Топить печаль в бушующем пламени (СИ)

Они жили здесь вот уже много поколений. Каждый Новый год их школа принимала подношения, так что слава и богатство стали для них сущими пустяками. На протяжении многих лет верующие, что были «спасены» учителем, поклонялись им как богам.
Со временем сами «мастера» создали иллюзию, будто они от рождения были на голову выше других и уже достигли совершенства.
Им сложно было даже представить себе последствия утечки такого секрета.
И господин Юэ-дэ, находившийся в Пэнлае, и его ученики, все они страстно желали управлять этой «тайной природы», вытащив наружу множество изуродованных тел.
— Огонь... — выдавил сквозь зубы старик в традиционном костюме. — Огонь!
Ученикам, несущим специальные мифриловые пушки, приказали дать еще один залп в сторону вершины.
Не было необходимости целиться. Белый свет, как разорвавшая ночь звезда, вылетел из большой чаши, намереваясь разрушить гору.
Бум! Второй залп обрушился на землю, и все фальшивые деревья на склоне холма оказались сметены поднявшимся ураганом. Сияние проникло в почву и упало на белые кости, похороненные в глубине шаманского кургана.
И зараженные бабочками, и сожженные огнем непогребённые останки, все были поражены. Взрыв был похож на то, как если бы Небесная дева осыпала все цветами.
— Мифрил! — Чжан Чжао внезапно открыл глаза. — Что это за команда? Кто позволил им действовать без разрешения?
— Что? — переспросил Сюань Цзи.
— Оружие массового поражения, только что разработанное исследовательским институтом специально для разного вида катастроф и мутантов, — быстро сказал Ван Цзэ. — Твою мать, разве оно все еще не находится в экспериментальной стадии?! Это не могут быть наши люди.
— Плохо дело! Бабочки! — произнесла Гу Юэси.
Взрыв спугнул бабочек, собравшихся в телах манекенов, и теперь все они грозились вновь вылететь наружу.
— Уйди с дороги. — Шэн Линъюань опустился на одно колено и прочел еще один фрагмент заклинания, о котором Сюань Цзи никогда не слышал. Он долго говорил, а когда закончил, неожиданно согнулся.
В этот же момент Сюань Цзи, вынужденный временно делить с Шэн Линъюанем свои чувства, ощутил чудовищное давление. Будто на его плечи упала гора. Какое-то время ему даже было трудно дышать. Юноша понимал, что Шэн Линъюань испытывал то же самое. Пошатываясь, словно одержимый, он невольно вспомнил, что перед смертью сказал Алоцзинь.
Это был язык клана шаманов и, находившийся в этом странном состоянии Сюань Цзи, вынужден был учить его без преподавателя.
Юноша обнаружил, что последние слова Алоцзиня на самом деле были поздравительной речью. Он сказал: «Горный бог находится на вершине, а предки в почете, Ваше Величество, владыка людей, я, Алоцзинь и весь клан шаманов желаем вам долгой жизни».
«Пламя Чиюань вечно, душа Вашего Величества бессмертна, кровь неисчерпаема, а тело неувядаемо».
«Долгих вам лет, свободных от призраков и богов».
Пожелание бессмертия от Алоцзиня заставило Сюань Цзи задрожать от холода. В следующий момент, не дожидаясь команды, восемь манекенов одновременно вспыхнули, огонь тут же охватил несметное количество бабочек, и выражения лиц на их крыльях сменились негодованием.
Внезапно, по необъяснимой причине, Ян Чао вдруг зашипел, а затем истошно завопил. Он упал на землю и принялся кататься, будто тоже был объят пламенем.
Осколки мифрила обрушились на них, словно падающие звезды. Ван Цзэ с силой ударил кулаком по земле, и вся вода на горе слилась в несколько больших водопадов, обратившись против мифриловых пуль.
К сожалению, это оружие не боялось воды, и застыв лишь на несколько мгновений, пули тут же пробили преграду.
Ван Цзэ взревел:
— Чжан Чжао! Перехвати их!
Чжан Чжао поднял руку и снял с шеи секундомер. Все, что услышали остальные, был щелчок. Внезапно, весь мир вокруг замер, за исключением оперативников.
Старик Ло и Пин Цяньжу подняли Ян Чао. Сюань Цзи расправил крылья, и подхватил стоявшего на коленях Шэн Линъюаня.
— Идем!
