В закоулках мироздания

Так что я вернулась к себе, и за чаем мы с моими коллегами обсудили скандал дня. Они тоже не верили в виновность Антона – говорю же, славные тетки.
А на следующий день была запланирована наша авантюра…
* * *
26 июня 2016 года, Очень недоброе раннее утро, Подмосковье, база батальона СПН ГРУ.
Капитан Серегин Сергей Сергеевич, суровый мужчина 35 лет от роду.
  
– Серегин, срочно зайди к полковнику, – прозвучал в трубке голос адъютанта нашего командира, после чего из нее послышались короткие гудки.
Вызов к начальству, тем более в такой ранний час и в воскресенье, прозвучал для меня как гром среди ясного неба. Ведь только совсем недавно моя группа вернулась «из-за речки» и лишь вчера я закончил с написанием обязательных в таких случаях отчетов и рапортов. Вернулись, слава Всевышнему, все, никто даже не был ранен, задание было выполнено, и теперь впереди у нас был целый месяц вполне заслуженного отдыха. Но если вызывают, то надо идти, служба есть служба. Проглотив пару бутербродов, и торопливо запив кружкой крепчайшего кофе, я быстро оделся, вышел из квартиры и вскоре уже стоял у двери начальственного кабинета.
– Вызывали, Андрей Никифорович? – спросил я, просачиваясь мимо адъютанта в эту дверь, предварительно, для проформы, все же постучав.
Несмотря на очень ранний час, полковник был в своем кабинете не один. В кресле, стоящем у журнального столика в углу кабинета, сидел православный священник лет сорока в своем полном боевом облачении. Короткая с проседью борода, черная ряса до пола, четки из дерева и вызывающе нетолерантный большой серебряный крест на груди. Только это был какой-то совершенно нетипичный священник. Где, спрашивается, обычная для людей этой профессии мужская беременность, которую эти товарищи скромно умащивают себе на колени? Нет, зеркальной болезнью батюшка явно не страдал, и имел подтянутую, а скорее даже атлетическую, фигуру человека, регулярно изнуряющего себя не обжорством и пьянством, перемежающимися с постами, а тяжелыми физическими упражнениями. В свою очередь священник тоже бросил на меня оценивающий взгляд, впрочем, продолжая при этом перебирать свои четки.
Затянувшуюся было паузу прервал полковник Никитин.
– Вызывал, Сергей, вызывал, – густым басом пророкотал он, – проходи и знакомься, отец Александр, представляет здесь отдел по борьбе с тоталитарными сектами Русской православной церкви, в просторечии еще называемый инквизицией, – полковник на мгновение замялся, но потом продолжил, – случилось так, что смежники направили его к нам, после того как сами не смогли справиться с порученной работой.
После этих слов полковника с меня, наверное, можно было писать картину полного обалдения.
– Ничего не понимаю, Антон Никифорович, – сказал я, – Белое Братство, бог Кузя, Мария Дэви Христос – кто из них настолько обидел наше родное государство, что потребовалось бросить против них целую группу спецназа ГРУ? Мы же, вроде, товарищ полковник, работу на дом обычно не берем?
– Не просто группу спецназа, Сергей, а лучшую, – вздохнул полковник, – так что ты не прибедняйся. Что же касается твоего вопроса, то могу сказать, что это была не одна из названных тобой организаций, а ранее совсем неизвестная секта с сатанистским уклоном, большую часть адептов которой составляли выходцы с Украины. С одной стороны, наши коллеги из ФСБ заподозрили в них группу, направленную к нам для совершения диверсий, с другой стороны, с этой сектой и ее главарем удалось связать несколько крупных мошенничеств и нераскрытых до сих пор убийств молодых девушек и детей, весьма смахивающих на ритуальные человеческие жертвоприношения. Отец Александр был привлечен смежниками к этому делу в качестве консультанта. Насколько мне известно, кончилось все это весьма печально. Направленная для захвата секты спецгруппа ФСБ была почти полностью уничтожена, а части сектантов, вместе с их главарем удалось скрыться в горно-лесистой местности. Об остальном тебе расскажет сам отец Александр…
– Это не просто секта сатанистов, любителей сублимировать свои влажные детские мечты о насилии, – глубоким басом произнес священник, – это такие мрази, которые действительно пошли на службу к Нечистому. Их главарь полностью утратил людской облик, обретя взамен нечеловеческие способности творить зло, по сути своей, приблизившись к тому господину, которому он служит. Никогда не думал, что самому придется столкнуться с этой гадостью в реальной жизни.
