Возмездие (СИ)

— Ну что ж, Хантер, вот и пришло время показать себя.
Она поднялась, и мы двинулись за ней. Снова коридор, лестница, и мы опять оказались в атриуме, обстановка в котором, тем не менее, сменилась. Причиной этому были пятеро парней, одетых, либо как спортсмены, либо как типичное быдло с улиц: шорты, спортивные костюмы, кроссовки и кепки.
Только вот то, что они не спортсмены говорило то, что все они оказались вооружены. У двоих были дробовики, у еще двоих — пистолеты. Последний, тот, что стоял впереди и, очевидно, был главным из них, оружия на виду не носил. Но то, что оно и у него есть, это понятно.
  
— Ну что, вы бабки приготовили? — спросил тот самый, что без оружия, сделав еще шаг вперед.
— Парень, — сказала ему Маман. — Вы ведь до сих пор не понимаете, с кем связались, верно? Вам лучше вернуть нашу Гамми в целости и сохранности, пока вы сами не пострадали.
— Мы связались с толпой никчемных сучек, — он сделал шаг вперед и посмотрел ей прямо в глаза. — Может быть, вы раньше что-то и могли, но теперь ваше время вышло. Так что придется заплатить, иначе мы вернем ее вам по кусочкам.
Перед глазами всплыло входящее сообщение от незнакомого номера.
«Одного живьем».
Ага, ну что ж, принял. Их пятеро, я один, причем скорее должен продемонстрировать то, на что способен, потому что девчонки их и сами бы перебили. Правда, кто-то из них наверняка оказался бы ранен, а то и убит. А меня в общем-то можно не жалеть.
Но шансы есть, потому что это по-прежнему не бойцы, а всего лишь быдло с улиц. Только вот одного живьем. Будет лучше, если это окажется главный, тот самый, что нагло говорит. Думаю, Маман будет интересно пообщаться с ним в другой обстановке.
Первый шаг был ясен, дальше надо будет действовать по обстановке, как и всегда. Ладно.
Я сделал шаг вперед, схватил парня за ворот куртки, резко притянул к себе и ударил головой в лицо. Послышался отчетливый хруст и глаза моего врага закрылись, после чего он стал опрокидываться назад, на спину.
Сотрясение мозга. Потеря сознания.
Отпустив его, я рванулся в сторону, одновременно правой рукой выхватывая нож. Здесь двое стояли достаточно близко. Левой рукой я схватил ближайшего за руку, рванул к себе, а потом полоснул ножом по горлу, отчего во все стороны брызнула кровь. А потом вогнал клинок в шею второму по самую рукоять.
Резаная рана шеи. Повреждения сосудов. Смертельно опасное кровотечение. Смерть в течение одной минуты.
Колотая рана шеи. Повреждение спинного мозга. Мгновенная смерть.
Выхватил пистолет из ладони того, которого по-прежнему держал, вскинул, прицелился в правого и нажал на спуск. Звук выстрела еще не успел смолкнуть, а я уже пальнул во второго. Попал ему точно в голову, отчего содержимое чего черепной коробки вынесло на ближайшую стену.
Огнестрельное ранение головы. Повреждение мозга. Мгновенная смерть.
Огнестрельное ранение головы. Повреждение мозга. Мгновенная смерть.
Ну что ж. Четыре трупа, пятый в отключке, все помещение в крови и мозгах. А я в общем-то тоже, не везет мне в этом плане. Опять отмываться придется. Привык я убивать вот так вот, некрасиво. Но оно даже правильно, вид умирающих жутким образом своих, деморализует. На это и рассчет.
— Ну что ж, ты хорош, — проговорила Маман. — Лучше многих. И показал, что крови не боишься. Хватай этого и потащили вниз. А ты, Рика, останься тут и проследи, чтобы все вычистили. Всем клиентам продление на час за счет заведения, здание закрыть и новых не пускать. И чистильщиков позовите, надо трупы прибрать.
Я наклонился, выдернул нож из шеи бандита, вытер лезвие об его одежду и спрятал в ножны. Потом похлопал того, что был в сознании, вытащил у него из кармана обычную выкидуху, из плечевой кобуры пистолет и небольшой револьвер с лодыжки. Все это побросал на землю, после чего забросил тело на плечо и пошел следом за Маман.
