Доверие (ЛП)

Он сел, заставив меня сделать то же самое, а затем сорвал футболку через голову. Выражение его глаз — абсолютная сосредоточенность. Я прижала ладонь к его сердцу, чувствуя, как оно учащенно билось. Внутри него, казалось, все было так же возбуждено, как и внутри меня.
— Ляжешь рядом со мной? — спросил он.
Я кивнула, и его рука перекинула мою ногу через него, мое тело опустилось обратно на матрас. Приподнявшись на локте, он уставился на меня сверху вниз. Пальцы прочертили узоры на моей руке, вокруг плеча и над ключицей. Мы целовались так, словно никогда не расстанемся. Жизнь и смерть, само время — ничто из этого не имело значения. Сегодняшняя ночь будет бесконечной, и ничего, кроме кровати, не существовало.
Его рука обхватила одну из моих грудей, принимая на себя ее вес, его глаза расширились. Это было впечатляюще — вереница по-настоящему грязных слов, слетевших с его губ. В принципе, я думаю, ему понравились мои сиськи. И меня радовало, что ему нравится эта часть меня. Боже, мне это так понравилось.
Легко, тыльной стороной ладони он провел вниз по моей груди, а затем еще дальше. Не останавливаясь, пока не добрался до подола моего платья, задравшегося высоко на моих бедрах.
Мои объемные бедра. Мой выпирающий живот.
Смущение из-за этих частей тела все еще тревожило меня. Я прервала поцелуй, тяжело дыша, мои руки запутались в его волосах.
— Ты в порядке? — все его тело замерло. — Хочешь, чтобы я остановился?
— Нет.
— Что случилось? — рука, которая лежала высоко на моем бедре, под платьем, но над нижним бельем, переместилась, чтобы обхватить мою щеку. — Эй.
Масса сомнений и негатива бушевала в моей голове, прогоняя прочь счастье.
Нет, ни в коем случае. Ни здесь, ни сейчас, ни когда-либо.
— Не останавливайся. — Я схватила его руку, положив ее обратно на свое бедро. — Мой мозг просто ведет себя глупо. Игнорируй это.
Нахмурив брови, он выдержал паузу.
— Глупо в чем? Поговори со мной.
Боже, какое смущение.
Я закрыла лицо руками, не в силах смотреть ему в глаза.
— Ты делаешь это просто из жалости.
— Нет. Это не так.
Может быть, мне просто заползти под кровать или спрятаться в шкафу? Дождаться, пока он уснет, а потом убежать домой? Если я вежливо попрошу, продолжу приносить ему бутерброды еще какое-то время, мы могли бы даже притвориться, что этого никогда не было.
— Иди?
Я ничего не ответила.
Как ни странно, послышался звук расстегиваемой молнии. Затем Джон схватил одну из моих рук и прижал ее сначала к своему рту, а затем к щеке.
— Посмотри на меня.
Я вздохнула, но так и сделала.
— Ты горячая и мягкая. И ты чувствуешься чертовски потрясающе подо мной.
— Ты такой добрый.
— Нет, ни капельки. — Он прижал мою руку к своему сердцу, все еще бьющемуся в два раза быстрее. — Чувствуешь это?
Я кивнула.
Затем он провел моей рукой вниз в свои джинсы, прижав мою ладонь к твердости под его нижним бельем.
— А это ты чувствуешь? Это то, что мы называем пенисом. Ты видела подобный ранее в книге, помнишь?
Ошеломленная, я ничего не сказала. Я знала, что у него есть подобный, и он будет задействован в сегодняшних мероприятиях. Но не думаю, что до конца понимала, как прикасаться к нему, чувствовать его. Даже поверх его нижнего белья. Я никогда не получала ничего, кроме поцелуев и иногда ощупывания груди. Теперь вот у меня в руке был пенис.
— Честно говоря, я слышала, что они становятся твердыми под некоторыми довольно надуманными предлогами, — сказала я.
— Мне восемнадцать, Иди, а не двенадцать. — Раз, другой он поцеловал меня в губы. — Я не закрываю глаза и не представляю себе кого-то другого. Это не то, что происходит. Я здесь, с тобой. Я хочу тебя, поняла?
Мое горло сжалось, глаза жгло.
— То, что ты принижаешь себя, — это не нормально, — сказал он с открытым, искренним и немного сердитым взглядом.
