Топить печаль в бушующем пламени (СИ)

4 投鼠忌器 (tóushǔjìqì) бросил бы камень в крысу, да боится перебить посуду (обр. в знач.: воздержаться от действия, из страха перед последствиями; опасаться причинить вред невинным).
Шэн Линъюань вежливо посторонился, пропуская его, и Сюань Цзи боком выбрался из номера. Шэн Линъюань не сводил с него глаз до тех пор, пока запах маленького демона не исчез за дверями лифта. Затем молодой человек, наконец, отвернулся, и на его губах заиграла улыбка. Он поднял руку, и черный туман растекся по разрушенной комнате. Разделившись на мелкие клочья, туман проник в сломанную ими мебель. Казалось, разбитые предметы сами по себе собрались вместе, принимая первоначальный вид. Когда они покинут гостиницу, никто ничего не заметит.
После тщательного ремонта черный туман исчез, будто его никогда и не существовало. Половина декоративных растений за пределами номера мгновенно погибла, и даже маленькое насекомое, лежавшее в цветочном горшке, внезапно перестало двигаться. Под легким дуновением ветра оно превратилось в пыль.
Шэн Линъюань расслабил плечи, прислонился спиной к двери и посмотрел на шумевший кондиционер. Он все еще хотел его заткнуть.
Наконец-то он узнал о происхождении маленького демона. Какая же это запутанная история.
Согласно историческим записям, междоусобную войну в Цзючжоу начал император Пин, Шэн-цзюнь.
Авторы учебников, написанных более поздними поколениями, приписывали ему только две роли: свирепый, жадный карьерист или беззаботный глупец.
Но на самом деле, неправильно было обвинять смертного в войне, продлившейся так долго.
Это касалось только тайн древности. Нынешние поколения вообще ничего о ней не знали.
Три тысячи лет назад Большой каньон назывался вовсе не «Чиюань», а «Долина Наньмин», и был местом обитания клана Чжу-Цюэ.
У священной птицы Чжу-Цюэ был особый статус. С одной стороны, ее уважали демоны, а с другой, человеческая раса считала ее богом-хранителем южных земель. Строго говоря, это был особенный клан демонов, к представителям которого относились как к божествам. Чжу-Цюэ поклонялись в храмах на протяжении многих поколений, она даже вошла в число четырех святых5.
5 四圣 (sìshèng) – четверо святых; обозначение различных четырех элементов, имеющих вес в китайской культуре. Здесь, в контексте, четыре священных зверя (четыре мифологических существа в китайской астрономии) – Лазурный дракон Востока (Цинлун), Красная птица Юга (Чжу-Цюэ), Белый тигр Запада (Бай Ху), Черная черепаха Севера (Сюань-у).
Говорили, что на дне долины Наньмин лежало озеро, полное раскаленной магмы. Ни одно живое существо, кроме Чжу-Цюэ, не могло к нему приблизиться. Это был естественный ров, рубеж, отделявший человеческую расу от расы демонов. Обе стороны неплохо жили порознь, никак не касаясь друг друга.
Начало Великой битвы было сродни стихийному бедствию.
Перед первым сражением в Наньмине случилось сильное землетрясение. Говорили, что оно перевернуло вверх дном всю долину. К северу от столицы людей и к югу от столицы демонов толчки ощущались особенно сильно. В то время в мире произошло много странностей. Зимой лед в столице демонов был на два цуня толще, чем в предыдущие годы. На следующий год, в апреле, когда природа уже вовсю благоухала, ивы в клане демонов еще даже не покрылись листвой.
На третий год, по неизвестным причинам, температура в долине Наньмин сильно упала, и сверхъестественная сила клана демонов начала истощаться.
Демоны сильно отличались от людей. Они не могли выжить, просто возделывая землю. Некоторые из них, особенно представители благородных видов, испытывали трудности с потомством. Из-за изменения климата и потери сил число новорожденных в те времена резко сократилось. Более сорока процентов их детей родились мертвыми.