– И что же это у него за такие нечеловеческие способности, отец Александр? – с некоторым недоверием в голосе спросил я.
– Магия, экстрасенсорные воздействия, гипноз, вы можете называть это как вам нравится, – ответил священник, продолжая перебирать четки, – при виде этой твари бойцы просто теряли ориентацию и впадали в ступор, что позволяло подручным главаря секты легко их убить. Только искренне верующий человек с чистой душой и сильной волей способен противостоять таким сатанинским козням. После той операции, пусть тогда нам и удалось ополовинить эту банду, но из спецгруппы живыми смогли уйти живыми только двое – я сам и еще один боец, которого я сумел вытащить на себе.
П…ц, подумал я, насчет чистой души и сильной воли – это как раз про нас, но веруют мои ребята в основном в боевое братство и крепкое плечо товарища, не задумываясь при этом о более высоких материях. Никто из них не был замечен в истовом посещении православных храмов, при этом «Бухгалтер», то есть ефрейтор контрактной службы Горячев является атеистом, а «Бек», то есть младший сержант Шамсутдинов, так и вообще мусульманином. Да и я сам тоже никогда не являлся образцом благочестия, вспоминая о Боге только в самые горячие моменты моей бурной биографии.
Священник будто понял мои сомнения даже без слов. А быть может, все они крупными буквами были написаны у меня на лице?
– Сын мой, – нараспев произнес отец Александр, встав с кресла, – неважно, веришь ли ты сейчас в Бога, главное, чтобы Он сам верил в тебя. А Отец наш Небесный верит в тебя и твоих людей, я это вижу, и рассчитывает на то, что воинство Сатаны будет уничтожено, а сам Враг Рода Человеческого полностью посрамлен. Кроме того, теперь мы знаем, с чем нам придется столкнуться, и я смогу прикрыть от дьявольских козней тебя и всю твою команду – главное, чтобы ваши души оставались чистыми, а сердца твердыми. Это я вам обещаю, поскольку сам пойду туда вместе с вами.
– Короче, капитан Серегин, – жестко сказал полковник, взглянув на часы, – задача, поставленная нам руководством, проста, как мычание. Надо найти этих … уродов и уничтожить их к … матери всех до единого, пусть вам и самим придется лечь там костьми. Приказ вам понятен?
– Так точно, товарищ полковник, – ответил я, разом отбросив все колебания, – приказ мне понятен.
– Тогда получите весь необходимый специнвентарь и приступайте к выполнению! – произнес полковник, вставая и протягивая мне запечатанный пакет, – тут все написано. И да хранит вас всех Бог, Сережа!
Разговоры были окончены, пора было действовать, и мы с отцом Александром покинули начальственный кабинет. Улучив минутку, я остановился, и, вскрыв пакет, быстро пробежал глазами задание. Время не ждало, самолет нашей группе был уже заказан, а на военном аэродроме под Екатеринбургом нас должен был ожидать транспортно-ударный вертолет по прозвищу «Терминатор», который и должен был доставить нас к тому месту, где мы могли бы прочно сесть банде на хвост.
Моя группа, поднятая по тревоге, ожидала нас с отцом Александром в тактическом классе. Туда же уже были доставлены цинки с патронами в спецснаряжении, то есть с серебряными пулями, ящики с особыми фотоимпульсными гранатами, дающими при взрыве повышенное количество ультрафиолета, посеребренные штурмовые ножи, а также полная тактическая экипировка для отца Александра. Не в своей рясе же ему идти с нами на задание.
  
Экипировался батюшка на удивление ловко, будто ему уже доводилось в жизни носить нечто похожее, хотя и отказался от табельного оружия. Мол, священнику не положено отнимать чужие жизни. На удивленные вопросы моих парней он пояснил, что он не всегда был священнослужителем, а совсем даже наоборот, пусть даже и не имел раньше отношения к нашей почтенной корпорации. Отец Александр сказал, что в прошлом он был офицером ВДВ, участником боевых действий, неоднократно раненым и награжденным. Начинал боевой путь молодым лейтенантом в декабре 1999 года вместе с генералом Ашуровым во время Итум-Калинского десанта в Аргунском ущелье, а закончил его в августе 2008-го в составе миротворческого контингента в Южной Осетии, подвернувшегося неспровоцированной атаке саакашистов, после чего был уволен из армии по состоянию здоровья, и нашел свое призвание в службе Православной Церкви, которая не могла пройти мимо такого ценного кадра. Тут мне наконец стали понятны все неувязки, замеченные мною во внешности и повадках отца Александра. Наш человек – он и в рясе наш человек.