Снова пришлось спускаться в подвал. Помещение, в которое она отвела меня, как две капли воды походило на допросные, которые я видел на базах «Клинков»: такая же плитка повсюду, стоки в полу и самое разное оборудование, развешанное по стенам и разложенное повсюду. Впрочем, допросные наверняка везде одинаковые.
В центре стояло кресло с ремнями, оно было прикручено к полу. Я посадил на него бандита, после чего принялся связывать. Дело было привычное, нам нередко приходилось похищать высокопоставленных командиров, вывозить их на свои базы, и там держать в импровизированных тюрьмах. Ну и допрашивать, естественно тоже.
Черт. Никто из жителей Новой Москвы не хотел бы знать, что мы делали с этими бедолагами.
— Давай, приводи его в себя, — сказала Маман, сделала шаг к нему и вставила что-то в разъем на шее. Какой-то чип. — Нам нужно знать, где они держат нашу Гамми.
— Сперва расскажи мне, в чем дело, — сказал я. — Очевидно, вы ввязали меня в какое-то дерьмо. Эти уроды из какой-то банды, иначе не стали бы переходить вам дорогу. Не просто малолетняя шпана.
— Да, — кивнула она. — Они из «Дробовиков», есть такая банда в Боевой Зоне. Ты сам знаешь, серьезных парней там не бывает, они все в Квартале.
Естественно, я об этом не знал, но звучало это как лукавство. Сомневаюсь, что действительно слабая банда смогла бы отбить и удержать хоть какую-то территорию. Значит, это не так. Но возражать не буду.
— Они занимаются мелочью: рэкетируют бизнесы, похищают людей за выкуп, грабят, естественно. Прозвали их так, потому что они предпочитают дробовики. Ну, знаешь, прикол у них такой, и их лидер придумал себе отличительный знак.
— Понял, — прервал я ее. — А у вас с ними какие терки?
— Они похитили одну из наших девочек, Гамми. И теперь требуют выкуп, в противном случае ее угрожают убить. На самом деле, ее так и так убьют, сам же понимаешь, возвращать заложников — глупо. Лишние следы. И мы должны что-то сделать.
— Понял, — кивнул я. — И мы должны узнать, где ее держат?
— Точно, — подтвердила она. — Так что давай допросим ублюдка.
— Допрашивать буду я, — ответил я. — У меня в таких делах опыта больше.
Я наклонился, подхватил его за голову, а потом резко вдавил кончиком большого пальца точку у него под носом. Это вызывает резкую боль, которая приводит в себя гораздо лучше, чем простое похлопывание по щекам.
Парень вскрикнул, огляделся, посмотрел на меня, и его глаза расширились от страха. Ну а чего удивительного-то, я же весь в крови его дружков.
— Эй, вы чего творите? — воскликнул он. — Отпустите меня! Вы хоть знаете, что сделают наши парни, если узнают, что вы такое устроили?
Намекает на резню. Тем не менее, ему страшно, очень страшно. Это видно.
— Как зовут?
— Гриль! Меня зовут Гриль! — его глаза бешено бегали из стороны в сторону. — Ну, парень, если ты знаешь хоть кого-нибудь на улице, то должен быть в курсе, кто я такой!
Выеживается. Ну ладно, посмотрим, как ты заговоришь дальше.
— Тогда тебе не повезло, — ответил я. — Потому что я не знаю никого на этих улицах. Так что мне наплевать, кто ты. Поэтому лучше скажи, где девчонка, добром.
— Да пошел ты, — он рванулся, но кресло держало его крепко. Парень поднял голову и плюнул мне в лицо, но его плевок только упал на пол. — Ничего я не скажу, понял!
Я выхватил нож и резким движением всадил ему в бедро. А потом стал медленно проворачивать в ране. Он был очень острым, потому что я потратил час на его доработку, раз уж решил использовать как основное оружие. Теперь им можно было при желании резать бумагу на весу.
Колотая рана бедра. Нарушение подвижности конечности.
  
— Да пошел ты! Мои парни придут сюда и убьют! Всех убьют! А потом тебя порежут на куски! Понял, нет?
Я провернул клинок на триста шестьдесят градусов, и он заорал еще громче. Оставалось надеяться только на то, что эта комната звукоизолирована. Хотя сомневаюсь, что под этой плиткой нет чего-нибудь, что поглощает шум.
Выдернув нож, я воткнул его ему в тыльную часть ладони, пробив ее насквозь. Он снова закричал.