Наследник (СИ)
Но те, кто двигал страну долгие годы, аристократия и ее верхушка, царская семья, мертвым грузом повисли на горле народа и государства.
Аристократия и богатые тоже неоднородны и многие поняли к чему все это может привести и начали прорабатывать разные варианты.
Но не успели, эти не очень умные люди влезли в Мировую войну. Там были интересы у всех, кроме нас.
***********************************************************
— Да. — Думаю я: — Во истину везде, во всех мирах и реальностях, наступаем на одни и те же грабли. Власти не понимают, когда надо меняться, а когда понимают, становится уже поздно.—
И снова вспоминаю то, что только недавно прочитал:
***********************************************************
Как говорят, Германия опоздала к переделу мира и в тот момент захотела урвать свою долю. Воевать на два фронта ей совсем не хотелось, да и трудно это.
И потому Рейх активно строил флот, пытался догнать британцев, делал ставку на «подводную войну» и дредноуты, способные громить города.
У всего есть своя цена и своя цель.
Война в Европе шла для того, чтобы выбить французов из игры, хапнуть спорные приграничные территории и главное вынудить передать часть североафриканских владений.
И вот так же велась и морская война с Британией, в реальности за персидский залив. И снова, чтобы поделится.
И где тут, в этих уравнениях Россия? А мы влезли, ведомые неумной властью и стали пушечным мясом заслоняющим Европу и оттягивающим на себя немцев.
Многих в стране начала напрягать политика царской семьи и лично царя, его фактически вынудили созвать ГосДуму и с каждой ее версией, раз за разом падало представительство монархистов и лоялистов, и наоборот росло число «конституционников» и демократов.
Причем отмечается не очень хорошая тенденция, растет представительство радикалов, почти до самой войны, а потом их просто вымывают из политики, как будто специально подталкивая к силовым методам.
***********************************************************
И новые мысли:
—Все как всегда. Верхи не могут, низы не хотят. Еще и не понимают часто, как они выглядят в глазах людей. А потом уже становится поздно, слишком поздно — Вновьразмышляю я над прочитанным и снова погружаюсь в воспоминания:
***********************************************************
Да еще и экстремистские крылья проявились. Националисты начали говорить о независимости для своих регионов, черносотенцы привычно обвинили во всем евреев и пошли громить, а левые радикалы занялись прямым отстрелом власть имущих.
А тут война, никому не нужна, да еще и затихшая на год, перешедшая в окопную. Солдатам начало надоедать «кормить вшей» и популярность царя все падала и падала, в народе, в армии, среди богатых. И даже среди дворянства, как это ни странно.
На последнем созыве ГосДумы, уже в военный период, тридцать процентов мест заняли националисты, резко, практически на треть, упало представительство монархистов и почти исчезли социал-демократы и социал-революционеры. А ведь, во втором созыве они составляли почти тридцать процентов делегатов. Их просто «вымыли» из политической жизни, запреты, ссылки, вынуждение уехать из страны.
Крайне неумные шаги привели к тому, что социалисты ушли в революцию, а центристы, перестали верить во власть и пошли к националистам.
Страна уже на грани развала, но царь всего это не желает видеть. Итог, правые эсеры, те что за конституционные изменения в стране, совместно с кадетами — центристами, имея на пару подавляющее большинство в Думе, устраивают переворот и арестовывают императора.
И дальше, встаёт вопрос о будущем страны, но об этом позже.
************************************************************И время пролетело, я выныриваю и понимаю в общих чертах, что и к чему.
— Я вроде наследник. — Думаю я, но пока не будем гнать лошадей:— Царя арестовали, я его наследник, и явно не арестован, но и царем не являюсь. Пока еще не все ясно, прояснились только предпосылки и да, у меня сегодня день рождения. Вон даже паспорт подогнали, в качестве первого подарка. Что мне подсказывает, что с родными не все просто. Но разберемся, чуть позже. А сейчас надо вставать.—
Тут я замечаю еще одну книжечку с интересной надписью: Фамильный альбом Дома Романовых, 1936 год, Москва. Я открываю его и на первой странице вижу себя любимого с подписью Наследник империи. А дальше еще интереснее:
Ольга Голицина-Романова, симпатичная и явно умная блондинка лет сорока и следом за ней трио ребят, и девчонок примерно моего возраста Александр, Анна и Андрей. Светловолосое трио с дерзкими открытыми взглядами.
Следующая страница и новое четверка персонажей. Высокая и стройная каштановолосая Татьяна и снова тройка подростков, Нина, Владимир и Вера. Эти уже по темнее, на грани перехода от каштанового цвета к брюнетам. И в глазах спокойствие и ум. Орловы-Романовы, тоже получается кузены.
Станица вновь переворачивается и передо мною предстает очередная занимательная четверка. Светлорусая валькирия Мария Нарышкина-Романова и очевидно тройка ее детей. Богатыри, ничего не сказать, хотя и возрастом еще не вышли. Людмила, Михаил и Кирилл. Русоволосые, крупные и все как один добродушные и упертые, это видно сразу.
И наконец последний лист альбома. А на нем те, без кого скучно в этой жизни. Рыжеволосые озорники, и в чем то даже хулиганы. Не такие крупные как остальные, но сразу видно, что шума и проказ от них много. И предводительница этой ватаги Анастасия с детьми Ладой, Романом и Еленой. Шереметьевы-Романовы, знаменитая фамилия, ничего не сказать.
— Да. — Думаю я:— Парнишка не прав был, не один он тут. Нормальные они, это сразу видно. Но наверно не смог принять жизнь без родителей. Непонятно пока что случилось? Но их явно нет, как нет и деда. Остальные Романовы, тоже как отрезаны похоже и наш ближний круг ограничен мной, четверкой теток и дюжиной кузенов. Не так уж и мало.—
Взгляд вновь падает на настольные часы, а там уже:
9.00
И я встаю, рывок в ванную. Привожу себя в порядок, дальше, небольшой разминочный комплекс, прекрасно сохранившийся в памяти. Бой с тенью и репетирование, а скорее даже вспоминание стоек и проходов, и все почти бесшумно.
Полчаса пролетели, как одна минута и я уже в норме:
— Можно приступать к изучению этого самого, пока еще не совсем понятного, мира. — Решаю я и открываю дверь, наружу, в тот самый мир.
_______________________________________________________________________________
7 апреля 1936
Воскресение
Москва, где-то в центре
9.30
—Мир, новый мир, где столько интересного. — Думаю я и выглядываю в коридор.
Пусто, пока пусто, но звуки постепенно наполняют дом и я иду на шум, пока еще не очень ориентируясь, что и где. Но с каждым шагом, всплывают воспоминания об уже четырнадцати годах, проведенных в этих стенах. Ноги помнят куда идти и голова почти не участвует в этом процессе.
Так, на автопилоте, прохожу коридор, дальше поворот налево и лестница, устремляющаяся вниз.
—Ну, да, все логично. — Думаю я:—Спальни и личные комнаты хозяев на втором этаже, столовые, гостиные, и комнаты персонала на первом. Так и должно быть, ноги помнят и ведут.—
Пролетел лестницу, еще один поворот налево и шум приближается.
—Люди, здесь есть Люди. — Думаю я и устремляюсь к источнику шума.
А вот и дверь, за которой что-то происходит.
Дошел, встал, набрался смелости и толкнул. Дверь открывается и шаги в комнату, оказавшуюся столовой, наполненной сейчас очень интересными персонажами, будто сошедшими со страниц недавно виденного альбома.
Короткое приветствие летит в комнату: