Лукан. Конец (ЛП)

— Владимир отправил своего брата Виталия обратно в Детройт, прекрасно зная, что они не могут пересекать территорию без присутствия Капо. Это повод для войны, и они, блядь, это знают.
— Какого черта я узнаю об этом только сейчас?
— Не знаю. Может, потому что ты уже несколько дней не проверяешь сообщения и не отвечаешь на звонки, слишком занят жизнью в киске своей женщины. — Он отвечает саркастически, с нотками раздражения. — Ирландец тоже вернулся, и ты прекрасно знаешь, что ему нельзя доверять. Бродячие псы никогда не бывают чертовски верными. — Он плюется ядом. — Какого хрена он вернулся после того, как его босса убрали?
  
Риан.
— Я не доверяю этому ублюдку. — Француз изрыгает яд на своем родном языке, и я просто позволяю ему, потому что ублюдка не остановить, как только он начинает истерить.
— И это все? — спрашиваю я, полностью покончив с этим разговором. Мне нужно позвонить Вину.
— Боюсь, что нет. — Дион ворчит, и я слышу, как он быстро печатает на своем компьютере. Он — техногик. Все, что вам нужно, он может найти.
— Ты сказал две плохие новости, что еще?
— Кара прибыла в Детройт вчера поздно вечером.
— Какого черта ты имеешь в виду, говоря, что моя сестра вернулась в Детройт? Она знает, что не стоит там находиться, когда меня нет рядом, чтобы обеспечить ее безопасность.
В Детройте у меня есть только враги. Остальные семьи переходят на сторону врагов, а некоторые из них, как бешеные псы, ждут, когда я паду.
— Тебе действительно следует держать своих собак на коротком поводке. — Его голос чертовски действует мне на нервы.
Черт, Кара, что ты делаешь? Ты, блядь, все понимаешь.
— Есть кое-что еще. — Говорит Дион, и я понимаю, что это серьезно, потому что в его голосе нет ни намека на веселье или сарказм.
Я снова смотрю в окно и вижу Андреа, сидящую у фонтана. Сад, который я построил, думая о ней, и фонтан, на который она меня вдохновила. Вот уже пять лет я нахожусь в аду: кошмары мучают мои сны, и только мысли о ней помогают мне оставаться в здравом уме. Она сводит меня с ума. Конец близок, и я должен защитить свою королеву.
Моего сына.
И как только это произойдет… Святой Троицы больше не будет.
— Расскажи мне. — приказываю я.
— Я нашел твою крысу.
— Кто? — спрашиваю я.
Он называет мне имя.
Паризи.
АНДРЕА
Затишье перед бурей.
Вам знакомо это ужасное чувство, когда все идет хорошо — слишком хорошо, и вы понимаете, что долго так продолжаться не будет. Что-то обязательно случится. Вот и у меня сегодня такое чувство.
Мы с Люканом достигли того места, где мы оба открыты и готовы к тому, чтобы наладить отношения. Очень хорошее место, на самом деле. Я никогда не думала, что это произойдет, и особенно так быстро.
Падение быстрое, и когда ты падаешь, ты падаешь сильно.
Всего несколько дней.
Это все, что потребовалось этому человеку, чтобы убедить меня опустить свои железные стены и пригласить его внутрь.
Чтобы он заставлял меня желать большего для нашей семьи.
Для него.
Для себя.
Сегодня наш последний день в прекрасной Флоренции, и я буду скучать по ней, но больше всего я скучаю по своему ребенку.
Сегодня солнечный и теплый день. Небо чистое, а вокруг меня радостно поют птицы.
Прошлой ночью мы дважды занимались любовью, а сегодня утром он трахал меня так хорошо, что я едва могла ходить. Серьезно, так хорошо. После этого мне пришлось отталкивать его от себя, потому что этот мужчина ненасытен. Мы решили позавтракать вместе, и это было очень мило.
Не было ощущения неловкости или враждебности.
Просто два человека, которые говорят о своих симпатиях и антипатиях и сближаются из-за своего ребенка. Он задавал мне всевозможные вопросы о Романе, и в его тоне не было ни капли злости, только сожаление.
Я тоже об этом жалею.
Я больше жалею о том, что уберегла сына от человека, которого узнаю сейчас, но в глубине души я знаю, что поступила так, как было лучше для Романа в тот момент.
