Последний Самурай 2 (СИ)

Каору повернула голову, бросила на меня быстрый взгляд, полный насмешки.
— С ним? Ничего. Его больше нет. Для всех. А ты теперь — оябун.
Её слова продолжали звучать как полный бред. По крайней мере, для меня. Я, конечно, может и не знаток восточной культуры, особенно в криминальном мире, но мне кажется, очень вряд ли человек с улицы может прийти вот так запросто к якудзам и заявить:
  
— Добрый вечер. Буду краток. Теперь я — ваш оябун.
Я посмотрел на пистолет, который валялся на переднем пассажирском сиденье. Грешным делом мелькнула мысль, а не переступить ли эти глупые принципы насчёт «не убий»? Каору вызывала у меня настойчивое чувство тревоги и я никак не мог от него избавиться.
В принципе, можно попробовать. Наверное, я даже успею схватить оружие. Однако, что-то мне подсказывает, пистолет — бесполезная, по сути, штука против такой, как Каору.
Что бы сейчас не происходило с моим новым телом, что бы ни давал мне этот чертов дракон Рю, так понимаю, все изменения — его заслуга, я сомневаюсь, что смогу противостоять ей, если она вдруг решит избавиться от меня так же, как от Синоды. И подобный вариант, кстати, совершенно не исключён. Подумаешь, одним трупом больше, одним меньше.
Просто те приливы могущества и силы, которые на меня накатывают, они крайне нестабильны. Вот сейчас, например, самое время появиться всплеску азарта, который приключился во время стычки с бандитами на подземной парковке. Но ни хрена! Нет его. Наоборот, состояние какой-то пассивности накрыло. Типа, куда вывезет.
Но самое поганое — я, хоть убейся, не понимал мотивов этой красотки. Мы с ней встретились на улице около получаса назад. Она вообще сопровождала Синоду, а значит, работала на него. Что, твою мать, происходит? На хрена она убила главу клана а теперь, как заведённая твердит одно и то же? Называет меня новым оябуном.
А главное, девица так и не объяснила ни-че-го. Я не смог добиться у нее ни одного разумного ответа.
— Теперь слушай внимательно, — голос Каору стал жёстким, деловым. — Сейчас мы едем в одно место. Там тебя уже ждут вакагасира. Как только мы тронулись, я разослала сообщения им всем и пригласила на срочное собрание. Тебе необходимо будет сообщить, что Синода-сама вынужденно «отошел от дел». Но им нельзя знают, что его убила я. Твоя задача — убедить вакагасира в том, что убил его ты сам. А соответственно, имеешь право претендовать на должность кумитё. Убедить нужно быстро. Решительно. И без лишних вопросов.
Я около минуты молча пялился в затылок этой сумасшедшей. Ждал, что она вот-вот рассмеется и скажет, мол, все предыдущие слова были шуткой. Ха-ха-ха!
Однако, девка оставалась совершенно серьезной.
— Подожди… — Я покачал головой, недоумевая с того, что мы на полном серьезе обсуждаем нечто подобное. — То есть это не прикол?
— Конечно, нет. — Каору небрежно повела плечом. — Мёртвый Синода — доказательство твоего права на звание оябуна. Вот его ты и предъявишь в качестве весомого аргумента. Кто сильнее — тот отец. Ты же знаешь принцип иерархии Ямагути-гуми? Отец — дети. А значит, если ты смог убить Синоду, тем более, традиционным способом…
Девица кивнула в сторону меча, лежавшего между сиденьями.
— Конечно, катана для такого случая подошла бы гораздо больше, но я не была готова к тому, что все произойдёт именно так.
— А к чему ты была готова? — Моментально уцепился я за ее слова.
Наконец-то, спустя более получаса у нас наметился хоть какой-то диалог на тему случившегося. Поэтому я собирался вытянуть из этого диалога все, что получится.
— И еще… Кто ты? Если сопровождала Синоду, значит, не случайный человек. Ты член группировки?
— Я⁈
Каору так искренне рассмеялась, что у меня возникла полная уверенность в собственном идиотизме. Будто сказал несусветную глупость. Хотя, совершенно нормальный вопрос, по-моему.
— Нет, Такито-сан. Я — младший научный сотрудник, если выражаться более понятным тебе языком. — Девица стрельнула насмешливым взглядом в зеркало, любуясь моей недовольной физиономией. — Я помогала Синоде искать кое-что. Одну крайне забавную вещицу.
