Последний Самурай 2 (СИ)

— Такито… Не разочаровывай меня… Неужели ты думаешь, демоны стали бы заключать договор с людьми, соответственно которому они могут являться сюда лишь по ночам, если бы не было каких-то сдерживающих факторов? Скажем так… Сейчас есть лишь небольшая щель, через которую потусторонние сущности могут просачиваться внутрь человеческого мира. Не все. Только те, что послабее. Настоящее зло пока не имеет доступа к людям. Но… Если Ёко-Цура завладеет силой дракона Рю, она эту щель превратить в огромную дыру. И вот тогда вы поймете разницу. Дракон Рю, он служит в некотором роде препятствием для планов Ёко-Цура. Его сила служит препятствием. Поэтому в мире людей всегда есть человек, которого дракон использует как сосуд. Равновесие…
  
— Таааак… Ладно. — Я кивнул, соглашаясь. — Тогда объясни мне, почему именно сейчас это все происходит. Ты ведь тоде был сосудом, но тебя эта долбанная хрень под названием Ёко-Цура не коснулась.
— Почему сейчас…– Повторил Кайоши. — Видишь ли, Владычица Обмана давно вынашивала свой план. Для этого ей нужен был помощник среди смертных. Тело Такито… твое тело… изначально готовилось не для тебя. И не для дракона. Владычица веками искала идеальный сосуд для сильного демона, который здесь, на земле, сможет разыскать статуэтку Рю. Чистый душой, не способный к плохим поступкам, с подходящей кровью. Вот кто ей был нужен. Видишь ли, не каждый способен взять статуэтку дракона в руки. Если это и происходит, то лишь потому, что так решил сам Рю. Именно поэтому он позволил сначала завладеть статуэткой Синоде. Потом — твоему брату. У дракона был свой план. Но речь сейчас не об этом. Такито был проектом Ёко-Цура.
Я почувствовал, как по спине побежали мурашки. А мне еще не нравилось играть роль какой-то бутылки для джина. Вернее, для духа. Получается, если бы не Рю, в теле Такито оказался бы какой-то злобный демон. А я… Я умер бы там, на Дальнем Востоке.
— Да, верно мыслишь. Рю… он опередил Владычицу Обмана, — продолжал Кайоши. — Он почуял растущую угрозу. И когда твоя душа оказалась на волоске, он схватил ее и перенес сюда. Занял сосуд первым. Потому что… — Кайоши тяжело вздохнул. — Извини, Такито, скорее всего тебе нр понравится, что я скажу. Вернее, извини Иван. Все, что произошло с тобой в твоем мире, все, что происходит здесь — это план дракона. Ему нужен был человек, мыслящий иначе, чем люди из нашего мира. Человек, способный не делить мир на черное и белое. Да, он спас тебя и… возможно, отсрочил конец всего. Но Рю действует из соображений блага для Равновесия.
Теперь все встало на свои места. Я был не просто марионеткой. Я был козырной картой в игре, ставки в которой — судьбы миров.
— Твою мать… — Я покачал головой, чувствуя, как внутри начинает расти раздражение, — То есть, ситуацию с той кражей устроил тоже дракон? Вы все, и ты, и Тенноки, с самого начала знали, что я неместный. Старые брехуны… А потом он закинул меня сюда. Так понимаю, ему нужен был факт моей смерти. Зашибись, конечно… Просто взяли и испоганили мне всю жизнь…
— Нет, тут ты должен понимать. Ни одна потусторонняя сила не способна на ровном месте вмешиваться в дела людей. Особенно в их жизнь. Твоя ранняя смерть была неизбежна. Только в этом случае умер бы ты и та женщина, что тебе дорога. Ей некому было бы помочь. А так…С ней все хорошо. А ты находишься здесь. Считай, это некоторая плата за помощь Рю.
— Значит, Ёко-Цура сейчас близка к поражению? Но… Не сильно на это похоже все, что со мной происходит.
Кайоши покачал головой. Его лицо исказила гримаса отвращения.
— Нет, не близка. Среди Ямагути-гуми есть кто-то из ее помощников. Кто-то, действующий по ее указке. Промежуточная форма демонской сути, нацнпиагая маску человека. Тварь, рожденная самой Ёко-Цура из обрывков душ, паутины лжи и древней магии, иллюзия, подкрепленная силой Владычицы. Ее орудие.
