Солдаты Солнца. Книга 1

– Да, на этот раз это был ваш конец, парни! Мэлвина ещё пытался спасти его друг, генерал доктор Брайтлайт, как всегда пытаясь укрыть капитана в психиатрическом отделении под крышей своего военного госпиталя. Но, к сожалению, на этот раз ему это не удалось: суд признал капитана Мэлвина Линкольна вполне вменяемым.
– И это через столько лет сидения в одной клетке с психами!! – возмутился Зулу.
  
– У стенки все вменяемые, – сделал свой вывод Мэлвин.
– Да, Джон! Мэлвин прав, у стенки все вменяемые… и полковник Бэкквард был единственным несфабрикованным свидетелем, который присутствовал на прощальном суде – третьем и последнем для нас.
– Генерал! Теперь – генерал Бэкквард, генерал-президент Великой Америки и Мистер Премьер Правительственного Совета Земли ОСОЗ… Ваши комнаты, парни! К сожалению, ваших собственных вещей практически никаких не сохранилось, но что могли, мы восстановили по вашему вкусу и типажу. Кстати, твои наградные часы, Гэбриэл, я получил от Бэккварда в подарок за твою персональную и окончательную смерть! Так что твой Вьетнам ждёт тебя в твоей каюте… Каюты, конечно, не царские палаты! Но зато без решёток и наручников. И кое-что из ваших личных вещиц мне всё же удалось выкупить из военного архива.
– В моей комнате нет включателя! И кто-то уже включил свет! – Красавчик с порога заглядывал за дверь своей комнаты.
– Здесь нет ни включателей, ни выключателей, лейтенант: этот криобункер регулирует всё сам и свет в комнатах в том числе… Приоденьтесь во что-нибудь лёгкое, парни! И добро пожаловать ко мне в лабораторию: надо на вас поближе посмотреть. Потом – все в столовую! В ванную! Отдых! И снова ко мне – в лабораторию.
– А как же сериал?! Сериал «Команда «Альфа»: про нас, про меня… – Красавчик снова заглянул и снова прикрыл дверь своей комнаты. – Я хочу посмотреть на себя в прощальном кадре!
Профессор негромко засмеялся:
– Прощальный кадр не имеет ничего общего с действительностью, лейтенант… Да и вряд ли ты себе там понравишься. Танго говорит, ты чересчур уж там картинный получился – как слащавый клоун на шоу-параде геев-красавчиков.
Красавчик вдохнул, но на выдох захлебнувшегося возмущения ему уже не хватило, – он шагнул в свою комнату и громко хлопнул дверью.
Гэбриэл встал перед профессором:
– Джон, а если я скажу тебе правду – скажу откровенно: навряд ли я знаю, что теперь делать.
Профессор понимающе улыбнулся:
– Никто не знает, Гэбриэл. Но вам может повезти, как везло всегда… Да, мира больше нет! И того прежнего – его тоже нет… Но зато теперь есть вы – Команда «Альфа»! И в этом наше спасение. Ведь вам и в третий раз удалось обмануть стенку: сама Смерть преклонила перед вами свои колени.
– Хмм… Честно говоря, ты своими выводами ставишь меня в тупик, Джон. Всё слишком быстро, всё слишком накатисто.
– Просто ты ещё не готов принять ту действительность, которая уже завтра перевернёт весь твой прежний мир, Гэбриэл.
– Просто я ещё не видел этой настоящей действительности, а потому не могу судить о том, чего ещё не знаю… пока не знаю…
Вдруг Мэлвин резко дёрнулся в сторону, чуть не сбив с ног сержанта, внимательно вслушивающегося в каждое слово профессора.
– Ты с ума сошёл, придурок?!
Но капитан будто его и не слышал – он резко остановился посреди длинного коридора и тупо уставился напряжённо болезненным взглядом в никуда.
– Мэлвин, что случилось?!
– Полковник… а Эмили – с моим хомячком?.. их тоже – нет?..
– Мэлвин…
– И доктора Брайтлайта?.. моего дорогого и любимого друга – доктора Брайтлайта?..
– Мэлвин…
– И маленькой уютной пиццерии на углу?..
– Капитан!
– Подожди, Гэбриэл, – профессор подъехал к Мэлвину и взял его за руку. – Быть может, память – это лучшее из всего твоего прошлого, которое даст тебе возможность продолжить жить дальше – во всё ещё человеческом облике и божьей душе… и это – главное, капитан… верь мне…
 
