Звездный всадник (СИ)

В таком состоянии он был уязвим, как никогда. Один единственный удар, самое легкое ранение, которое в нормальном состоянии он посчитал бы досадной мелочью, сейчас могло стать смертельным. Зато так он мог найти хотя бы один уцелевший поток Адени.
Одна, всего лишь одна целая ниточка, и тогда можно будет попытаться его спасти. «Саркофаг» заберет все кристаллы, что у них сохранились, зато через несколько месяцев оболочки затянутся и Адени можно будет вернуть к жизни. Но для этого нужен уцелевший поток, хотя бы один. Элеи искал снова и снова, и ничего не находил.
  
«Элеи», - голос отца заставил его вздрогнуть всем телом. Пахети, похоже, сам не ожидал такой реакции сына.
«Что с тобой?» - обеспокоено спросил он.
«Все в порядке. Я пытался найти хоть один поток Ани»
«Как он?»
«Плохо. Тут только обрывки и больше ничего»
Пахети замолчал, но Элеи не нужны были слова. Он ощутил боль, многократно усиленную по мере того, как новость облетала императорский Дом. Мать, братья, отец и его братья, их жены и дочери. Боль разлетелась на десятки кусочков, а затем вернулась обратно, сглаженная сочувствием состраданием и утешением.
- Не ужели нельзя сделать ничего? А «саркофаг»? – шагнувший на платформу Тори с трудом сдерживал эмоции.
- Не на чем, Тори. Я не нашел ни одной связи.
Братья молча смотрели друг на друга. Тори был старше Элеи всего на два года, но разница в характерах была куда больше. Они редко сходились во мнениях, и еще реже в интересах. Но сейчас их чувства были одинаковы.
«Никаких слез!» - резко одернул сыновей Пахети. - «На вас смотрят тысячи всадников! Они тоже потеряли друзей и близких. Забирайте тела, выживших и уходите из гнезда. Скорбеть дома будете»
Слова отца подтолкнули братьев к действию. Тори взял у одного из всадников плащ и накрыл тело Адени.
- Заберете его последним, - велел он декору. Развернулся и вместе с другими всадниками направился вниз в гнездо.
- Как же так? – До этого спокойно смотревший на все Валаи, внезапно растерялся. – Ты же говорил, что вы не умираете просто так.
Элеи внимательно посмотрел на капитана и грустно вздохнул:
- Мы так же смертны, как и все, Валаи.
А внизу полсотни воинов, под командованием Тори, зачищали гнездо от любого проявления жизни. Начали они снизу, и теперь планомерно поднимались вверх. Прислужники, Дамы, коконы, все должно быть уничтожено, чтобы исключить возможность возрождения гнезда. Так что всадники особо не разбирались. Их мечи рубили все подряд, оставляя после себя лишь части тел.
Одна из стен гнезда, там, где Элеи когда-то бросил «черную звезду», превратилась в дыру. Она вела прямо на палубу «Ритана». Именно через нее остальные всадники уносили тела погибших. Только здесь, в гнезде, Храм потерял сегодня больше сотни воинов. А сколько еще погибло в космосе. Тех, кто удерживал обезумевших катангов. Тех, кто щитом стоял вокруг гнезда, не давая им возможности пробиться внутрь и спасти свою королеву.
«Элеи, Тори, сейчас у вас появиться Привратник. Предупредите всадников»
Мера совсем не лишняя. Не смотря на то, что сегодня ткачи бились вместе и наравне с воинами Храма, последние их больше любить не стали. То, что старые враги оказались на одной стороне – случайность, которая не сделала их друзьями. Пройдет совсем не много времени, и вражда вернется. Не могут хищники жить в мире со своей добычей.
«Хорошо» - ответил Тори.
«А что ему тут надо?» - спросил у отца Элеи.
«Он хочет взглянуть на Адени. Говорит, что сможет помочь…»
Элеи уже собирался высказать свое отношение к помощи ткачей, как воздух на платформе пошел рябью.
В отличие от хамелеонов-охотников, Привратник имел вполне определенную форму тела. Вот только разглядеть ее через искривления пространства не удавалось. Единственное, что он потрудился привести в состояние относительной стабильности, была голова. В итоге Привратник выглядел клубящимся облаком, в центре которого плавало, похожее не маску, лицо.
