Роза Любви (СИ)
- Им чего-то не хватает! – пытался обсудить эту ситуацию с мужем фон Крист. - Наверное, удобрение из навоза мишкопчел слишком сильное для них.
Гвендаль закатил глаза. Он уже и слышать не мог про эту несчастную Розу Любви. Гюнтер носился с ней как с маленьким ребенком, которого нельзя оставлять без присмотра старших, только о ней и мог говорить, разве что на неё не молился.
- Да какая разница, – бросил маршал в сердцах, - чего ей там не хватает?! Слышать о ней больше не хочу!
- Какой же ты равнодушный! – обиделся Гюнтер и ушел.
Эту ночь, впервые за все время супружества, они, будучи в одном замке, спали в разных постелях. «Вот тебе и Роза Любви, - с обидой думал Гвендаль, лежа в непривычно одинокой кровати. - От неё одни огорчения». Теперь еще предстояло придумать способ, как помириться с мужем. Просто прийти и сказать “прости, я был не прав” он не мог. Гордость не позволяла. Да и не чувствовал себя маршал виноватым, совсем наоборот, это он был пострадавшей стороной. Его забросили, Гюнтер совсем перестал уделять ему внимание. Сколько можно было это терпеть? Он же живой мадзоку, а не какая-то там роза. Гвендаль в жизни бы в этом не признался, но он чувствовал себя обиженным.
Обычно во всех их супружеских ссорах более гибкий и мудрый фон Крист первым делал шаги навстречу. Теперь, серьезно обидевшись, он прочно обосновался в гостевых покоях и даже перенес туда часть своих вещей. По замку поползли неприятные слухи. Гвендаль ломал голову, как же быть дальше? Но так ничего и не смог придумать. Пришлось идти мириться.
- Гюнтер, нам надо поговорить, - сказал он, входя в оранжерею. Момент он подгадал верно - почти стемнело, большинство жителей Замка Клятвы на Крови уже отходили ко сну, а Гюнтер, закончив свои дневные дела, устремился к обожаемой розе.
- Извини, мне сейчас не до тебя, - отмахнулся фон Крист, даже не глядя. Он, стоя на коленях, посыпал землю каким-то белым веществом. - Поговорим позже.
- Я не хочу позже! – повысил голос маршал. - Я хочу здесь и сейчас! Наша глупая ссора длится слишком долго, я требую, чтобы ты выслушал меня.
- Гвендаль, я занят, - советник явно не расслышал и половины того, что ему говорилось. - Давай в другой раз.
Фон Вальде оглядел землю вокруг растения. Она вся была усыпана большими нераспустившимися бутонами сине-фиолетового цвета. Сам куст здорово вырос с тех пор, как он видел его в последний раз, еще у себя в спальне. Растение было выше Гвендаля метра на полтора. Часть веток упиралась в потолок парника, часть же наоборот стелилась по земле. Листья сочного зеленого цвета, некрупные, выглядели абсолютно здоровыми. Кроме веток, у растения еще были какие-то странные отростки, больше всего похожие на лианы. Маршал не был уверен, что это нормально для роз. Он иногда бывал в саду и оранжерее, трудно быть замужем за таким энтузиастом цветоводства и не сталкиваться периодически с его питомцами, но эти лианы не были похожи на что-то ему знакомое. Самым близким сравнением были усики гороха, очень толстые усики. Просто усики-переростки какие-то… Кое-где Гюнтер расставил подпорки, чтобы удерживать особенно толстые лианы на весу. В целом растение выглядело абсолютно здоровым и полным жизни. Тогда почему оно не хочет цвести? Маршал наклонился и поднял один из бутонов, разминая тоненькие лепесточки в руках.
- Что, так и не цветет? – спросил он, не особо надеясь на ответ.
- Нет, - устало отозвался Гюнтер, вставая с колен. - Полей мне, - скомандовал он, подставляя руки.