Глава вторая
 
– Скучно…
– Найди себе врага и сразу станет веселее!
– Нашла бы, – Танго вяло перевела взгляд с ехидно-злобного зырканья Лео на такое же «ненастроение» Миши, – если б позволяли.
– Успеется ещё! – полковник подняла глаза, но посмотрела не на своего праздно зевающего лейтенанта, а на задумчиво умиротворённое лицо Чукки. – Сколько можно говорить, капитан: никаких излишних привязанностей!
– Что значит излишних? Не мы определяем меру даруемых нам привязанностей.
– Ну не крыса же! – полковник разложила перед собой на столе новый пасьянс и отпила сладкого кваса из пивной глиняной кружки.
– Ты несправедлива, Миша! Федя такой милый, такой ласковый.
– Особенно когда у него плохое настроение и он кусается, собака! – Танго сидела в своём персональном кресле, вытянув вперёд обе ноги и расслабленно лениво елозя миниатюрной пилочкой по ногтям длинных тонких пальцев. Не делая ни одного лишнего движения, она кинула на Чукки вялый «задушевный» взгляд и снова занялась своим делом.
– Так, может, не стоит обижать малыша – тогда и котёнок не превратится в тигра, и волк не обернётся в оборотня, – Чукки с удовольствием поглаживала под мохнатым подбородком у чёрно-белой с рыжим подпалом длинношёрстной морской свинки, развалившейся на спине и блаженно похрюкивающей в такт движениям пальцев своей хозяйки. – Федя – естественный природный стабилизатор психической уравновешенности и гарантия всегда хорошего самочувствия.
– Тоже мне, природный… Генетический мутант!! Этот мышиный панк годится только на корм помойным котам, а не на стабилизацию твоей психической неуравновешенности.
– Уверяю тебя, Лео, если бы у нас был кот, эти двое «генетиков» обязательно бы подружились! И хочешь знать почему?
– Нет!!
– Потому что в отличие от людей и их подобия, кот и мышь в сто раз быстрее способны проявить в себе человеческую душу, найти общий язык и протянуть друг другу лапу, нежели ты, наконец, перестанешь отрывать рога и копыта у таких же, как ты сама!
– Ой-ё-ёй!.. как поучительно… Вот оторву твоему Феде кое-что под обгрызенным крысиным хвостом, и будет он, как мы все, без рогов и копыт, зато – с хвостом и душой!
– Злая…
– Сама такая!
– Насчёт рогов и копыт, – Танго усмехнулась, – это ты погорячилась: у кого, у кого, а у тебя их так на целый взвод чертей хватит… гы-гы-гы!
– Сама – хвостатая!! Змея…
– Лео, тебе стоит только попробовать хоть разочек мирно погладить Федю, и ты сразу же почувствуешь, как сама доброта и спокойствие поселяются в твоей беспокойной душе.
– Если ты от меня не отцепишься со своим крысиным зубогрызом, я сейчас тебя так поглажу против шёрстки, что ты узнаешь!!
– А по шее? – предостерегающе процедила сквозь зубы Миша.
Лео глухо зарычала, но всё же убрала занесённый кулак.
– Кто-нибудь вырубит этот дурацкий «ящик»!! Сколько раз повторять: от этих маразматических идиотских телешоу у меня разрывает коробку на куски!! – Лео была не просто не в духе, сегодня её явно клинило.
– Ну ты, чертеняка хвостатая! Чего снова набычилась как сурок на зиму? И чего бы тебе не выключить телебук самой? Кто переломал своими кулачищами все пульты и голосовые сенсорные приставки к «ящику», а? Сила есть – котелок найдёт, где приложиться… Андрею или Танго опять всё чинить после твоего очередного рукоприкладства – никакая система не выдерживает такого безумного насилия. И ты ещё Чукки обвиняешь в безумстве?! И почему ты снова не поставила за ухо «улитку»? Я всё равно найду тебя, если мне это будет надо… Сержант Румаркер?!
Но Лео только показала своему полковнику язык и снова «набычилась как сурок».
  
Танго подула на отполированные до жемчужного блеска природно-перламутровые ногти, убрала пилочку в чехол и спрятала в набедренный карман комбинезона. Затем подобрала ноги, как обычно затянутые в высокие чёрные сапоги из мягкой блестящей кожи с красивой меховой оторочкой, небрежно закинула ногу на ногу и, спокойно закурив, расслабленно выпустила в сторону Лео длинную спиральку дыма.