Топить печаль в бушующем пламени (СИ)

— Он посвятил себя треножнику неба и земли, — сердито перебил «Цзю Сюань». — Он давно должен был обрести силу Чжу-Цюэ, разве нет? Иначе, что проку от этих древних гнилых костей?
— Это... Мы обычные люди, родившись утром — к вечеру уже умрем. Нам не понять великих законов небес, — тихо произнес Гун Чэнгун, стоя под цветущими ветвями персика. — Если мы получим Чиюань, зачем нам эта птица? Неужели с тех пор, как последний дух небес клана Чжу-Цюэ обратился в клинок, его настоящее тело истлело, но не умерло? В таком случае, Ваше Величество, почему вы так уверены, что брат Ло смог бы обрести силу божественных птиц? Может быть, будучи полукровкой, он не заслуживает властвовать над Чиюань? В конце концов, три тысячи лет назад, кроме божественных птиц, Чиюань покорился лишь вам, Ваше Величество. Даже владыка людей не рискнул сюда соваться.
Сказав это, Гун Чэнгун, казалось, наконец признал в том, кто называл себя «Цзю Сюнем», истинную реинкарнацию короля демонов.
«Цзю Сюнь» опешил.
Гун Чэнгун опустил глаза и с жалостью посмотрел на разорванного надвое Ло Цуйцуя.
— Сколько людей в этом мире имеют такие же неподъемные амбиции?
— В чем-то ты прав, — «Цзю Сюнь» на мгновение замолчал, спустился на землю и медленно приблизился к Ло Цуйцую. — С древних времен останки Чжу-Цюэ покоятся в недрах горы Бицюань. Никто не смеет приближаться к ним, кроме почтенного государя и тех, чья кровь способна подавить ярость почившей Ваньфэй. Но Шэн Сяо...
— С его нынешним телом… — улыбнулся Гун Чэнгун. — Даже если он спустится в недра горы, кто знает, что случится, когда он доберется до костей Чжу-Цюэ? Мы могли бы воспользоваться этой возможностью, чтобы избавиться от него.
— Тоже верно. Шагом раньше, шагом позже, — задумавшись, произнес «Цзю Сюнь» и опустил руку на единственное уцелевшее плечо Ло Цуйцуя.
Хоть старину Ло и разорвало надвое, но он все еще был в сознании. Он в нетерпении уставился на «короля демонов», надеясь, что у того найдутся силы спасти его. Печать Чиюань до сих пор цела. Он еще может пригодиться...
И «король» улыбнулся Ло Цуйцую:
— Ни о чем не беспокойся.
Уголки рта Ло Цуйцуя поползли вверх:
— Ваше Величество, помогите…
Но прежде, чем он успел договорить, его окутало кровавое марево. Ло Цуйцуй опешил, он никогда такого раньше не видел. В следующее же мгновение рот несчастного застыл в немом крике. Кровавый туман просочился в его поры, проник в оставшиеся органы, разъел его плоть. На листьях и коже появились ужасные дыры.
Он выл и кричал, но смерть все не приходила. Кошмарная пытка продлилась около часа, прежде чем тело Ло Цуйцуя превратилось в багровую кашу, и «король демонов», наконец, поглотил его.
Ночное небо окрасилось в красный. Гун Чэнгун неслышно отступил в тень, наблюдая за тем, как основатель школы Истинного Учения, называвший себя «королем демонов», удовлетворенно выдохнул и закрыл глаза.
«Цзю Сюнь» чувствовал, как его существо уносится все выше и выше. Его тело наполнила сила, и мир вокруг изменился до неузнаваемости. Ему казалось, будто все вернулось на три тысячи лет назад, в те далекие времена, когда он попирал законы небес, убивал богов и поглотил божественную птицу Чжу-Цюэ. Он обрел несравненную мощь, совершил множество великих дел и собирался править миром.
Все живые существа дрожали перед ним, и никто не смел бросать ему в лицо: «Его Величество распутник и пьянчуга, что и ожидалось от сына морской змеи!».
Звезды погасли, и в опустевшем небе забрезжил рассвет.
 За эту невероятно долгую ночь все распустившиеся не по сезону цветы, растения и деревья увяли, их обессилевшие корни блестели от крови.
Внезапно со всех сторон послышался гул вертолетов.
Когда Ло Цуйцуя разделило надвое, ревербератор, вживленный в его тело, продолжил работать. Гун Чэнгун не стал его выключать!