Появившись на платформе, он несколько минут с любопытством осматривался. Останки королевы он проигнорировал. Зато особо пристально рассмотрел всадников, безжалостно рубящих коконы. Затем, плавно подойдя к телу Адени, откинул накрывающий его плащ.
- Наместник сильно пострадал от удара… - многозначительно начал Привратник. – Сильно, но не неисцелимо.
Последнее замечание насторожило Элеи.
- Его можно вернуть к жизни, хотя это потребует больших вложений, - начал торговаться Привратник
- Насколько больших? – поинтересовался Элеи.
Привратник поднял взгляд и встретился глазами с Элеи.
- Тебе должно быть понятно, насколько тяжело мне смотреть на все происходящее тут.
Элеи промолчал, а Привратник продолжил:
- Но то, что надо будет сделать мне для того, чтобы вернуть наместника, не идет, ни в какое сравнение с виденным мной здесь. Это будет преступление против моего мира, но я готов совершить его в обмен на жизнь Дам.
Пауза, сделанная Привратником, начала затягиваться. Элеи смотрел на него выжидающе, но, поняв, что он ждет ответа, обратился к Дому.
«Привратник готов вернуть к жизни Ани, но в замен он просит отдать ему нескольких Дам»
«Сколько особей может принести одна Дама? Неужели они надеятся, что мы добровольно повесим себе на шею новых охотников?» - Лоэли был категоричен, как всегда.
«Одна Дама, Лои, - ответил сыну Пахети, - способа свить до десяти коконов за один раз. А это значит, что их популяция будет возрастать на пятьдесят охотников ежегодно. И это не считая прислужников и рабочих. Но взамен они предлагают жизнь Адени. Я хочу услышать ответ каждого из вас»
«Нет» - ответ Лоэли был четок и категоричен.
Алданират молчала. Все прекрасно понимали, что она просто не желает вслух озвучивать приговор своему сыну. Элеи думал недолго. Жизнь человека в обмен на безопасность Алидар. Ему было жаль, но…
«Нет»
Тори колебался. Из всех братьев он был привязан к Ани сильнее всех. С самого детства он возился с мальчиком больше, чем кто-либо. То, что другие узнавали от наставников, Адени узнавал от брата. Тори всегда находил для него время, даже в самый загруженный день. Но он тоже был сыном императора, и не мог не видеть всех последствий. Сейчас в нем боролись два чувства: привязанности и долга.
«Нет» - ответ Тори был похож на шепот. Узнав о состоянии Адени, Тори был подавлен, но то, что он испытывал сейчас, не шло ни в какое сравнение с прежними чувствами.
Элеи осталось только услышать слова отца, чтобы передать их Привратнику, но Пахети вдруг пропал. Время шло, а отец молчал. Элеи вдруг заметил, что не ощущает даже его эмоций. Такое может быть только в том случае, если император закрылся намеренно.
- Время наместника истекает - напомнил о себе Привратник.
- Как только решение будет принято…
«Элеи, спроси, сколько Дам он хочет забрать» - император появился так же внезапно, как и исчез.
- Сколько жизней ты хочешь сохранить, в обмен на одну?
- Мы многих потеряли сегодня. Больше, чем за всю эту эпоху. Мы просим пятерых.
Эпоха для ткачей – это чуть меньше тысячи лет. Именно столько, в среднем, проживает одна особь, если заранее не позаботиться о продлении своей жизни. В данном случае, эпоха прозвучала как «за все время вражды с Алидар».
«Скажи Привратнику, что мы отдадим только одну»
- Одна жизнь в обмен на одну, Привратник. О другом количестве речи идти не может.
Привратник думал не долго.
- Мы возьмем одну, но ей нужны ложе и пища. Одна Дама, и нашим станет все, что гнездо заготовило впрок.
Впрок, значит, речь идет об уже готовых нитях. То есть на пассажиров «Звезды АИ» Привратник не претендовал.
  
«Мы согласны» - ответ Пахети был воспринят с различными ощущениями. Тори откровенно радовался, Лоэли недоумевал. Элеи тоже не понял решения, но решил обсудить его с отцом позже. А сейчас надо было спасать Ани.
- Тебе что-то нужно? – спросил он у Привратника, сообщив об их согласии.