Трон галактики будет моим! Книга 3 (СИ)

— Дикари-с, — ответил я, поглядывая по сторонам.
Посмотреть было на что. Городок был курортный, изобиловал отелями, виллами, казино и прочими увеселительными заведениями. Многие из которых, надо сказать, были закрыты и заколочены.
Но народ всё равно веселился и праздно прогуливался по бульварам до пляжа — пареньки в шортах на спорте, девицы в купальниках… Они тоже на нас поглядывали, улыбались, махали и слали воздушные поцелуйчики. Поняли, видать, что я каких надо кровей.
  
Было приятно. Восприятие красоты женского тела — пожалуй, самое естественное и древнее из эстетических удовольствий. Но я всё-таки занимался не совсем этим. Я искал информацию. Забитые витрины некоторых заведений. Таблички «Продаётся», «Распродажа» и прочее. Профессиональные попрошайки, вылезшие на перекрёстке, неубранный мусор кое-где…
Да у вас экономический кризис, батенька, понял я. Не такая постапокалиптическая задница, как на Первопрестольной, но уже скоро — и наступит и оно.
А потом меня осенило.
— Сервы.
— Что — «сервы»? — спросила Даша.
— Их нет на улицах. Вообще ни одного.
— И точно…
Мы двинулись. Я продолжал наблюдение, и затем связался с Октавией, ехавшей затем впереди.
— Ни серва, ни даже служебного безголового дроида-уборщика. Октавия, поищи, тут что, запрет на сервов?
— Ничего такого, — ответила она через общий канал. — Правда, в новостях странные новости о… дефиците рабочей серв-силы.
— Ладно. Потом разберёмся.
На выезде из города, на последнем светофоре прямо перед капотом глайдера вылезла реклама:
«Очередь к князю — всего 50 000 (зачёркнуто) 30 000 в день! Агентство профессиональных стоятелей в очередях Брик и Воллов. Оплата на месте.»
— Не нравится мне это, — пробормотала Дарья.
— Ценник какой-то космический, это да, — кивнул я.
— В каком смысле — космический? — нахмурилась она, обернувшись.
— Да, забей. Тебе не понять.
Ну, а затем начался горный серпантин через джунгли. Ехали долго, часа полтора. Мимо проносились закусочные с каким-то прямо-таки космическими ценниками на еду — бутерброд за десять имперок, например. Ларьки с сувенирами, вроде портретов князя в красной рамочке.
— Он давно в этом поместье? — спросил я у всезнающей Октавии.
— Анализ новостей говорит о том, что по меньшей мере восемь лет.
— И почти оттуда не выходит?
— Ага.
— Ну, это заметно, — констатировал я.
После был первый досмотровый пункт — вышли двое рослых, но не по возрасту пузатеньких господина в цветастой, слегка потешной розоватой униформе. Гвардейцы, понял я.
Прочитали данные наших имплантов, упёрлись в документы, и, конечно же, у них тут же возникли вопросы по поводу половины нашей команды.
Во-первых, они накинулись на Гоги Моррисона.
— Нелегал.
— Нарушитель.
— Террорист незадокументированный.
— Необходимо арестовать до выяснения.
Ну, и приготовились взять его под белы рученьки, чтобы проводить в округлой формы глайдер, который мне почему-то захотелось назвать «бобик».
— Эй, тише, — я тут же поднялся с места. — Вы покушаетесь на свободу аборигенного федеративного племени планеты Гербера. Он имеет все дипломатические данные и удостоверение, выданное полицейским управлением имперского города Королёв. Очень серьёзным управлением, я вам должен сказать. Лучше вам с ним не связываться. Вот, взгляните.
И я продемонстрировал пластиковую карту с чипом, наспех сооружённую в бортовой лаборатории «Принца Евгения».
На лицевой стороне фотография, имя, фамилия, название племени и печать.
Чип внутри же был простенький, Октавия помогла закодить, распотрошив старые запасы — точно такие же текстовые данные, картинка, городская цифровая подпись, уникальный номер, привязанный к казначейскому счёту городской казны, ну и крохотное личное файловое хранилище всего на сотню терабайт. Так сказать, с возвращением в XXI век. Простенько и дёшево, всё в одном. У меня в планах было всем пустынгерам такие выдать.