Сейчас это уже не кажется таким, но тогда это имело смысл.
Я пытаюсь отпустить прошлое, чтобы смотреть в будущее.
После завтрака Лукан откланялся, сказав, что у него много работы. Мне нужно расспросить его подробнее о том, чем он занимается. Я знаю, что он делает всякое дерьмо для семьи, но он намекал, что занимается и другими вещами. Он невероятно умен, и я уверена, что он мог бы заниматься великими делами, если бы не был прикован к этой проклятой семье.
Как мы собираемся сделать это?
Я все еще не хочу быть вовлеченной в эту жизнь. Я не хочу, чтобы Роман рос среди них и думал, что то, что они делают, нормально. Я хочу для него большего.
Кроме того, моя жизнь проходит в Нью-Йорке. Я могу работать из Детройта, но это будет не то же самое. Мне нужно быть рядом со штаб-квартирой Valentina’s.
Компания не твоя.
Черт, я и забыла, что он полностью контролирует ее, а я владею лишь меньшинством акций.
Он хочет меня. Он хочет будущего со мной, поэтому должен быть готов отдать их обратно. Верно?
Сейчас я сижу в самом красивом из садов, окруженная розовыми розами, и передо мной открывается прекрасный вид на стеклянный фонтан Лукана. Я уже видела много стеклянных фигур, но ничего похожего на это. Фонтан с мифическими существами из стекла, через каждого из которых течет вода. Если присмотреться, то можно увидеть лепестки роз, погруженные в воду. Это действительно волшебно и захватывает дух.
Здесь все такое.
Настолько, что это вдохновило Valentina’s на создание следующей весенней линии. Я не простая девушка, на самом деле все, что у меня есть, высокого класса и придает мне стильный и дорогой вид. Это то, к чему я всегда тяготела, но с тех пор как я приехала сюда, я обратила внимание на культуру, на женщин, работающих на улицах, продающих цветы, еду и берущих случайную работу, чтобы обеспечить свои семьи. Я обратила внимание на искусство, создающее эту прекрасную страну, и на то, как старые тенденции всегда возвращаются в моду.
Винтаж.
Я должна представить линию своей творческой команде и узнать, что они думают и как ее можно улучшить. И Флоренция, и Милан вдохновляют меня с тех пор, как я здесь, и я наконец-то нашла время, чтобы перенести свои идеи на бумагу.
Милан — столица моды Италии, и их стиль сильно отличается от стиля жителей Флоренции. Там они выглядят царственно и красиво, а здесь — более расслабленно и классически. Как, например, прекрасная Роза, милая девушка, которую мы встретили, когда она продавала цветы на улице. Она была настоящей красавицей, и я надеюсь, что она воспользуется моей визиткой и позвонит мне.
В ней есть что-то особенное.
Что-то трагически прекрасное.
Я принесла свой блокнот и карандаши для раскрашивания и с тех пор не перестаю делать наброски. Это было час назад. Цветы. Цветочные мотивы вдохновляют меня на создание новой линии. Цветочные узоры. Пастельные тона. Мифические существа и греческие богини.
С учетом всего этого и родилась коллекция Primavera49 от Valentina Co.
Цветы распускаются весной после долгой и холодной зимы. Именно так я хочу, чтобы чувствовали себя женщины, надевая мои модели. Им не страшны жизненные невзгоды и трудности, и как только начинается новый сезон, они расцветают.
Я знаю, что линия будет рискованной.
Люди в индустрии любят утверждать, что они начали тренд или создали что-то первыми, в то время как мы все знаем, что они берут винтажные стили, штампуют на них свое имя и продают их людям, как будто они совершенно новые.
Создавая их, я чувствовала себя уверенно.
Я надеюсь, что они тоже почувствуют это.
Я хочу отдать дань уважения женщинам, которые вдохновили меня на создание этой линии.
С другого конца сада доносится громкий звук, похожий на звук электронной дрели. Не так далеко, но и не так близко. Я встаю со своего места у фонтана и иду по тропинке, пока она не приводит меня к небольшому дому, похожему на хижину. Это место настолько огромно, что я не успела осмотреть все комнаты и помещения с тех пор, как приехала сюда. Я продолжаю идти, пока не оказываюсь прямо перед дверью в домик, которая слегка приоткрыта.