Доверие (ЛП)

— Ах, тусовалась с мамой. Пыталась немного позаниматься, как обычно. А как насчет тебя?
— Немного поработал над моей машиной. Читал «Над пропастью во ржи».
Я фыркнула.
— И что ты об этом думаешь?
— Честно говоря, мне показалось, что ты была немного резка.
— Может быть, — сказала я. — Хотя в основе моей громкой, неловкой и иррациональной тирады лежал скорее страх перед тем, что сделали идиоты во имя книги.
— Не могу винить за это книгу.
— Полагаю, что нет. Очевидно, для меня это книга — триггер. Потому что теперь у меня есть триггеры…
— Вероятно, этого следовало ожидать.
Тишина.
— Опять плохие сны? — спросил он.
— Ага.
— Тот, где ты летишь, но не можешь подняться достаточно высоко, чтобы избежать неприятностей? Или тот — где вместо Айзека умираешь ты?
Дерьмо.
— Я слишком много тебе наговорила в прошлую пятницу.
Тихий смешок.
— Со мной ты в безопасности. Я понимаю, ведь так?
— Да.
Пауза.
— Я все время просыпаюсь, потому что слышу выстрел и думаю, что на этот раз пуля попала мне в грудь, а не просто ранила.
— Боже. Это ужасно.
— Я чувствую запах крови, даже когда ее нет, — сказала я.
Его смех звучал совершенно безрадостно.
— Я никогда не был крут при виде крови. А теперь… это меня даже немного раздражает.
— Как ты думаешь, сколько времени нужно, чтобы справиться с подобными вещами?
— Не знаю. — Голос его звучал подавленно и немного растерянно. Очень похоже на то, что я чувствовала. Раздался щелчок, за которым последовал очень глубокий вдох и выдох. Очевидно, он закурил. — Не могу представить, что забуду об этом.
— Думаю, это просто становится частью тебя. К этому привыкаешь.
Я лежала на спине на кровати, глядя в ночное небо.
— Забыла сказать, спасибо, что пришел в школу в понедельник утром. Ты действительно оказал мне неоценимую услугу.
— Каким образом?
— Отвлек внимание от того, что я новенькая.
— Хa. Не за что, — сказал он.
— Я твоя должница. Если у тебя будут проблемы с заданиями по английскому, я помогу, хорошо?
Мгновение не было никакого ответа, и я не была уверена, что он все еще там.
— Джон?
— Ладно, договорились. — Его голос звучал настороженно. — В математике я разбираюсь, но поэзия или что-то в этом роде…
— Понятно. — Я рассмеялась. — Значит, ты хорош в цифрах? Я никогда не знала, что с ними делать. Цифры и я не друзья.
— Мы поможем друг другу. — Еще один тяжелый выдох. — Я серьезно, Иди.
— Ладно. — Я улыбнулась и остановилась. — Ох. Из категории «странные просьбы»: я хотела бы узнать, не мог бы ты как-нибудь посетить могилы парней вместе со мной? Тебе необязательно это делать. Просто мысль.
— Да, это… мы можем это сделать. Завтра вечером подойдет?
— Это было бы здорово.
— Ладно. Мне нужно домой, — сказал он. — Попытаешься уснуть сейчас?
— Да. Спасибо, что поговорил со мной.
— В любое время.
Сердце заколотилось под ребрами.
— Спокойной ночи, Джон.
— Спокойной ночи, Иди.
  
Глава 16
 
Я принесла с собой два букета цветов. Джон принес шесть банок пива.
Мы бродили по кладбищу, лунный свет отражался от могильных камней и крылатых статуй ангелов. Никогда бы у меня не хватило смелости сделать это в темноте в одиночку. Все это место заставляло меня нервничать. После школы у него была работа, так что мы не могли пойти до позднего вечера. Это сработало на меня, потому что мне не нужно было ничего говорить маме о «Дроп-Стопе» или о том, почему я чувствовала необходимость навещать мертвых людей. И то, и другое беспокоило бы ее, а мне надоело быть причиной высокого уровня стресса мамы.
К счастью, Джон знал дорогу и без колебаний повел меня через кладбище. Сегодня от него пахло по-другому. Пряно, как будто он нанес лосьон после бритья. И да простит меня Бог за то, что я обратила внимание на такие детали в таком месте, как это. Я отправлюсь за это прямо на адское барбекю.
— Где ты работаешь? — спросила я, смотря в землю, чтобы ни обо что не споткнуться.
 