— Что это? — резонно спросили гвардейцы.
— Лучше не связываться! — поддакнул Макс, слегка привстав с сиденья.
Гвардейцы боязливо шарахнулись от него, но бедного перепуганного Гогу отпустили.
— А вы… вам точно восемьдесят два года? — спросил затем гвардеец Макса. — И почему у вас такое странное имя при рождении — Рядовой пять тысяч четыреста тридцать два?
— Я дитя войны, — нахмурил брови Макс и добавил многозначительно. — Повидал разное дерьмо.
Я думал, что вопросы у гвардейцев закончились, но они обратились к Октавии.
— Вышлите акт полной проверки, пожалуйста.
— Не поняла, поясните, — потребовала она.
— Акт полного сканирования всех хранилищ на вирусные угрозы и закрытия уязвимостей.
— Простите! — возмутилась она. — Вы меня, вероятно, спутали с портовой кибершлюхой. Я высший имперский серв. У меня другая архитектура.
— Высший? — почесал затылок тот, что помоложе. — Что за высший.
— Столичная фифа, — прошептал старший в ответ. — Я читал про таких, обычно обслуживает императора или первую сотню, а этот парень… наверное… кого-то из них убил и себе забрал…
— Я всё слышу! — заметил я.
Гвардеец приосанился, прокашлялся и спросил.
— По какому вопросу? Вы на экскурсию, или…
— Личное срочное приглашение князя, — сказал я и продемонстрировал через коммуникатор копию письма.
Я ожидал бурной реакции, мигом открывшихся ворот, торжественного сопровождения…
Нет, ноль эмоций.
— Ага. Через полкилометра получите номер очереди и ждите. При возвращении через данные ворота номер сбрасывается.
— Очереди? — усмехнулся я. — Личное. Срочное. Приглашение князя.
Гвардейцы переглянулись, и на их лицах прочиталась улыбка. Беззлобная, в общем-то, но с покровительственными нотками.
— Герберцы… — вздохнул старший. — Что с вас взять. Тут у всех личное. И у всех срочное. Иных княжеский двор не рассылает.
— И сколько… ждать? — спросила Даша.
— Да недолго! — воскликнул молодой. — Вот-вот, через пару дней князь оправится от хандры и всех примет!
Мы двинулись вперёд.
— Ты это видела? — мрачно спросил я Дарью.
— Что молодой это так пошутил? Что издевался? Что вовсе не пару дней? Видела. Ну, что ж, посмотрим.
Через полтора километра была развилка. С одной стороны — указатель на некую «экскурсионную замковую тропу». А с другой — высились прозрачные ворота с голограммой.
И здоровыми цифрами.
Одна тысяча четыреста сорок семь.
— Эм… — сказала Даша, резко затормозив.
— Э…
— Хм…
— Ну, ладно, — сказал я. — Даш, езжай вперёд. Мне уже просто интересно.
Номерок — свеженапечатанный на принтере, приличных размеров — мы получили. Ну, а там — действительно было интересно.
Там началась пробка, конец которой терялся в серпантине между джунглей. Перед нами стоял десяток разного вида фургонов, или даже практически небольших капсульных челноков с нервными, раздражёнными купчишками и разного рода баронетами.
Некоторые были с семьями. Большинство — с вооружённой охраной, превратившие свой десяток квадратных метров под глайдером в периметр безопасности.
Я положил Потёмкина на сиденье, подхватил Чёрный Молот на плечо, вышел из машины и пошёл дальше.
За мной увязался Гоги Моррисон. Пущай прогуляется, одному не так скучно.
Дальше глайдеры стояли под тентами от дождя, примерно как на пикнике делают. С раскладными стульчиками.
А ещё чуть далее… начинались номера тех, кто здесь уже сильно долго.
— Да. Дела. Интересное племя, — сказал Гоги.
На опушке леса горели костры. Стояли грубо сколоченные из чего попало шалашики. Пахло мясом — интересно, каким.
Мужики у костров сидели небритые, одичавшие.
  
Промеж шалашиков гуляли коробейники и разного рода мутные ребята.
— Пирожки горячие. Всего сто имперок штука. Покупайте, дальше по очереди будут дороже.
— Место в очереди! Шестьдесят тысяч — день! Сегодня скидка для вас…