Чжан Чжао действительно был достоин называться командиром первого отряда «Фэншэнь». Его особая способность — останавливать время!
  
К сожалению, только на мгновение. В следующий же миг, застывшие в воздухе мифриловые пули пришли в движение и, казалось, стали еще быстрее, намереваясь поразить их.
— Он может останавливать время лишь на секунду, — взревел Ван Цзэ. — После этого все ускоряется в два раза. Не стоит ждать от этого лузера слишком многого! Эй, засранец, ты можешь взять еще людей?
Сюань Цзи ошеломленно промолчал.
Он чувствовал, что это может быть связано с его происхождением. Как только Сюань Цзи встретил коллегу из класса «воды и льда», его харизма тут же дала сбой, и он прорычал в ответ:
— Если только вы не боитесь обжечься!
В следующий момент, сдерживая жар своих крыльев, юноша нырнул с высоты, пикируя к земле.
— Прыгайте!
В критической ситуации в людях всегда раскрывался скрытый потенциал. Вся команда одним рывком спрыгнула со скалы на крылья Сюань Цзи.
Сюань Цзи почувствовал, что его позвоночник почти сломался под весом этих бесстыжих. Особенно в тот момент, когда на нем повисла Пин Цяньжу.
— Не могли бы вы, ребята, встать с обеих сторон и как-то распределить вес? — сквозь зубы произнес Сюань Цзи. — Какой ублюдок топает?!
— Твою мать! Горячо, горячо, горячо! — закричал Ван Цзэ.
Шэн Линъюань, вынужденно разделивший с ним свои чувства, дернулся и ударил Сюань Цзи подбородком в плечо.
Они одновременно фыркнули, но Сюань Цзи внезапно обнаружил, что такой вид эмпатии не был совсем уж бесполезным. Словно он мог бы помочь ему разделить эту ношу.
Он глубоко вдохнул и, воспользовавшись секундной паузой Чжан Чжао, ринулся к подножию горы. Его крылья, как огонь, вырвались из-под второй волны мифриловых пуль.
Дождь из смертельного серебра ускорился, и на горе стало светло, как днем.
Вновь показавшийся шаманский алтарь весь был окутан бледным свечением.
Несколько оперативников «Фэншэнь» автоматически встали во внешнем кольце, загораживая сотрудников Отдела восстановления, у которых не было сил даже на то, чтобы связать курицу4, от возможного ущерба. На застывшем в белом свете лице Пин Цяньжу отразилась легкая паника. На мгновение ей показалось, что она слышит отчаянный крик горы.
4 手无缚鸡之力 (shǒu wú fù jīzhī lì) досл. в руках нет силы, чтобы связать курицу (обр. в знач.: слабый, бессильный).
Гора… рухнула.
Глава 32
 — Он... — ход мыслей Сюань Цзи тут же переменился. У него появилась идея, и слова сами собой слетели с его губ. — Дух меча. 
Из-за сильной перегрузки Сюань Цзи, в конце концов, «потерпел крушение», попутно собрав на свои крылья целую кучу искусственных веток и листьев. Команда, наконец, приземлилась, и это была в высшей степени «жесткая» посадка. Они не только снесли несколько каменных плит, но еще и прокатились по земле.
Императоры и князья, генералы и сановники1, талантливый юноша и красивая девушка2, все они превратились в единый клубок.
1 帝王将相 (dìwáng jiàngxiàng) императоры и князья, генералы и сановники (министры).
2 才子佳人 (cáizǐjiārén) талантливый молодой человек и красавица девушка (обр. в знач.: достойная пара).
— Мой мобильный! Мой новый телефон сломан!
— Где ключи от машины? Быстро найдите их, она служебная.
— Кто повесил на брелок для ключей железное ядро? Ты что, больной? Эта штука может с легкостью проломить кому-нибудь череп. В… Ваше… Ваше Величество, почему ваши волосы снова спутались?
Сделанный из листьев халат Шэн Линъюаня порвался, зацепившись за «молнию» на одежде Пин Цяньжу, и теперь почти ничего не прикрывал. К счастью, дюжина зеленых листьев сциндапсуса Ло Цуйцуя с трудом, но сумели ему помочь. Его длинные волосы жутко мешались Сюань Цзи и, запутавшись, завязались сложным китайским узлом на его крыльях. В итоге, одно крыло стало невозможно отвести назад, а другое нельзя было раскрыть.