Долина Наньмин остывала, бушующее пламя становилось менее жестоким. Многие кланы демонов пожертвовали своими способностями, чтобы пересечь границу. Они хотели перебраться на территорию людей и начать зарабатывать на жизнь. Но люди столкнулись с той же проблемой. Им не нужна была «сила», однако, они тоже хотели есть. На земле начался голод.
  
Все, у кого была еда и одежда, становились «друзьями, пришедшими издалека». Но те, у кого нечего было взять, становились «незваными гостями». Кроме того, люди и демоны были слишком разными. Тысячи лет они жили вдалеке друг от друга, и не было ничего удивительного в том, что у них возникали конфликты.
Чжу-Цюэ, божественная птица из долины Наньмин, оказалась меж двух огней.
Глава клана Чжу-Цюэ ничего не мог с этим поделать. Наблюдая за столкновениями, что каждые три дня вспыхивали с обеих сторон, он предвидел риск большой войны. Он обратился к огненному клану с просьбой насильно поджечь долину Наньмин и вновь отделить демонов от людей.
В это время, одержимый жаждой величия и славы император Пин совсем потерял рассудок. Он совершил крайне аморальный поступок. Это стало причиной того, что более поздние поколения часто выливали на его голову горшок с дерьмом. Он создал «войско, подавляющее мятеж». Полностью состоявшее из монахов, оно было нацелено на демонов, пересекших долину Наньмин. Лишенные возможности вернуться, они использовали свое численное превосходство, чтобы убивать и охотиться. Тогда Шэн-цзюнь огласил указ: «Если кто-то из клана демонов хоть на полшага ступит на территорию императора, он будет немедленно убит».
Король демонов и его подчиненные кипели от злости. Восемьдесят одна его армия была готова сражаться.
В те времена король демонов был действительно известен своей свирепостью. К тому же, он совершенно не верил в богов. Будучи запертым «богом» в долине Наньмин, он притворился, что склонил голову, но, воспользовавшись случаем, организовал заговор и истребил весь клан Чжу-Цюэ.
Обрушение храма погрузило мир демонов в хаос.
В тот день долина Наньмин окрасилась кровью Божественной птицы. Король демонов захватил власть, и его армия преодолела барьер. Так началась первая битва императора Пина, в которой погибло боле ста тысяч воинов с обеих сторон, включая самого императора. С тех пор долина Наньмин была переименована в «Чиюань».
Но к концу войны, когда даже когда король демонов пал, огонь Чиюань все еще продолжал гореть.
По слухам, причина, по которой клан Чжу-Цюэ охранял долину, заключалась в том, что пламя Чиюань на самом деле являлось источником «темной энергии». Те, кто контролировал его, могли контролировать демонов. Если Чиюань не усмирить, огонь и тьма поглотили бы всех живых существ. За исключением смертных, чьи семь отверстий от рождения были непроницаемы, все кланы оказались бы во власти темной энергии, и войны никогда бы не прекратились. Это было правдой. Даже сам император не мог с уверенностью сказать, стоило ли обвинять богов в том, что все живые существа с незапамятных времен привыкли совершать зло.
Тем не менее, долина действительно была благословением для всех существ, кроме людей. Это также послужило причиной тому, что у смертных не было сил сопротивляться, когда король демонов захватил Чиюань.
Но что поделать, если смертные совершенно не заботились о своей родине?
Как владыке людей, императору только и оставалось, что разрушить горы. Чтобы погасить пламя, он подчинил себе все четыре стороны света. Он разрыл гробницу Чжу-Цюэ, нашел несколько уцелевших костей, и, при помощи тайных знаний, вырезал тридцать шесть огненных печатей, на время успокоив Чиюань.
Печать долго находилась в сердце долины пока, наконец, не ожила.
Этот маленький демон должен был быть духом, рожденным из нее.
Тридцать шесть костей, контролирующих пламя Чиюань и тридцать шесть «Хранителей огня». Каждый раз, в течение трех тысяч лет, когда сила Чиюань вновь начинала пробуждаться, печать разрушалась, и клан Хранителей вновь восстанавливал ее. Если их вообще можно было назвать «кланом».
Клан Хранителей — это жертва, которую когда-то принес владыка людей, и маленький демон был рожден для той же участи.