Временная мама для дочери соседа (СИ)
— Кончай, Царев, — усмехается она. — Комплиментами сыт не будешь.
— Ну не дуйся. — Обвиваю ее талию своей лапой и притягиваю к себе. — Скоро я найду няню, и мы снова будем проводить много времени вместе.
— А мы когда-то проводили много времени вместе? — оскорбленно хмыкает она. — Доиграешься в папашу, глазом не моргнешь, как я за кого-нибудь замуж выйду.
Взмахнув ресницами, легонько отталкивается от меня и следует за делегацией. Выдыхаю, стиснув зубы. Взглядом сверлю ее сочную задницу и чувствую себя спящим вулканом. Того и гляди — взорвусь. Но не могу я доверить Бусинку кому попало. Достаточно того, что ее матери до нее нет дела.
Выхожу на улицу, где китайцы расфасовываются по тачкам, и задерживаюсь из-за входящего звонка. Только теперь меня беспокоит не Лиза.
Принимаю вызов, подношу мобилу к уху.
— Рано звонишь злорадствовать, Иван Григорич, — насмешливо начинаю я. — Или хочешь услышать, что ты гнида?
— Я, Костик, предупреждал, что с Рубеном у тебя будущего не будет. Зря ты за юбкой побежал, — напоминает Кайсаров.
— Я с Рубеном на равных работаю, а у тебя на побегушках был. Как мальчик, — выплевываю зло. — Ты меня не сломаешь, слышишь?
— Не забывай, что я знаю твое слабое место. Мне достаточно сделать один звонок — и ты лишишься Марьяны.
— Ну ты и мразь, — цежу сквозь зубы, в кулаке сжимая мобилу.
— Подумай об этом, когда сядете за стол в ресторане.
Глава 4. Лиза
Глава 4. Лиза
— Лизунчик, ты королева, — идеализирует меня моя драгоценная старшая сестренка, заканчивая последние штрихи.
— А с платьем не перебор? — спрашиваю я, крутясь перед зеркалом. — На тебе оно казалось скромнее.
Меня слегка напрягает голая спина и открытые колени. Все-таки в одежде должны быть разумные меры обнаженки: либо плечи, либо бедро, а не все сразу. Да и пайеток излишне много. Я вся сверкаю, как гирлянда.
— Отличное платье, — выносит свой вердикт Сенька, щелкая семечки.
— Лишь бы Валера не ослеп, — ворчу я.
Поправляю уложенные сестрой локоны, контрольный раз осматриваю маникюр и мейкап.
— Ясик, может, подводки добавить? Не тускло?
— Лизунчик, успокойся, дыши ровнее, — утешает меня сестра. — У тебя очень яркие глаза. Они прекрасно подчеркнуты. Лучше давай выберем серьги.
Она открывает шкатулку, от вида которой глаза разбегаются.
— Ва-а-ау! — восторженно тянет Марьяна, подбежав к нам. — Как много бусиков!
Яся улыбается ей:
— Хочешь бусики? Как тебе эти?
— Краси-и-ивые…
— Тогда я дарю их тебе. Поворачивайся. — Яся аккуратно убирает шелковистые волосики Марьяны на плечо и надевает на ее тонкую шейку бусы.
— Спасибо! — взвизгивает девочка, крепко обняв мою сестру.
Та вмиг напрягается, поправляя свой по моде безразмерный пиджак. Яся всегда была стильной. У нее изысканный вкус, большие светло-карие глаза, аккуратный нос, от природы пухлые губы и выраженные скулы. Она с детства умела одеваться элегантно. Я, как младшая сестра, пыталась повторять за ней, восхищалась ее чувством стиля, но меня постоянно тянуло к пестрым блузкам, юбкам-разлетайкам или растянутым майкам. Наверное, поэтому она в итоге работает в крутой фирме, а я до сих пор ищу себя.
— Смотри, что у меня есть еще. — Яся достает из коробки ленточку для волос, украшенную большим бантом-цветком и стеклярусом, повязывает на головку Марьяны и разворачивает ее к зеркалу. — Погляди, какая красавица!
Я наконец останавливаю свой выбор на серьгах и надеваю их. Зазвонивший телефон заставляет Ясю не только отвлечься от Марьяны, но и занервничать. Приняв вызов, она уходит на кухню и прикрывает дверь.
— Сень, тебе не кажется, что она ведет себя странно? — пытаюсь я развеять свои сомнения.
— Вы обе ведете себя странно, — вздыхает Сенька, отодвигая от себя пакетик с семечками. — Возитесь с этой девчонкой, как будто она ваша. Лучше набери еще раз ее папашу. У тебя свидание через час. С минуты на минуту подъедет такси. А Царев не торопится забирать свое избалованное чадо.
