Спящая Золушка (СИ)
— Прекрасно, — Влад посмотрел на нее тоже с улыбкой. — Через дня три-четыре попробуете встать на них.
«Скорей бы», — тут же прилетел ответ в «заметках».
— Но чтобы это произошло, нужно стараться и делать упражнения с полной отдачей.
«Я так и делаю», — заверила Ксеня.
— И не расслабляться, — добавил Влад с улыбкой. — Иначе за первыми успехами могут последовать и неудачи.
Ксеня кивнула и стала заплетать распущенные до этого волосы в одну толстую косу. Обнажившаяся шея стала казаться еще тоньше и изящней и совсем бессовестно манила прикоснуться к ней губами. Влад, борясь с этим вновь накатившим чувством, отвел глаза и вцепился пальцами за край скамейки. И вдруг ощутил под ними шероховатость и небольшие углубления. Словно какая-то надпись. Влад с интересом нагнулся и действительно разглядел на деревянной доске, с самого края вырезанные цифры, которые, судя по разделительным точкам, складывались в дату «12.08.2007».
— Это день появления беседки в вашем саду? — поинтересовался Влад у Ксени.
Она бросила взгляд на даты, но свой ответ писала непривычно долго.
«Это день смерти мамы», — выдала Ксеня наконец.
— Извините, — только и смог ответить Влад.
«Ничего, вы же не знали, — на этот раз ответ прилетел быстрее. — Папа сам сделал эту беседку. В память о маме. И вон те чайные розы посадил».
Влад же в этот момент уже думал о другом. О дате. А что если пароль сейфа в кабинете Перова связан именно с днем смерти его первой жены?
Глава 8
Влад Разумовский
Влад едва дождался ночи, чтобы проверить свою догадку. Инга в этот день вернулся ближе к ужину и не в духе, закрылась в своей спальне и больше оттуда не выходила, сообщив Алевтине, что будет спать. Марина же до вечера строила из себя больную, а к ночи ускакала на очередную «пати». Таким образом, на вражеском фронте, можно сказать, было затишье. А Ксеня… Они вместе посмотрели очередную комедию, что стало уже их некой вечерней традицией, правда, теперь, после зоркого глаза Алевтины, приходилось сохранять дистанцию и заканчивать просмотр раньше, чем начнет клонить в сон, после чего Влад ушел к себе. Выждав, пока дома погрузиться в сон, он снова отправился в кабинет, на этот раз сразу к сейфу.
12.08.2007… Влад даже на миг растерялся, когда понял, что эта комбинация не подошла. Опять. Но затем решил попробовать иначе: «12.08.07» — и замок тихо щелкнул, приоткрывая дверцу. Неужели? Сердце пропустило удар, а руки вмиг вспотели. Однако радость оказалась кратковременной: внутри лишь лежала пачка стодолларовых банкнот — навскидку тысяч пять. Влад бросил ее обратно в сейф и захлопнул дверцу.
Провал, очередной провал… Похоже, в кабинете, если не вскроется что-то новое, больше искать нечего. Влад, конечно, не ожидал быстрого результата, но все равно было досадно. Что ж, придется искать дальше… Он еще скинул сообщение Андрею о своих результатах и отправился спать.
А с утра зарядил дождь и почти без перерыва шел три дня. Три тягучих и похожих один на другой дня. Инга все время где-то пропадала, и Влад даже попросил Андрея узнать, с чем это может быть связано. Оказалось, она занялась сбором документов для оформления опекунства над падчерицей-инвалидом. Это была не очень хорошая новость, единственное, что успокаивало: процесс этот в любом случае долгий и даже при самом благополучном раскладе все произойдет не раньше, чем через месяц. Жаль, что у Ксени не осталось других близких родственников: со стороны матери бабушки и дедушки уже не было в живых, остальная родня проживала в другой стране, родители Перова тоже умерли, а единственная тетя жила в доме престарелых. В общем, девчонка была кругом сирота, хоть и с наследством в целое состояние. Чем и хотела воспользоваться ее мачеха.
Что касается псевдо-сестрицы Марины, та на последней вечеринке она чем-то знатно отравилась, потому все три дня просидела у себя в комнате, лишь изредка выползая в кухню за травяным чаем и диетическими кашками, которые ей делал Лева. Естественно, сил на гадости в сторону Ксени и попытки привлечь внимание Влада, у нее не было.
