Аркаим (СИ)

— Или не фокус? Или не совсем фокус?.. Ведь раны, если верить легендам он все же исцелял наложением руки вынутой из огня и с огнем в руке… или пылающей рукой… тогда к чему такие дешевые трюки? Максимум для пущего эффекта мог использовать… иллюзию… голограмму огня…
В это Махавиру верилось куда больше.
«Но зачем вообще совать амулет в огонь, если не чисто для визуального эффекта?» — задался он вопросом.
  
— Может огонь играл тут роль энергетической подпитки для амулета?
Тут можно было только гадать.
Махавиру захотелось засунуть руку с амулетом в огонь, он вообще много на что был готов, ради исцеления и наверное бы сделал это немедленно, вот только дотянуться до огня в печи ему было не под силу. По крайней мере самостоятельно.
«Нет… не сработает… — вынужден он был признать. — Это все равно, что пытаться позвонить по не включенному телефону… Сначала нужно понять, как его включить!»
— Разве что сам факт того, что я засуну амулет в огонь заставит его включиться⁈
Эта идея его захватила.
— Анил! — позвал он своего брата от наложницы исполняющего роль оруженосца.
По идее в будущем должен был стать доверенным лицом и военачальником, но это если бы сам Махавир в итоге стал вождем, что на данный момент стало невозможным.
— Анил! Живо ко мне! — снова позвал Махавир.
Анил должен был присматривать за своим принцем, но делал это спустя рукава. Оно и понятно, кому нравится смотреть за больным? И ладно если бы в этом был большой толк. А так, эта работа воспринимается как тягостная и бессмысленная обязанность.
«Списал меня уже поганец!» — злился Махавир, на пренебрежительное отношение братца.
Наконец он появился в полуземлянке, с таким видом, что делает одолжение.
— Звал… радж?
— Звал!
— Что мне сделать?
— Принеси мне аташдан*…
*. Аташдан — алтарь, переносной в виде сосуда, или стационарный в виде платформы на котором разводят священный огонь.
— Зачем? — удивился Анил.
— Выполняй без лишних вопросов. Своей матери не говори. Сделай все тайно.
— Повинуюсь… радж.
Анил вышел вразвалочку. Это несколько удивляло, ведь отношения вроде с ним были нормальные, даже дружеские. Но вот, стоило только покалечиться и выбыть из обоймы, тем более стало ясно, что травма серьезная и быстро не вылечится, а потом и вовсе разошлась информация, что ему предстоит стать жертвой в Великом жертвоприношении, как тут же произошла перемена.
— Живее! Мелкий поганец…
Подождать все же пришлось. Анил явно не торопился, ну и может не так-то просто вынести аташдан из святилища, чтобы не попасться никому на глаза.
Наконец появился Анил с глиняным сосудом, этакая чаша на короткой ножке.
— Тебя только за смертью посылать…
— Твой приказ исполнен, радж…
— Разведи огонь и поднеси ко мне.
Когда Анил поднес аташдан с огнем Махавир подвесил над пламенем медальон.
— Ну же… включайся…
Но ничего не происходило.
«Ну… было бы глупо ожидать, что все окажется так просто, — с досадой подумал он. — Может все же нужно держать его в руке… типа в контакте со своей аурой?»
Махавир болезненно зашипел, когда взял в руку успевший нагреться медальон и стал приближать руку к огню.
— Что ты делаешь? — удивился Анил.
— Не мешай… держи ровнее…
Махавир пытался сосредоточиться на амулете, все призывал его начать работать, но не получалось. Жар огня, что стал припекать кожу, сбивал с настроя.
— Ну же! Работай!
Он подумал, что может нужно какую-то мантру произнести, как некий аудиокод… Но никаких мандр, кроме обычных молитвенных он не знал, а они вряд ли сработают.
В отчаянии Махавир сунул руку непосредственно в огонь и мысленно взмолился.
В первые мгновения он ничего не почувствовал и даже обрадовался, дескать заработало, но видимо это сказывалось действие обезболивающего, а вот спустя несколько секунд обжигающее свойство пламени дало о себе знать.