— Черт… — Я потер ладонью лоб. — Неужели всё-таки Каору? Пожалуй, кроме нее мне некого заподозрить. К тому же, девка слишком странная. Много имеется к ней вопросов. По крайней мере это объясняет способность Каору влиять даже на якудз, железная хватка, способность всегда оставаться в тени, но дергать за все ниточки… Как ее остановить? — спросил я. — Как убить помощника Ёко-Цура? Просто несколько часов назад я своими глазами видел, как в девку прилетела пуля, а ей хоть бы хны.
— Ты уверен, что сделать верное предположение? — Хмуро спросил Кайоши.
— Ну… На девяносто восемь процентов. Кроме Каору мне некого заподозрить в служении Владычице Обмана.
— Ладно… Дам тебе кое-что…
Кайоши тяжело поднялся и подошел к сундуку. Крышка со скрипом отворилась. Внутри лежали старые свитки, почерневшие от времени и ката-нуки, вырезанная из черного дерева.
— Сила Ёко-Цура и ее слуг основана на обмане, — сказал Кайоши, вытаскивая один из свитков. — Чтобы победить подручных Владычицы Обмана, нужно заставить увидеть их собственную суть. Сорвать все маски. — Он протянул мне свиток, который отчего-то был тяжелым, холодным, как лед. — Это — специальная офуда. Она была создана много веков назад. Она не нанесет им физического вреда. Но она… обнажит суть. На время. Покажет их такими, какие они есть. Для существ, чья сила в обмане, это хуже смерти.
— Что я должен сделать?
— Прикоснуться к тому человеку, которого подозреваешь в служении Ёку-Цура, этим свитком. Тогда ты узнаешь его истинное имя, увидишь его настоящий облик. Но будь осторожен. Когда маска падет, истинная форма демона… она может свести с ума. И сила, что высвободится… она привлечет всех демонов в округе.
В этот момент снаружи послышались крики. Глухие удары. Выстрелы.
— Танака! — вырвалось у меня.
Я схватил «Катюшу», которую до этого положил рядом и выскочил из домика. Кайоши последовал за мной.
Во дворе храма творился ад. Нас окружили. Человек пятнадцать, все в черном, с автоматами и мечами. Инагава-кай.
Мои ребята отчаянно отстреливались. Кенджи лежал на земле, не двигаясь. Похоже, парня убили. Дайсуке и Рёта, прижавшись к стене главного комплекса, пытались вывести из строя как можно больше врагов. Танака, укрывшись за тории, вел шквальный огонь, но патроны были на исходе. Уезжая из штаб-квартиры, мы никак не планировали оказаться в эпицентре самой настоящей войны.
— Адачи-сама! Бегите! — закричал Танака, увидев меня.
Бежать было некуда. Да и как-то неуместно.
И тут я увидел того, о ком точно не думал. Даже вскользь.
Это был Кэзухи. Он стоял в тени главного зала, наблюдая за бойней с холодным, отстраненным выражением лица. Наши взгляды встретились. В его глазах не было ни удивления, ни злобы. Лишь… удовлетворение. Как будто все шло по плану.
Твою ж мать! Так вот, кто все это время сливал информацию Иннагава-кай! Вот, кто является крысой. И… Вот, кто может быть слугой Ёку-Цура…
Ярость, холодная, обжигающая, затопила меня. Ледяной поток силы дракона ударил в голову.
— Кэзухи! — заревел я, выходя на открытое пространство. — Хватит прятаться в тени! Или сюда! Давай один на один!
Головорезы Инагава-кай, увидев меня, замерли. Даже стрельба прекратилась. Их лидер, здоровенный детина с шрамом через всю щеку, усмехнулся и громко крикнул:
— Брось меч, выскочка. Умрешь быстро.
Я не стал тратить время на слова. Я рванул вперед. Мир замедлился. Я видел только врагов.
Первый головорез поднял автомат. «Катюша» описала короткую, резкую дугу. Клинок перерубил ствол автомата и горло человека в одном движении. Ого… Мы так умеем?
Второй выстрелил мне в спину. Я почувствовал удар, но не боль. Броня из драконьей силы приняла его. Я развернулся, метнулся к стрелявшему. Моя ладонь ударила якудзу в грудь. Раздался хруст ломающихся ребер.
  
Танака и остальные мои бойцы, видя это, воспряли духом. Они ринулись в контратаку.
Но врагов было слишком много. Лидер Инагава-кай, тот самый со шрамом, выхватил свою катану. Это был не обычный головорез. Его стойка, его взгляд — все выдавало мастера.
— Я возьму голову ничтожества сам! — проревел он и бросился на меня.