Шафер (ЛП)

Мне вроде как хотелось запрыгнуть на нее сверху и вырвать ее блестящие блондинистые волосы с корнями. Я быстро отступила, пока говорила, чтобы не дать себе сделать именно это. Повернулась, чтобы сбежать, прежде чем у меня случился полный крах из-за этого нового поворота событий.
Краем глаза я увидела нарисованную мной вывеску. Слова «Поздравляю, Самюэль» были повернуты боком, и большая стрелка, казалось, указывала на красивую пару позади меня, пока я бежала в безопасное место своего собственного дома.
Оказавшись в своей гостиной, в полной растерянности я медленно повернулась по кругу. Я не знала, хотелось ли мне кричать, плакать или смеяться. То, что Самюэль был недоступен, имело смысл. Смех выиграл бросок монеты, и я прошествовала по нижнему этажу своего дома, мрачно посмеиваясь над собственной глупостью. На кухне я нашла свое оружие, чтобы поквитаться. На бутылке вина словно было написано мое имя. Быстрая работа со штопором позволила открыть бутылку. Я даже не потрудилась взять стакан.
Выпив полбутылки вина, я легла вниз головой на диван. Ногами упиралась в стену, а голову откинула назад на подушки сиденья, пока я пыталась смотреть телевизор с этого нового и интересного ракурса. Я также изо всех сил старалась не обращать внимания на стук в мою входную дверь.
— Уходи! — заорала я.
Я была не в настроении с кем-либо разговаривать, но человек, атаковавший мою входную дверь шквалом стуков, все равно вошел. Я отвела взгляд от экрана телевизора и медленно подняла его вверх по ногам человека передо мной, пока не увидела перевернутое лицо Лили. Она нахмурилась, глядя на меня сверху вниз. Тот, кто сказал, что хмурое выражение — это перевернутая улыбка, солгал. Она не выглядела счастливой.
— Вставай, — фыркнула она.
Я перекатилась, пока не смогла сесть прямо, и обхватила голову руками, в то время как кровь прилила к остальным частям моего тела.
— Если ты закончила мариноваться в мерло, нам нужно поработать, — настаивала Лили. Она протянула руку, и я взяла ее, съежившись от того, как мои грязные, измазанные краской пальцы смотрелись на ее бледной коже. — Насколько ты пьяна?
— Вообще не пьяна, — я отрицательно покачала головой. — Может быть, немного навеселе, но определенно не пьяна.
— Хорошо. Все равно тебе нужно выпить воды.
Я позволила маленькой диктаторше затащить меня на кухню, где она достала каждому из нас по бутылке воды из холодильника. Я хотела спросить ее, почему она кажется такой знакомой с обстановкой в доме, в котором никогда раньше не была. Но в этом была вся Лили. Я лишь пожала плечами и согласилась с этим.
— Наверх. Тебе срочно нужно в душ, — приказала Лили.
Она подталкивала меня в спину, пока я поднималась по лестнице.
— Только не говори мне, что ты принесла свой аварийный набор для Барби и планируешь сделать мне прическу и макияж? — спросила я через плечо.
Лили поморщилась.
— Черт возьми, нет. Мне не хватает гена для такого рода вещей. Но я пороюсь в твоем шкафу и найду что-нибудь, что заставит тебя выглядеть фантастически на этой вечеринке сегодня вечером.
— Спасибо, — прошептала я.
Я пошла в ванную без дальнейших споров и включила воду для душа, в котором отчаянно нуждалась. Когда мои глаза поймали мое собственное отражение в зеркале, мне пришлось подавить вздох. Мои волосы были в диком беспорядке. У меня была размазана синяя краска по челюсти и довольно большое пятно машинной смазки сбоку на носу. Я застонала и опустила голову. Было здорово узнать, что я выглядела, как никогда лучше, когда встретила девушку Самюэля. Выругавшись себе под нос, я разделась и шагнула под жгучие брызги воды.
Десять минут спустя я поплелась обратно в спальню, завернувшись в полотенце, и тяжело опустилась на край кровати.
— Итак, я так понимаю, ты познакомилась с мисс Златовлаской, — сказала Лили, зарывшись верхней половиной своего тела в мой шкаф.
— Да, — пробормотала я.
Появилась Лили, держа в руках черное платье без бретелек с пышной юбкой, и бросила его на кровать рядом со мной. Я даже не смогла вспомнить, когда купила его.