— А-а-а!!!
На крик в полуземлянку вбежала Хансика и отшвырнула своего сына от принца. Тот аж упал и выронил аташдан из-за чего тот разбился, а по полу разлетелись уголья и горящие ветки, начавшие сильно дымить.
— Что вы делаете⁈ — вскричала она.
— Он сам потребовал огня! — вскочив, ответил Анил. — Видимо решил, как наш предок Зороастр исцелиться его священной силой!
— Радж⁈
— Ы-ы-ы!!! — выл от боли Махавир.
Его рука выглядела паршиво. На обожженной до красноты коже начали вздуваться крупные волдыри.
Хансика засуетилась, но оказать первую помощь не смогла.
— Потерпи радж, скоро вернется Дакша… она поможет.
— Куда она поехала и зачем?
— К верховному вождю… сказала, что ей нужно ему что-то срочно сообщить.
— Понятно…
«Что ж, похоже моя идея с тем, что нельзя богу жертвовать мусор, нашла отклик в ее душе, — подумал он. — Надо только эту мысль распространить более широко…»
С этим проблем не возникло. Из кочевья приехала мать принца и уже она воспользовавшись своими возможностями, заглянув в город внедрила эту мысль в головы сначала потенциальных жертв, а те в свою очередь разнесли сию идею по прочим родам и даже городам.
К слову сказать, городов действительно оказалось немного, всего шесть штук, но больше и не требовалось, они вполне обеспечивали народ арья всем необходимым. Внутренней вражды не имелось, по крайней мере случавшиеся конфликты между родами не затрагивали города. Да и какие там конфликты? Так, разве что молодежь показывала удаль, собравшись в небольшие группки и угоняя часть стада у какого-нибудь рода. Так эта «забава» носила уже практически законный характер, главное чтобы обходилось без смертоубийства и вообще воспринималась как часть тренировочного процесса в воспитании воинов.
Окружающие племена были придавлены, так что не могли помыслить, чтобы собраться и напасть. Овчинка для них не стоила выделки с учетом ответного удара возмездия. Поначалу такое случалось, но такие племена быстро выбивались практически под ноль. Это, кстати, привело к тому, что арья разделились две касты, воинов-скотоводов и крестьян, отличавшихся более темными волосами — потомков воинов и взятых в полон женщин. Хватало темноволосых и среди городских мастеров.
* * *
Неприятной проблемой для Махавира стало сходить по-большому. Простое в общем-то раньше физиологическое действо превратилось в настоящую пытку. Ведь раньше как? Сел на корточки, чуть поднапрягся и опля — дело сделано, земля удобрена! А теперь ни сесть, ни напрячься… при любом напряге сразу в спину стреляет, едва не до потери сознания. Пришлось спасться новыми настойками от Дакши, то есть слабительными.
Наконец сделал свою работу кожевник. Корсет предварительно опробовали на Аниле и его пришлось значительно дорабатывать подшивая всякие лямки и ремни, чтобы исключить всякую возможность движения туловища. Но как бы там ни было, корсет стал выполнять свою функцию и его напялили на принца.
— Ы-ы-ы!!! — взвыл Махавир.
Всего одно неосторожное движение в процессе и его выгнуло дугой.
— Дай еще своего отвара… — попросил он у Дакши.
Переносить боль стало очень тяжело и зная, что есть обезбол, отказаться от его приема стало выше его сил.
Жрица не отказала и дала глотнуть средства.
— И вынесите меня наружу… не могу уже в этой сырой темноте сидеть целыми днями…
Ну и воняло в полуземлянке его мочой и дерьмом, так что хотелось на свежий воздух.
Вынесли. Поставили лежанку в тени и Махавира вновь начало накрывать сумрачное состояние.
— Чувствую себя Брежневым под барбитуратами… гы-гы…
  
Он в очередной раз принялся разглядывать медальон. Заставить его работать, стало его идеей-фикс.
Посмотрел через рубин медальона на огонь…
«Кстати, сейчас ведь драгоценные камни не гранят, просто шлифуют, а этот вон какой весь угловатый», — отметил он.