал гостиницу с красивым названием в историческом центре старого города. «Золотая Тверь». Два одноместных приличных номера рядом, замечательный вид из окон.
– Это так в рекламном сайте написали? – поинтересовалась Ульяна.
– Ну да!
– Хм… – Как профессионал рекламы Ульяна прекрасно понимала, кто и как составляет эти объявления. Скорее всего, «прекрасный вид из окон» означает обзор какого-нибудь замусоренного двора или бетонной стены, а в «приличном номере» сломан душ или стоит видавшая виды кровать.
– Ты чем-то недовольна?
– Нет. Все о’кей, – бодро ответила она.
Пустая бутылка из-под воды отправилась в мусорный бак около скамейки.