«Цзю Сюнь» встревожился, вышел из транса и зло уставился на Гун Чэнгуна, который даже в такой ситуации умудрялся не обращать на незваных гостей никакого внимания.
  
— Явились на смерть... — начал было «Цзю Сюнь», но не успел он договорить, как его одухотворенное лицо превратилось в застывшую маску. «Король демонов» согнулся от боли, у него начались колики.
В этот же момент мир потрясли срочные новости, сумевшие на время заглушить царивший повсюду хаос. Управление по контролю за аномалиями объявило, что из-за разрушения штаб-квартиры они вынуждены передать все свои наработки, в том числе и мифрил, на хранение в соответствующие органы. Кроме того, общественности, наконец, станет известен секрет данного вещества, а также технология его производства и способы использования.
Впервые таинственная организация, десятилетиями скрывавшаяся в тени, вышла на свет.
Когда связь установилась, на экране появились директор Хуан и доктор Ван.
— Когда я присоединился к Управлению по контролю за аномалиями, я и подумать не мог, что у меня когда-нибудь появится шанс попасть на телевидение, — спокойно глядя в камеру, произнес директор Хуан. — Ведь все мы знаем, что независимо от того, как хорошо мы делаем свою работу, наши имена не появятся в благодарственных списках. Ни на Новый год, ни в какие-либо другие праздники. И если с нами что-то случится, если кто-то погибнет, мы не посмеем назвать себя жертвами, ведь нам попросту не хватит слов, чтобы объяснить причину произошедшего. Устраиваясь на эту работу, мы подписали договор о неразглашении. Это сделано для того, чтобы защитить обычных людей и предотвратить «несчастные случаи», связанные с нашим Управлением.
Установленные на площади светодиодные экраны одновременно транслировали официальные и неофициальные каналы. Это было одним из условий, выдвинутых директором Хуаном при передаче мифрила.
Привыкшие скрываться сотрудники Управления никогда в жизни не привлекали к себе столько внимания.
— Вы оба обладаете особыми способностями? — спросил ведущий.
— Директор — нет, а я... — медленно отозвался доктор Ван. — Вероятнее всего, я принадлежу к водному классу. Мне, право, неловко об этом говорить, но мои способности совершенно бесполезны. Все, что я получил — это невероятно долгая жизнь. Боюсь, даже самый захудалый фильтр для воды намного полезнее меня.
— Это отличается от того, что я себе представлял, — рассмеялся ведущий.
— Думаете, мы всемогущие? Мы также как и вы путешествуем по миру самолетом и поездом. Так как большинство наших офисов находится в пригородах, организация ежедневно отправляет за сотрудниками рейсовые автобусы. Сказать по правде, почти все, кроме элитных оперативников, вынужденных сражаться на передовой, такие же, как я. Мелкая бытовая техника в разы полезнее нас. Лишь одна треть «особенных» соответствует статусу «человек с особыми способностями». Мы мало чем отличаемся от обычных людей. Но именно из-за этого у нас намного меньше смелости.
Пин Цяньжу чихнула и еле слышно пробормотала себе под нос:
— Я не волнуюсь, я не трус.
У нее никогда не было особых способностей. Однажды ее случайно засекли сети мониторинга аномальной энергии, так девушка и получила эту работу. Больше всего на свете она мечтала стать хорошим сотрудником, прожить достойную жизнь и со спокойной душой уйти на пенсию. Пин Цяньжу была осторожной, молчаливой и преданной. Но в трудные времена мужества ей было не занимать. Она, бывало, плакала, но еще ни разу не бросила своих товарищей... Однако ей никогда не приходилось принимать решения.
Кто она вообще такая? Откуда у нее такие идеи?
Кто бы мог подумать, что стоит ей только встать во главе отдела, как ее тут же перебросят с «легкого режима» на «смертельный». От нее требовали невозможного.
Сяо Чжэн подписал приказ, и Управление в кратчайшие сроки мобилизовало все уцелевшие ревербераторы. Сотрудники Отдела восстановления должны были доставить на точки более дюжины машин. Они должны были побывать везде, кроме горы Бицюань и Большого каньона. Связь с районом Бицюань была потеряна, кроме того, они понятия не имели о местонахождении двух старших. Никто не знал, что там творилось на данный момент. А Чиюань, похоже, захватили злоумышленники. Сяо Чжэн и командир «Баоюй» Шань Линь лично отправились туда. Обе этих точки считались особо опасными, и «бойцам тыла» в них лучше не соваться, их полем боя стали районы, ожидавшие прибытия ревербераторов.