— Да, ты права.
Беру телефон и сотый раз набираю Царева. Снова не отвечает. Видимо, корона не позволяет. Пишу ему пятнадцатое по счету сообщение. Уже не спрашивая, где он и когда вернется. Сразу с ноги: «Ты гад, Царев!»
В комнату возвращается Яся. Впопыхах собирает свои шкатулки, коробки, сумочки, объясняя срочность авралом на работе.
— Какая работа, Ясик? — удивляюсь я. — Ночь на носу.
— У нас важный проект. Нашли ошибку… — тараторит она и вдруг замирает. — Лизунчик, я оставлю это все у тебя? Потом заберу, окей?
— Ну ладно, — пожимаю я плечом.
Просить ее посидеть с Марьяной до приезда Царева бессмысленно. Сестра буквально испаряется из моей квартиры, даже не чмокнув меня на прощание.
Мы с Сенькой гасим свет в гостиной и тихонько выбираемся на балкон. Уж очень интересно, кому так срочно понадобилась моя сестра. Чего и следовало ожидать, за ней приезжает вовсе не такси. Черный «Форд Мустанг», в который она запрыгивает со свистом.
— Есть какие-нибудь соображения? — спрашивает Сенька.
Автомобиль выруливает со двора с визгом колес. Оставляя в воздухе запах жженной резины.
— Похоже, это очень важный проект, — бормочу я, надеясь, что сестра ни во что не вляпалась. — Слушай, Сень…
— Посидеть с ребенком? — догадывается она и закатывает глаза. — Хорошо. Только учти, я не буду ей готовить, читать сказки и подтирать попу.
— И не нужно. Я вернусь часа через два. Придется поменять планы. Не стану приглашать сегодня Валеру к себе. Потому что не уверена, что до утра Царев заберет Марьяну. Позову его завтра или послезавтра. Приготовлю что-нибудь вкусненькое…
— Лиз, такси.
— Да-да, я уже вызвала…
— Лиза! — перебивает меня Сенька и указывает на двор. — Твое такси уже приехало.
— О, и правда мое. Сень, я так волнуюсь. Видишь, руки дрожат. Сердце из груди выпрыгивает. — Я возвращаюсь в квартиру и, быстро собирая всякую мелочь в клатч, объясняю Марьяне: — Марьяш, мне нужно ненадолго уйти. За тобой присмотрит тетя Сеня. Она очень хорошая…
Глаза девочки тут же тонут в море слез. Шмыгнув носиком, она садится на диван и закрывает личико ладошками.
— Я не хочу, чтобы ты уходила! Эта тетя злая! Она будет пугать меня плохими дядьками! А еще от нее невкусно пахнет!
Сенька возмущенно цокает языком.
— Нет, — улыбаюсь я, присаживаясь перед Марьяной. — Она очень хорошая. Вы вместе посмотрите мультики.
— Возьми меня с собой на свидание! — начинает просить Марьяна и складывает ладошки в молитвенном жесте.
Надо было держать язык за зубами при ребенке. А мы весь вечер только и болтали о том, какая я счастливица.
— Я буду сидеть тихо. Как мышка, — обещает девочка. — Твой Валера меня даже не заметит.
Боже! Как я объясню Валере, что это за девочка? Но совсем не прийти на свидание — это поставить крест на его доверии. Пусть присутствие чужого ребенка немного подкорректирует развитие наших отношений, и он сделает мне предложение на неделю позже, чем не сделает вообще.
— Ты можешь сказать ему, что я твоя племянница, — всхлипывает Марьяна, обливаясь слезами. — А если не возьмешь меня с собой, тогда запри меня в нашей квартире, как тебе предлагала злая тетя Сеня. Я обниму нашего песика и буду плакать в него.
У меня душа разрывается от ее плача. Девочке и так не повезло, еще я рушу ее надежды.
— Хорошо, — выдавливаю я из себя подобие улыбки и вытираю с ее щечек слезки. — Поедем вместе.
— Лизка, ты свихнулась? — Разводит руками Сенька. — Поревет и перестанет!
Я отправляю успокоившуюся Марьяну в прихожую и грустно смотрю на подругу:
— Не могу я бросить ее.
— Бросил ее Царев!
— С ним я позже разберусь. По-взрослому. Пощады не будет, — убеждаю я скорее саму себя. — А сейчас мне важно удержать Валеру.
— Ну удачи тебе, — кривит губы Сенька и берет свою сумку. — Я тогда тоже поеду. Когда Валера тебя бросит, приезжай рыдать ко мне.