Куда ведет сердце
Он выбрал момент, чтобы рассказать ей о решении Стоукса просить дополнительные полицейские наряды для патрулирования Мейфэр.
– К сожалению, на это у Стоукса надежд мало. Кроме того, невозможно за столь короткое время разузнать финансовое положение джентльменов, находящихся в списке.
– Но есть такой человек, к которому всегда обращаются Кинстеры и мой брат, когда необходимо провести финансовое расследование, – возразила Пенелопа.
– Монтегю. Я виделся с ним сегодня днем. Он согласился узнать все, что сумеет, насчет тех, чьи имена значатся в списке, но пока мы не сузим круг подозреваемых, у него нет возможности провести более тщательную проверку.
– Вот как? – задумчиво обронила Пенелопа. Барнаби перечислил имена из списка, но она покачала головой:
– Должна признать, что ни с кем из них не знакома. Но если они привыкли посещать игорные дома, значит, наши дороги вряд ли пересекутся.
Он представил Пенелопу в игорном доме и ничего больше не сказал.
Дворецкий объявил, что ужин подан. Барнаби благодарно улыбнулся хозяйке, обнаружив, что она усадила его и Пенелопу рядом. Весь ужин они обменивались колкостями и затеяли нешуточную перепалку, ухитряясь одновременно развлекать своих соседей. В какой-то момент Барнаби поймал взгляд леди Калвертон. Та подняла бокал в безмолвном тосте.
В ответ Барнаби наклонил голову, после чего тоже поднял бокал и украдкой взглянул на Пенелопу. Интересно, заметила ли она?
Слишком скоро леди поднялись и оставили джентльменов пробовать портвейн и обсуждать билли, не получившие одобрения в парламенте во время осенней сессии, и возможные политические события будущего года.
Прежде чем Пенелопа успела объяснить, что это ошибка и Барнаби приехал сюда вместо отца, ее милость продолжала:
– Я старая подруга Далей, его матери, и должна сказать, что мальчик… впрочем, он уже давно стал мужчиной, доводил ее до исступления решительными отказами знакомиться с незамужними девушками, не говоря уж о том, чтобы поискать себе жену. Да что там говорить, он избегает их как чумы! Если верить Далей, он возвел в искусство приемы уклонения от встреч, даже случайных, с теми незамужними особами, которые могли бы расставить на него сети. И даже если, как сегодня, появляется в качестве заместителя Котелстона, все равно наотрез отказывается играть по правилам.
Немного помолчав, леди Кертин перевела дыхание и снова защебетала:
– Конечно, вас не назовешь обычной молодой леди. И все же никто не сомневается, что вы с Адэром – прекрасная пара. Именно ваша, как бы это выразиться, иноходь и привлекла его внимание. Так или иначе, я точно знаю, что Далей умрет от счастья!..
И, похлопав Пенелопу по руке, леди Кертин отошла, оставив Пенелопу в ошеломленном состоянии.
Она невольно устремила взгляд туда, где столпились оживленно спорившие джентльмены, и в самой глубине увидела знакомые золотистые локоны. Барнаби наклонил голову, чтобы лучше услышать лорда Карлингфорда.
Сейчас, оставшись в одиночестве, она воспользовалась возможностью как следует изучить его. Если учесть ее недавние размышления, а также откровения леди Кертин и двусмысленные реплики леди Паркдейл…
Барнаби отошел от лорда Карлингфорда; оглядывая комнату, он увидел Пенелопу, улыбнулся и направился к ней.
Она продолжала смотреть на него. В ушах звучали слова леди Кертин: Барнаби Адэр не ухаживает за незамужними особами.
Исключая мисс Эшфорд.
– Я уже рассказал все, что хотел, о полиции, – объявил он, сжав ее локоть. – Хочешь поговорить еще с кем-то?
Вместо ответа Пенелопа улыбнулась и подвела его к лорду Фитчетту.
Сегодня ей придется уехать отсюда вместе с матерью, что, возможно, к лучшему. Ей необходимо подумать о Барнаби Адэре. А думать логично и рационально в его объятиях вряд ли представляется возможным.
* * *Человек, называвший себя мистером Алертом, стоял в тени под толстым деревом в центре кладбища, на углу Хай-стрит. Туман лип к нему как саван, но он услышал шаги Смайта задолго до того, как последний, проскользнув между двумя большими могильными плитами, направился к дереву. Но на полпути остановился и стал вглядываться в темноту.
