Шафер (ЛП)

— Неужели все было так очевидно? — спросила я.
— Для всех, кроме Самюэля, — ответил Энди, усмехнувшись. — Но честно говоря я думал, что ты преодолела все это в старших классах.
— Я тоже так думала, — прошептала я. — Я пыталась…
Мы вернулись к нашим машинам, и Энди прислонился к передней части грузовика моего отца. Он скрестил руки на груди и уставился на пляж.
— Не буду лгать, я в шоке, — признался он. — Не думал, что у тебя все еще есть к нему чувства. И определенно не мог себе представить, что Самюэль… — Энди покачал головой и оставил фразу висеть в воздухе.
— Ты сказал, что вечеринка стала интересной? — перевела я разговор в другое русло.
Энди улыбнулся.
— Когда Ник появился, Самюэль был наполовину пьян и решил выместить на нем свое плохое настроение.
— Ох, нет, — шокированного выдохнула я.
— Не переживай. Ничего плохого не случилось, — покачал головой Энди. — Самюэль сделал Нику какой-то дерьмовый комментарий. Ник ответил, что он идиот, раз не видит счастья у себя перед носом. Сэмми толкнул его. Я вмешался и сказал, что Ник прав. Потом извинился перед всеми и отвез его пьяную задницу домой.
— Где он сегодня? — спросила я.
— Прячется, — ухмыльнулся Энди. — Решил провести день с нашим отцом, помогая в закусочной. Думаю, он просто пытается скрыться с глаз.
— О, — выдохнула я, за неимением ничего лучшего. Я сделала то же самое накануне. По-видимому, мы использовали одинаковые методы уклонения.
— Не позволяй ему продолжать прятаться, — сказал Энди. Я посмотрела на него, пытаясь понять, что он имел в виду. — Прямо сейчас он, очевидно, пытается разобраться в своих чувствах. Помоги ему.
— Я не знаю как, — сказала я. — Возможно, у него могут быть какие-то чувства ко мне. Но он определенно не хочет их иметь.
— Заставь его передумать. — Энди выглядел твердым в своем мнении. Я облизнула губы и пнула гравий под носком. — Вам, ребята, осталось рассказать мне о ваших планах касательно соревнования. Может быть, когда с этим будет покончено, Самюэль будет в лучшем расположении духа и рассмотрит все возможности.
— Не уверена… — пробормотала я.
— Не узнаешь, если не попробуешь, — возразил Энди. — Здесь я на твоей стороне. Я имею в виду… если Сэмми тебе действительно небезразличен. Насколько это может быть идеально для меня? Двое людей, которых я люблю больше всего на свете вместе? Я мог бы рассчитывать на то, что вы всегда будете заботиться друг о друге и делать друг друга счастливыми, даже когда меня нет рядом. Это было бы потрясающе.
— Ты забегаешь вперед, — хмуро пробормотала я. — Ты не знаешь, что у него сейчас в голове.
— Ты права. Не знаю, — Энди схватил мою руку и зажал ее между своими. — Но ты тоже не знаешь. И не узнаешь, пока просто не спросишь его. Ради всего святого, он адвокат. Предоставь ему факты и позволь разобраться в этом. У тебя были эти чувства в течение многих лет. Ему нужно кое-что наверстать. Может быть, ему просто нужно немного времени.
— Что, если он решит, что я ему не нужна? — тихо спросила я.
— Тогда он идиот, — решительно сказал Энди. — Просто пообещай мне, что прежде чем уедешь, дашь ему знать о своих чувствах. Скажи ему. Дай ему хотя бы шанс узнать, что он может иметь. Самюэль может удивить тебя.
Я глубоко вздохнула и посмотрела в ободряющие глаза Энди. Я попыталась позаимствовать оптимизм, который увидела там, но этого было недостаточно, чтобы прогнать мои сомнения. И все же я не могла ему отказать.
— Обещаю, — прошептала я.
ГЛАВА 18
Я была благодарна, что мы ехали домой на разных машинах. Мне нужно было немного времени, чтобы обдумать наш разговор на пляже. Мое обещание Энди горчило на кончике моего языка. Но в глубине души я знала, что он прав.