Ну а с Ксеней все тоже было по-прежнему: обязательные лечебные процедуры, общение через «заметки» телефона и развлечения в виде все тех же фильмов, которые иногда разбавлялись настольными играми. И не сказать, что такое времяпровождение Владу не нравилось. Он нет-нет, да и ловил себя на мысли, что получает удовольствие от общения со своей подопечной. Да, ему было с ней интересно, даже несмотря на отсутствие вербального контакта и разницу в возрасте. О последнем Влад, правда, постоянно себе напоминал, особенно в моменты, когда делал ей массаж или пытался лишний раз прикоснуться. Или нарочно вызывал у нее улыбку, сказав что-то смешное. Или задумывался над тем, что хотел бы поскорее услышать ее голос. Все это было неправильно. Ненормально. И даже аморально, как ему казалось.
А когда спустя три этих дождливых дня наконец выглянуло солнце, высушив окрестности, Влад первый предложил Ксене прогуляться на луг, который раскинулся позади дома.
«Хорошая идея», — она сразу согласилась, а когда ехала туда все время улыбалась, щурясь от солнца и обнимая корзину с провизией, которую собрала им Алевтина.
«Хочу сидеть на траве, можно?» — первое, что попросила она.
— Лучше на пледе, — усмехнулся Влад, раскладывая тот среди разнотравья. — А то земля после стольких дождей может быть еще влажная, да и сарафан свой красивый испачкаете.
Сарафан у Ксени и правда был красивым — ярко-желтым, из тонкой летящей ткани, длиной почти до пят. И главное, ей очень шел, даже несмотря на то, что ее нежную кожу еще не успел тронуть загар. Но это дело поправимое, все лето впереди.
— Посмотрим, что нам Алевтина приготовила, — Влад поставил перед Ксенией корзину, давая ей возможность открыть ее самой.
Бутылка воды, несколько пирожков и целая миска с черешней. При виде ягод глаза у Ксени загорелись еще ярче, и она сразу положила одну в рот. А к Владу внезапно пришло воспоминание о маленькой девчушке с вишнями. Почти дежавю.
Ксеня тем временем показала ему на черешню, предлагая присоединиться.
Влад взял несколько ягод и подвинул миску ей:
— На большее не претендую.
«Стесняетесь?» — тут же решила она.
— Нет, — Влад усмехнулся. — Хочу, чтобы вам больше досталось.
Она возмущенно сдвинула брови и написала: «Ешьте! Мне хватит». Влад засмеялся, нашел веточку из трех ягод и протянул ей. Ксеня тоже улыбнулась и откусила три одновременно, отчего на ее губах остались красные капельки сока. Она тотчас слизнула их, а у Влада пронеслась шальная мысль, что он бы хотел сделать это сам. Слизнуть с ее губ сок от черешни. Чтобы отвлечься от этой дурости, он схватил бутылку с водой и сделал из нее несколько больших глотков.
А Ксеня все продолжала есть ягоды, только уже с каким-то задумчивым выражением на лице. Потом в ее руке снова оказался телефон, палец заскользил по сенсорной клавиатуре, а то, что наконец было набрано, застало Влада врасплох: «Вы не против перейти на «ты»?»
* * *Сама не знаю, откуда взялась смелость, чтобы предложить Владу перейти на «ты». Возможно, в этом виновата солнечная погода, наконец сменившая затяжные дожди. Или черешня, поднявшая настроение. Или одуряющий аромат луговых цветов, а может, и все сразу. Но вдруг это «выканье» начало резать слух, я вспоминала, как он, забывшись, обращался ко мне на «ты» и испытывала сожаление. Вот и сделала это, предложила.
Влад ответил не сразу, замялся, и я испугалась. Наконец накатил стыд и осознание глупости: что он вообще подумал? И я спешно набрала: «Я не настаиваю. Извините за порыв. Понимаю, нам, наверное, стоит сохранять субординацию и…» Дописать я не успела.
— Я не против перейти на «ты», — проговорил он. И усмехнулся. — В конце концов, мы с вами… Точнее, тобой, пересмотрели всех «Людей в черном» и съели не один десяток пакетов попкорна — по-моему, это вполне веская причина, чтобы мы перестали «выкать» друг другу. Но, — Влад поднял указательный палец, — это не значит, что теперь можно мною манипулировать и отлынивать от упражнений.