Гвендаль, обрадовавшись, что его больше не гонят, схватил лейку и, едва не запнувшись об один из побегов, бросился выполнять распоряжение мужа. Тщательно отмыв руки и вытерев их о специальное, висящее в углу полотенце, Гюнтер, наконец, посмотрел на своего мужа. И маршал поразился тому, насколько изможденным выглядел супруг.
- Я не знаю, что я делаю не так, - тяжело вздохнул советник, прогибаясь и разминая поясницу. - Бутоны все продолжают отваливаться, хотя роза выглядит вполне здоровой. Посмотри, какие побеги отрастила, - он приподнял один их длинных отростков. - Настоящие лианы. А цвести не хочет. Может, фосфора в почве недостаточно, - он аккуратно положил побег обратно.
Гвендалю на секунду показалось, что растение как будто дернулось в сторону Гюнтера. Он зажмурился, а когда открыл глаза, то увидел, что побег послушно лежит на своем месте. Глупость какая мерещится!
- Может, хватит уже на сегодня, - поинтересовался он у мужа. - Завтра сюда придешь?
- Ты не понимаешь! А если завтра все станет еще хуже? Я должен понять, в чем дело!
Гвендаль подошел со спины и молча обнял супруга за плечи.
- Нельзя так себя мучить. Подожди возвращения Великого Мудреца, он наверняка знает какой-то секрет.
Гюнтер вздохнул и откинулся назад.
- Может, ты и прав. Ладно, будем считать наше примирение официальным, неси меня в спальню!
Фон Вальде был слишком рад внезапно свалившемуся на него счастью, так что даже не обратил внимания на командный тон мужа. Зато он обратил внимание, что одна из отростков-лиан совершенно точно пошевелилась и сползла на землю. «Под своей тяжестью, еще бы, толстая какая», - объяснил он себе этот эпизод и, подхватив мужа на руки, нежно его поцеловал.
- Я сказал - в спальню, - напомнил ему Гюнтер, когда поцелуй прервался. - Я уже не в том возрасте, чтобы заниматься любовью на сырой земле.
- Как скажешь, - не стал противиться Гвендаль и твердыми шагами направился прочь.
Вот так они помирились, но осадок остался. Гвендаль не мог смириться с тем фактом, что супруг так легко променял его на какой-то цветок, пусть это и была знаменитая и вся такая из себя замечательная Роза Любви. Он уже давно замечал, что их отношениям не хватает былой яркости, но полагал, что они оба уже вышли из того периода, когда желание накинутся друг на друга сильнее, чем мысль о травмах, которые можно в результате заработать. Возможно, Гюнтер думал иначе.
Маршал мучился этими мыслями и даже составил список того, что можно было попробовать внести нового в их отношения. Там значились и игры со связыванием, и различные новые позы, вычитанные Гвендалем в одной возмутительной книге, и переодевания, в том числе в женскую одежду, много чего… Последним пунктом шел секс втроем… Фон Вальде долго травил себе душу, вписывать это предложение в свой список или нет… В последний момент он не выдержал и вычеркнул его. Он не мог перенести даже мысли о том, что кто-то еще дотронется до его благоверного кроме него самого! Осталось только показать этот список супругу и обсудить с ним, чем бы ему хотелось разнообразить их личную жизнь. А пока Гвендаль каждую ночь доказывал мужу, что он его обожает, и Гюнтер был этим доказательствам только рад. Что, правда, не мешало ему каждый вечер проводить в оранжерее и покидать её только на руках у маршала. В один из таких вечеров, когда фон Крист уже неприлично долго задерживался, Гвендаль, кипя праведным гневом и снедаемый ревностью, опять отправился в ту часть Замка Клятвы на крови, где была расположена оранжерея.
- Гюнтер, - раздраженно начал он, входя в парник, - уже третий час ночи! Сколько можно? Я так больше…
Маршал замер с открытым ртом. Его обожаемый супруг висел в воздухе. Куча зеленых лиан оплетала его тело, они скользили по одежде Гюнтера, стягивая её, сейчас на нем оставались разве что только штаны и сапоги.