Когда я была маленькой девочкой, мои чувства к Самюэлю не могли быть чем-то большим, чем тайные фантазии и сказки. Теперь я, наконец, была в состоянии действовать по желанию моего сердца. Но я колебалась, боясь столкнуться с тем же разочарованием, которое мучило меня снова и снова. Самюэль, очевидно, испытывал ко мне какое-то влечение. И я никогда не узнаю, может ли это перерасти в нечто большее, если не рискну и не попробую.
 
Самюэль может не ответить на мои чувства. Был очень хороший шанс, что он откажет мне. Однако без этого подтверждения я продолжала бы цепляться за все эти глупые «что, если», которые запрещали мне быть счастливой с кем-то другим. Я не была уверена, что когда-нибудь смогу двигаться дальше, если не буду знать наверняка, что мы никогда не будем больше, чем друзья. Мне придется рассказать Самюэлю о своих чувствах. Он взял бы это знание и использовал его, чтобы укрепить связь между нами или разорвал бы ее, освобождая меня от оков. Так или иначе, это нужно было сделать. Я должна была хоть раз быть честной перед собой и больше не лгать себе. И хотя в конце концов это может быть больно, я так же не хотела лгать Самюэлю.
Я пообещала Энди, что поговорю с Самюэлем до моего возвращения во Флориду. Но просто не была до конца уверена, когда именно решусь на этот шаг. Как бы то ни было, мы успешно избегали друг друга в течение двух дней. Это дало мне очень мало времени. А потом мне пришлось иметь дело со всей этой проблемой с нервами. Я была далеко не так храбра, как считал мой лучший друг. Я все еще помнила в мельчайших подробностях, когда в последний раз думала о том, чтобы сообщить Самюэлю о своих чувствах к нему. Он уехал в колледж, а мои слова остались невысказанными.
Энди тащил последний из чемоданов Самюэля вниз по ступенькам, идя рядом с братом. Я наблюдала, как он укладывает тяжелый багаж в багажник машины своего брата.
— Будет странно, когда ты уедешь, — сказал Энди, в то время как Самюэль потянулся, чтобы захлопнуть багажник.
Я стояла у обочины в своих тонких парусиновых туфлях, насквозь промокших от утренней травы.
— Не пытайся украсть мою комнату, когда меня не будет, — поддразнил Самюэль.
— Ага, — усмехнулся Энди. — В любом случае у меня лучшая комната.
Самюэль стоял, засунув одну руку в передний карман, и запустил пальцы свободной руки в растрепанные локоны на макушке, в то время как секунду рассматривал меня.
— Ты, наверное, прав, — согласился он, все еще глядя туда, где я стояла.
Самюэль знал, что нам с Энди нравилось, что окна наших спален выходили друг на друга. Он был тем, кто помог нам связать старые консервные банки красной нитью, чтобы натянуть их между нашими подоконниками, что стало нашей самой первой формой тайного общения между домами.
Энди никогда бы не отказался от этой спальни.
Я нервно скрутила подол рубашки пальцами и нахмурилась. Я хотела бы, чтобы все было так же просто, но никогда не найдется достаточно длинной красной нити, чтобы связать нас с местом назначения Самюэля: Нью-Йорком.
— Не волнуйся. Я буду на связи, — тихо сказал Самюэль, как будто читая мои мысли.
Я подняла глаза и увидела грустную улыбку на его лице, когда он посмотрел на своего брата. Самюэль перевел взгляд на меня и вынул руку из кармана, жестом подзывая меня ближе. Я подошла к его машине и встала рядом со своим лучшим другом.
— Это будет не то же самое, — сказал Энди.
— Помнишь прошлое лето, когда мы все ездили на окружную ярмарку? — спросил Самюэль, наклонив голову и одарив нас обоих теплой улыбкой.
— Да…, — сказал Энди.
— Помнишь наше правило номер один на ночь? — спросил Самюэль.
— Никогда не ешь гигантский хот-дог с дополнительным чили, прежде чем кататься на карусели? — спросил Энди. Он усвоил этот урок на собственном горьком опыте.
Самюэль рассмеялся.
Я отрицательно покачала головой.
— Если один из нас отделится от нашей группы… — начала я.
Самюэль посерьёзнел и посмотрел на меня, улыбаясь, потому что я поняла, о чем он спрашивал.