— Мой дядя занимается ландшафтным дизайном, — сказал он. — Начал всего несколько недель назад. Я перешел от продажи травы к ее стрижке. Ирония судьбы, да?
— Хa. — Я усмехнулась, хотя он находился ко мне спиной. — Мне нужно найти работу. Это следующий пункт в списке.
— Ты не получаешь карманных денег или что-то в этом роде?
— Больше нет с моими поведенческими проблемами.
— Еще один первый раз?
— Да, так и будет. Моя самая первая работа. Из-за этого я похожа на избалованную стервозную девчонку из частной школы?
— Не-а. Ты недостаточно подлая.
— Могла бы быть, — сказала я, посмотрев на него своим самым лучшим высокомерным взглядом.
Он остановился.
— Вот мы и пришли.
Смесь свежих и увядающих цветов покрывала землю перед темным надгробием. Я попыталась вспомнить мальчика за прилавком, кассира. Детали его лица и испуганный взгляд, который он бросил на меня, когда я поставила свою корзину, полную нездоровой пищи, на прилавок. Подробности той ночи были либо пугающе нетронутыми, укоренившимися в моей памяти, либо туманными и на грани потери. В любой момент они могли исчезнуть в глубине моего сознания навсегда.
— Я не помню его лица, — сказала я, добавив цветы к остальным. — Почему я не могу вспомнить его лицо?
Джон поставил пиво у надгробия, передал мне открытую бутылку и взял себе.
— Он работал там некоторое время и не возражал, чтобы я там торговал. Иногда покупал у меня. Всегда казался достаточно милым.
Я залпом выпила холодную жидкость, не обращая внимания на вкус дрожжей и хмеля. Пиво никогда не было моим любимчиком. Особенно теперь, когда это было связано с той ночью, когда я сидела на полу, истекая кровью, и слушала, как Джон пытался удержать Криса от того, чтобы тот полностью потерял разум и убил нас всех. Но я не позволю плохим воспоминаниям остановить меня.
— Он был студентом, работавшим в ночную смену на паршивой работе, и умер без всякой уважительной причины. — Я моргнула, борясь со слезами. Бесполезные вещи, они никогда не помогали.
— Ага.
— Чертов Крис. — Ненависть ярко горела в моем сердце. Я никогда не хотела, чтобы кто-то умер от огнестрельного ранения до такой степени, как желала этого для него. Это давило на мой разум тяжелым и темным грузом, и бурлило глубоко в животе. Прощение не существовало для него.
Джон сделал большой глоток пива.
— Пойдем, Айзек как раз здесь.
Я, спотыкаясь, поплелась за ним, забыв о пиве в моей руке. Могилу Айзека покрывали цветы и догоревшие свечи. Здесь Джон тоже оставил пиво. Я положила оставшиеся цветы, невидящим взглядом уставившись на лепестки и шипы, на белые карточки соболезнований, такие яркие в темноте. Смерть была камнем, затягивающим меня вглубь. До всего этого жизнь была намного проще и легче. Я была бессмертна, завтрашнего дня не существовало. Все это было сейчас, здесь, сегодня. Пока Крис и его пистолет не уничтожили все.
— Он умер из-за меня, — сказала я, покачиваясь на ногах. Некоторые факты имели большой вес. — Если бы вы, ребята, не попытались мне помочь, он мог бы…
— Прекрати. Не бери это на себя. — Тени покрывали лицо Джона. Но он протянул руку, и его грубая ладонь коснулась моей щеки. Движение и эта связь были совершенно неожиданны. — Мы сами сделали свой выбор, Иди. После тебя Крис напал бы на нас. Он бы не колебался.
Когда он прикасался ко мне, я едва могла дышать, не говоря уже о том, чтобы говорить.
— Ты меня понимаешь?
Мне удалось слегка кивнуть, и его рука упала вниз. Потеря больно ранила.
Моя голова наполнилась хаосом, множеством вопросов, «если» и «но». Ответы на вопросы о жизни и смерти давались не так легко. Я старалась не думать о том, что осталось от тела, погребенного внизу. О том, через что, должно быть, проходила его семья. Судьба — сука, и удача не лучше. И все же мы всегда искали смысл, какую-то скрытую истину.