— Дракона? — Ляпнул я, но тут же прикусил язык.
На хрена вообще упомянул золотую статуэтку в разговоре с девкой, которая по-прежнему кажется мне очень ненадёжной особой?
— Его. — Кивнула Каору. — Я, видишь ли, давно занимаюсь этой темой. Пишу, так сказать, научные статьи. Являюсь, в некотором роде, специалистом по вопросам мифологии. Вернее… По одному конкретному вопросу. А ты… В общем, есть признаки, по которым можно определить, с кем у дракона образовалась связь. Некоторые внешние… мммм… особенности. Когда мы с тобой случайно встретились на улице… Думаю, ты понимаешь, там не было ни капли «случайности». Меня за тобой отправил Синода. Но я не знала, кого именно нужно привести. Вернее, не знала, кем ты окажешься. Синода давно искал статуэтку дракона Рю. Определённую. Ту самую, первую. Только она наделена настоящей силой. Когда мы остановились и я пошла за тобой, чтоб заманить в машину, Синода ни слова не сказал, что на данный момент ты и есть яладелец этой вещицы. Но стоило мне тебя увидеть… Я поняла, в чем дело. Времени что-то предпринять, не было. Мы вернулись, сели в автомобиль и только тогда я окончательно поняла, что задумал Синода. Поэтому…
Кауру небрежно пожала плечами. Это был жест, который говорил выразительнее любых слов. Девица намекала, что ей пришлось действовать, исходя из сложившихся обстоятельств.
Я выслушал ее рассказ молча. В принципе, он выглядел более-менее логичным, кроме некоторых моментов. Например, при чем тут Ямагути-гуми. Ну убила Синоду — избавься от трупа, что ли… Зачем тащить меня на встречу с «лейтенантами». Однако, уточнить столь волнующие детали я не смог.
Каору резко выкрутила руль вправо, заезжая в прогал между демами, и я понял, что мы прибыли к месту назначения.
Машина нырнула в проулок, который заканчивался тупиком. Не смотря на белый день, здесь царил легкий полумрак. Солнце словно не попадало в этот закрытый от посторонних глаз двор.
— Готов? — Каору обернулась и посмотрела на меня с улыбкой.
— Нет!!! — Совершенно искренне ответил я. — Вообще понятия не имею, как себя вести с вашими… вакагасира.
— Имеешь, — отрезала она. — Ты знаешь, как влиять на людей. Как заставить их поверить в то, что тебе нужно. А главное — ты знаешь, как выжить. Этого достаточно.
Мой мозг лихорадочно встрепенулся, а приступ паранойи пошел на второй круг своего активного развития.
Почему она так сказала? Такито Адачи точно не обладал всеми перечисленными девицей качествами. Есть ощущение, будто Каору говорила не о нем, а обо мне. Обо мне настоящем. Хотя такого точно не может быть.
Или может…А что? В этой реальности все немного иначе. Здесь, как минимум, по ночам улицы превращаются в место для прогулок демонов. Перерождение душ, все дела. Моя соседка, старушка-божий одуванчик — вообще кицунэ.
— Они должны поверить, что ты здесь по праву, — продолжала тем временем Каору, — Что ты — достойный преемник. Не давай им повода усомниться. Ни единого. Если кто-то попытается оспорить, подави его. Без колебаний. Жестоко. Чтобы другие поняли: ты — не тот, с кем можно играть. А остальное… Слушай, быть якудзой не так уж сложно. Там правил-то всего… Не раскрывай тайн организации, не покушайся на жен и детей других членов, не употребляй наркотики, не утаивай денег от организации. Все. А уж для оябуна тем более все очень просто. Ты будешь главным человеком, против слова которого никто не посмеет даже пискнуть. Идем.
  
Девица, не дожидаясь моего ответа, распахнула дверь автомобиля и выбралась наружу. Потом заглянула обратно в салон и с улыбкой сказала.
— Не забудь прихватить с собой Синода-саму. Это — твой входной билет на вечеринку.
  
Веселиться тоже надо уметь
 
Здание, к которому меня привезла Каору, на первый взгляд напоминало какой-то склад. Хотя по идее, что ему делать посреди жилого квартала? Японцы достаточно трепетно относятся к целевому распределению земли.