 
— Она мне не нравится, — продолжила Лили. — Она какая-то холодная. У меня от нее мурашки на коже.
— Она казалась достаточно приятной, — легко возразила я.
Я едва ли могла винить ее за вкус к мужчинам.
— Она заносчивая, — сказала Лили, копаясь в моем верхнем ящике комода. — Ты бы слышала ее. Это отвратительно. «Миссис Далтон» то и «мистер Далтон» это… «Боже, Эндрю, твоя девушка просто куколка!». Она слишком старается.
Лили повернулась, подняла черный бюстгальтер без бретелек вверх и нахмурилась, глядя вниз. Я встала, чтобы выхватить нижнее белье из ее рук, пока она продолжала разглагольствовать.
— Ты должна увидеть Самюэля. Я говорю тебе, напряжение там можно резать ножом!
— Как… он ведет себя с ней? — тихо спросила я.
— Действительно чертовски странно, вот как, — заговорщицки сказала Лили. — Например, сразу после того, как мы с Энди приехали, и она представилась, Самюэль выглядел взбешенным. Потом они очень надолго поднялись наверх.
— Фу, — съежилась я. — Не хочу об этом слышать.
Было больно представлять ее и Самюэля вместе таким образом.
— Да не в этом дело, — взволнованно сказала Лили. — Не похоже на то, что они там наверху делали гадости! Она спит в комнате Энди.
— Что? — спросила я. Эта новость, безусловно, удивила меня.
Лили кивнула.
— Я завтра работаю, и Энди отвезет меня домой сегодня вечером. Мне едва удалось уговорить босса составить расписание так, чтобы я могла попасть на вечеринку. В любом случае, это не важно. Я пытаюсь сказать, что вещи Пэтти в комнате Энди.
— Хм… — Что это значило? Казалось странным, что взрослый мужчина будет спать дальше по коридору от своей девушки. Если только… они не были так близки, как она хотела, чтобы я поверила?
Лили увидела маленькую искорку надежды в моих глазах в ту же секунду, как я почувствовала ее в своем сердце. Я ненавидела саму мысль о том, чтобы подставить себя для еще одного раунда душевной боли. Но если Самюэль не был полностью уверен в этой женщине, то, возможно, он не был таким недоступным, как я думала.
— Хорошая девочка, — подбодрила меня Лили, увидев мою хитрую улыбку. — Давай одевайся. Ты почувствуешь себя лучше, когда уровняешь шансы.
Я решительно принялась сушить и завивать волосы. Патриция могла остановиться в доме Далтонов, но Самюэль поцеловал меня. Он хотел поговорить со мной, о нас, на его вечеринке. Я собиралась приложить все усилия, чтобы убедиться, что это все еще может произойти. И хотела выглядеть как можно лучше, чтобы обрести уверенность и мужество, которые мне понадобятся. Если бы он хотел Патрицию, он мог бы заполучить ее. Но на этой неделе я уже отказалась от участия в одном соревновании. На этот раз я не собиралась так легко сдаваться. Ставки были слишком высоки.
Через некоторое время после того, как я закончила с прической и начала тщательно наносить макияж, Лили извинилась и пошла в соседний дом одеваться. Я сказала, что увижусь с ней в закусочной, а затем переоделась в свое собственное вечернее платье. Молния сбоку красиво облегала мои изгибы. Бюстгальтер без бретелек, который выбрала Лили, открывал ложбинку над прямой линией выреза верхней части моего платья. Улыбнувшись, я решила натянуть кружевную пару черных трусиков-стрингов под свою кокетливую юбку. В туфлях с ремешками на каблуках и простыми украшениями я чувствовала себя готовой принять все, что могла предложить мне ночь.
Я спустилась вниз и получила гордую улыбку от своего отца. Я ухмыльнулась и быстро повернулась, чтобы моя юбка закрутилась вокруг колен.
— Ты прекрасно выглядишь, милая, — сказал он мне.
Я поблагодарила его и поправила ему воротник, затем мы вдвоем вышли к его грузовику.
— Итак, тебе осталось жить со мной еще пару дней, — сказала я, когда мы ехали в закусочную.
Папа нахмурился.
— Знаешь, я хотел бы, чтобы та осталась на дольше, детка, — вздохнул он. — Есть какие-нибудь мысли о том, где ты можешь оказаться после выпуска в следующем году?