Лукан. Конец (ЛП)

— И что, позволь спросить, мы делаем сегодня, муженек? — передразниваю я его, пока он ведет нас к своей спортивной машине.
— Мне это нравится. — Он открывает дверь, чтобы я села в машину.
— Например, что? — Озадаченная его заявлением, я поворачиваюсь и смотрю в его голубые глаза.
Он улыбается, и мне приходится держаться за дверцу машины, чтобы не потерять опору. Не знаю, что светит больше — жаркое итальянское солнце или его улыбка. Черт, теперь я одна из тех женщин. Я ошеломлена.
  
— Твои искренние улыбки. Делай это почаще. — Он подталкивает меня к машине. — Это твой лучший изгиб. — С этим чертовски милым комплиментом он закрывает дверь машины у меня перед носом.
О, нет.
Я чувствую, как что-то шевелится в моей груди.
Смирись, мое глупое сердце. Ему почти удалось разрушить мое будущее, и теперь, когда я обманула его, кто знает, что он может сделать.
Он должен был безумно влюбиться в меня.
Не наоборот.
Не будь идиоткой, Андреа.
Не теряйся в нем.
Ты не сможешь выкапать себя из этой ямы.
Нет.
Влюбиться в дьявола?
Это самый глупый выбор.
ЛУКАН
СВЯТОЙ
«Он не гребаный святой». — Андреа
День 1
Пять дней. Именно столько времени у меня есть, чтобы заставить жену понять, как хорошо нам может быть вместе. Я бы хотел сказать, что люблю эту женщину, но у каждого из нас есть свой эмоциональный багаж, плюс все, что между нами произошло. Как я могу надеяться на будущее с ней, если она держится за прошлое, а я разрушаю наше настоящее?
Искуплюсь ли я в ее глазах?
Простит ли она меня за то, что я был дерьмом тогда?
Прощу ли я ее за то, что она так долго скрывала от меня мальчика?
Именно поэтому я выбрал этот город.
Флоренция.
Город славится своей культурой, искусством эпохи Возрождения и памятниками архитектуры.
С этой женщиной у меня связано немного воспоминаний, но одно из них, которое я ношу с собой повсюду, — это боль в сердце и удивление в ее глазах, когда я так давно привел ее в музей и она увидела вблизи призрачно прекрасную картину с изображением маленькой девочки в окружении чудовищ. Я не считаю себя романтичным человеком, но в тот день я почувствовал, как мое сердце забилось после десятилетия душевной боли и молчания.
Даже сейчас, когда правда об исчезновении моей матери не дает мне вздохнуть, а воспоминания о сестре преследуют меня во сне. Я все еще чувствую покой, когда она рядом. А еще есть мой сын Роман. Маленький мальчик, который так похож на свою мать, что почти невозможно сказать, есть ли в нем кровь Вольпе. В первый момент, когда я увидел этого мальчика, у меня сжалось сердце. Может быть, потому, что он похож на Андреа, а может быть, потому, что он способен одним взглядом своих невинных глаз заглушить шум, который преследует меня повсюду.
Такие же глаза, как у его матери.
Она оказывает на меня такое же влияние.
Я смотрю в ее сторону: она отказалась от вычурных нарядов и одета в белый сарафан с красными цветами по всей длине. На голове большая шляпа, а под ней — длинные светлые волосы, убранные назад. Она даже лучше, чем в моих самых смелых мечтах.
Мой телефон пикает в кармане, и я вижу оповещение о новом письме. В теме письма говорится о результатах анализа ДНК.
Черт.
Я решаю не открывать письмо прямо сейчас. Я подожду, пока мы вернемся домой. Подожду, пока она не почувствует себя в безопасности, чтобы прийти ко мне и признаться. Если она сама мне все расскажет, я смогу смириться с тем, что она прячет от меня моего сына и откровенно врет мне в лицо.
Что-то внутри меня уже знает правду.
Я называю его своим с того самого дня, как узнал о нем.
Я снова смотрю на нее и вижу, что она разговаривает по FaceTime с Романом. Я слышу, как наш сын рассказывает маме о своем дне и говорит, как сильно он по ней скучает. В этот момент время останавливается, и я смотрю на ее красивое лицо, озаряющееся каждый раз, когда парень говорит.
Моя жизнь запятнает их.
Это обязательно произойдет.