– Я здесь! – окликнул Алерт.
Смайт нырнул под густую крону.
– Скверная ночь для прогулок. Зато для грабежей – в самый раз.
– Ты готов?
– Да. Мальчишки усвоили все, что возможно за такое короткое время. Хорошо еще, что они достаточно сообразительны, чтобы понять: для их же блага следует лезть вон из кожи.
– Прекрасно.
Алерт вынул из кармана несколько сложенных вдвое листочков бумаги и протянул Смайту:
– Это описание вещей, которые нужно взять в первых четырех домах. Сейчас читать все это необязательно. Я так подробно обрисовал каждую вещь, что любой дурак сумеет их узнать, а также указал, где именно она находится и какие двери и запоры могут оказаться на пути. Со всем этим справится даже ребенок.
Но Смайт все же развернул бумаги так, чтобы на них падал лунный свет. Разобрать что-либо было невозможно, но он увидел, что листок исписан сверху донизу.
– Как мы уже обсуждали, – продолжал Алерт, – я буду править небольшим черным экипажем, без всяких примет. Сяду на козлы вместо кучера. Встречаемся на углах улиц, отмеченных в конце каждого описания. Все они находятся неподалеку от нужных нам домов. Там будешь передавать мне похищенные вещи. Правда, они не слишком тяжелы, но некоторые достаточно громоздки, чтобы нести их на значительное расстояние.
Смайт резко вскинул голову.
– И вы сразу отдадите задаток за каждую?
Алерт кивнул:
– Совершенно верно. А когда мне отдадут деньги, получишь вторую часть своей доли. Как мы и договаривались.
– Ладно.
Смайт сложил бумаги и сунул в карман пальто.
– И вот что еще! – холодно бросил Алерт. – Как уже было сказано, не вздумай брать какие-то вещи, не указанные в списке. Вот продадим добычу, получим наличные, и можешь, если захочешь, вернуться обратно. Но сейчас – подчеркиваю, сейчас – твои мальчики должны взять только одну вещь из каждого дома.
– Я с самого начала согласился на это и ничего не забыл, – заверил Смайт. – Мы все сделаем как велено. Но что насчет полиции? Вы сказали, что все проверите.
– И проверил. Завтра ночью на улицах не будет дополнительных полицейских патрулей.
– А как во вторую ночь?.. Или вы все же предпочитаете совершить ограбление еще четырех домов за одну ночь?
– Предпочитаю. Если получится. Мы не можем рисковать и тянуть время. Но ведь мальчишек у нас всего двое.
– Хорошо, – согласился Смайт, – а полиция?
Голос Алерта снова стал надменно-холодным:
– Теперь ты видишь, почему я хотел провернуть всю операцию за одну ночь. Конечно, есть шанс… небольшой, но если что полиция всполошится и увеличит количество патрулей в Мейфэре. Однако они вряд ли будут действовать настолько быстро и решительно, чтобы потревожить нас в первую ночь. Да и во вторую, будем надеяться, тоже. Кроме того, я обнаружил тех, кто привлек внимание полиции к нашему плану. И предпринял кое-какие шаги, чтобы эти люди больше не вмешивались в наши дела. Если повезет, они вообще ничего не узнают, пока не пройдет несколько месяцев.
– Значит, нас никто не потревожит? – уточнил Смайт.
– Скорее всего именно так и будет. Завтра я обязательно разузнаю, будут ли направлены в Мейфэр дополнительные силы. Что же до тех, кто любит совать нос в чужие дела… пока что им будет не до этого.
Он злобно ухмыльнулся и, распрощавшись со Смайтом, ушел.
Глава 21
– Как я и боялся, – сокрушенно пробормотал Стоукс, опускаясь в свое любимое кресло в гостиной Гризельды, – мои требования направить дополнительные патрули в Мейфэр ни к чему не привели.
Пенелопа и Барнаби, устроившиеся на диване, и Гризельда, сидевшая в кресле, дружно охнули. Они не договаривались встретиться сегодня, но, закончив работу в приюте, Пенелопа поспешила сюда, в слабой надежде на то, что Гризельда могла услышать что-то от своих ист-эндских друзей. Но Гризельда, закрывшая лавку пораньше, обескуражила ее: никаких новостей.