— Прекрасно. — Я шмыгнула носом, пытаясь взять себя в руки. Такой высокий уровень обслуживания. Удивительно, что он не вышвырнул меня из постели. Медленно, осторожно, я поддалась любопытству и обхватила его пальцами. — Он не крошечный. — Намек на улыбку изогнул его губы. — Он также не бесполезен.
 
Джон застонал, и его бедра прижались к моей хватке. Его рот снова накрыл мой, а затем моя рука твердо, но нежно переместилась обратно на его грудь.
— Позже, — пробормотал он.
Талантливые пальцы прошлись по поясу моих мальчишеских шорт, дразня чувствительную кожу. Взад и вперед, он нежно провел костяшками пальцев по переду моего нижнего белья, от пупка до промежности между ног. Низ моего живота напрягся, кровь побежала по венам.
Когда он, наконец, просунул руку в мое нижнее белье, я хотела, чтобы он прикоснулся ко мне там, нуждалась в этом. Даже самые нежные прикосновения заставляли меня дрожать. Мои голые ноги беспокойно задвигались на матрасе, каждый мускул во мне напрягался все сильнее и сильнее. Джон знал вещи, волшебные вещи. И хотя я могла бы сделать это сама, то, что он был со мной, делало это намного лучше.
Нет времени стесняться или нервничать. Ощущение пронеслось сквозь меня, волнующее и полное. Искры, звездная пыль и лучший выброс эндорфинов. Все мое тело сжалось, пальцы впились в его спину, рот прерывисто хватал воздух. Мне потребовалось некоторое время, чтобы спуститься вниз.
Палец Джона вопросительно зацепился за пояс моих трусов спереди.
— Мы могли бы остановиться на этом, — задыхаясь, сказал он.
— Даже не смей.
— Слава Богу.
Через мгновение мое нижнее белье улетело в угол комнаты. Вместе мы подняли и сняли мое платье через голову. Его горячий рот покрывал мою грудь поцелуями, пальцы сражались с задней частью моего лифчика. Тем временем я попыталась стянуть с него джинсы. Мы были чрезмерной катастрофой, месивом из ртов и конечностей. Боже, как это было приятно.
Я передала ему один из презервативов с тумбочки. Решительно, хотя и тихо сходя с ума. Он избавился от нижнего белья и надел защиту. Лицо посерьезнело, когда он забрался на меня сверху, накрыв мое тело своей горячей длиной.
— Ты точно уверена? — спросил он.
— Джон! Пожалуйста, не мог бы ты просто…
Его рот накрыл мой, рука скользнула по моему боку, прежде чем оказаться между нами. Он медленно двинулся вперед. Странно, быть настолько физически близко к кому-то. Снова и снова он прерывал поцелуй, чтобы проверить меня, всегда возвращаясь к моим губам. Я закрыла глаза и крепко вцепилась в него, пытаясь расслабиться.
Это было больно. Как бы естественно это ни было, мои мышцы все равно напряглись, сопротивляясь вторжению. От нервов или от легкой боли, я не знаю. Затем он проник внутрь, зарываясь глубоко, его тело раскачивалось напротив моего. Одна его сильная рука держала меня за обхватившее его бедро, удерживая мою ногу поднятой. Теплое дыхание согревало мне лицо, шею. Я погладила его спину, скользкую от пота, пытаясь запомнить, как он был близко ко мне. Я держалась за него и ждала.
Через некоторое время его движения стали неровными, быстрыми. Тело напряглось, он застонал, крепко прижав меня к себе. Тяжело дыша, он упал на меня сверху, перенося часть своего веса только на руки.
Я сделала это. У меня был секс. Как удивительно странно.
— Ты в порядке? — спросил он тихим голосом.
— Да.
Он осторожно отодвинулся, падая на матрас рядом со мной. Затем посмотрел на себя сверху вниз.
— Черт.
— Что?
Он поморщился.
— Кровь.
Дерьмо.
Между моими бедрами был беспорядок.
— О, эм, прошу прощения.
Я встала с кровати и собрала свой лифчик, платье и трусы. Открыв дверь спальни и прислушавшись к любым признакам жизни в остальной части дома, я побила рекорд скорости, помчавшись в ванную через холл.
Девушка в зеркале не выглядела иначе. Растрепанные волосы, розовые щеки и припухшие губы, на этом все. Я привела себя в порядок и оделась. Затем поискала полотенце, чтобы намочить и отнести Джону.