Эта жизнь сломила обеих наших матерей и стоила мне сестры.
Сделал ли я правильный выбор, притащив к ним свою беспорядочную жизнь?
Андреа прощается и заканчивает разговор.
— Теперь ты скажешь мне, куда мы направляемся? — Она не удосуживается посмотреть мне в лицо. Она борется со мной на каждом шагу. Я сломаю эти проклятые стены, покрытые шипами, нравится ей это или нет. Я предвидел каждый ее шаг, но никогда — ребенка. Как я могу быть жестоким с матерью моего сына? Когда я не понаслышке знаю, как это губительно для юного сердца. Черт, это чувство вины гложет мою душу, и я не могу избавиться от мрачных мыслей, которые продолжают преследовать меня.
Моя мама.
Какое отношение она имела к ирландцам?
Мне нужно позаботиться об этом, как только я вернусь домой. Мне чертовски не нравится, что у этого чертова ирландца была связь с моей матерью, а я все это время был в неведении. У нас совместный бизнес, черт возьми. Я знаю, как извращенно работает мозг Томмазо. Он ничего не сказал бы мне о тайной жизни моей матери и ее связи с ирландцами, поэтому я не стал тратить время на расспросы.
Я отбрасываю эти мысли и сосредотачиваюсь на настоящем.
— Я же говорил, что это сюрприз. Ты всегда была такой надоедливой? — Она показывает мне средний палец, и я мельком вижу ту девушку, которой она была раньше. — А почему ты на каблуках? Я же сказал, что мы будем гулять по улицам Флоренции.
— Как будто я когда-нибудь надену что-то кроме каблуков. — Она фыркнула.
— Ага, к концу дня ты пожалеешь, что не послушала меня. — Я говорю ей, прежде чем открыть дверь, чтобы мы могли начать прогулку по прекрасным улицам Флоренции.
Я люблю этот город.
Это мой дом вдали от дома. Каждый раз, когда я приезжаю в этот город, мне кажется, что я нахожусь там, где должен быть.
Здесь мы не должны быть врагами.
Я готов отпустить ситуацию и оставить все как есть, если она просто поделится со мной своими истинами и впустит меня. Мне двадцать три года, и я чертовски устал бороться. Я борюсь уже семнадцать лет, и это медленно и мучительно съедает меня изнутри.
Я просто тупица.
Я зол, но понимаю, почему она посчитала, что лучше скрыть от меня Романа. Я действовал под влиянием импульса, потому что, когда дело касается Андреа, я только этим и занимаюсь. Я всегда все порчу, но не в этот раз. На этот раз я получу девушку, даже если мне придется разыграть все грязные карты в своей колоде, чтобы она осталась со мной.
Так и сделаю.
Я хотел провести этот медовый месяц с ней наедине, не отвлекаясь ни на что, чтобы разрушить ее стены и показать ей, как хорошо нам может быть вместе. Все зависит от того, покажет ли она мне всех своих демонов, откроет ли всю свою правду или будет продолжать лгать?
Я слишком запутался.
Мне нужно ее признание.
В тот момент, когда она почувствует себя достаточно безопасно, чтобы открыть мне, что я отец Романа, я буду уверен, что она доверяет мне. Что в этом браке она чувствует себя уверенно и безопасно. У нас может быть хорошая жизнь, и я намерен заставить ее понять это до того, как нам придется вернуться домой.
Я обхожу машину, чтобы открыть ей дверь. В каждом фильме джентльмен, который пытается задобрить свою даму, открывает ей дверь. Посмотрим, сработает ли это дерьмо с моей маленькой упрямицей. Как только ее ноги касаются кирпичной улицы, она падает вперед прямо мне в руки. Я ловлю ее прежде, чем она падает на землю, и мы оказываемся нос к носу. У нее нет другого выбора, кроме как держаться за меня, и это, должно быть, убивает ее.
— Я же говорил тебе. — Я вздыхаю. Ее глаза превращаются в щели, но я не упускаю вспышку желания в этих ее великолепных карих глазах.
Да, это дерьмо определенно работает.
АНДРЕА
О Боже, я должна была его послушаться. Мои ноги убивают меня на этих каблуках, но я не носила ничего, кроме высоких каблуков, с подросткового возраста. Я привыкла к ним, и когда я их не ношу, то чувствую себя странно.