Солдаты Солнца. Книга 1

Профессор наклонил голову и прислушался к «улитке» за ухом:
– Андрей, ты меня слышишь? Всё в порядке? Андрей, мальчик мой, принеси нам из старых запасов ещё одну бутылочку моего шампанского, будь так любезен, сынок.
Танго льстиво улыбнулась профессору и наконец сняла с него свой удушливый гипнотический взгляд.
– Я голоден как барибал после сорокалетней спячки!! – неожиданно заревел Зулу, стукнув по столу обоими кулачищами. – Я сыт по горло вашими бесконечными пятиминутными переговорами и булькающими напитками… Хочу есть!!
  
Федя испуганно перескочил с левого плеча Чукки на правое и быстро-быстро визгливо зачирикал что-то там в ухо своей хозяйке – при этом потешно перебирая растопыренными лапами по воздуху, точно чего-то объясняя и жалуясь на творящееся в его понимании полнейшее безобразие за его столом. Чукки чуть не выронила из рук большую сервизную супницу, с которой она только что переступила порог столовой.
Миша среагировала быстро и практично. Она придвинулась к столу и звучно обратилась к Зулу:
– Сержант!! Ты можешь начинать есть, мы тебя догоним… Чукки, пододвинь Мистеру Яростному Молоту котёл – пусть накладывает себе еды столько, сколько в него влезет.
– Слава Богу!! – Зулу покрутил в руках две вилки, с раздражением бросил на стол обе и с жадностью выброшенного на берег «робинзона» накинулся на близлежащую еду, чуть ли не руками перекладывая её не столько себе в тарелку, сколько с прожорливой ненасытностью переправляя в свой рот. – Как будто лет двести не ел… Двигай всё прямо сюда, Мэлвин! Поближе, поближе ко мне!
– Некоторые организмы через стресс и длительные голодовки приспосабливаются к грядущим резким переменам… А стресс – это чаще всего голод, полнота и диабет.
– Убью! – злобно пробубнил сквозь набитый рот Зулу, но от своего салатно-закусочного пиршества не оторвался ни на мгновение.
Чукки поставила супницу на стол напротив своего места и посмотрела на профессора.
Профессор заправил белую льняную салфетку за ворот:
– Присядь пока, Чукки, подождём Андрея.
– Я тут, отец! Вот шампанское, как ты и просил.
– Сюда!! – Красавчик сразу перехватил инициативу в свои руки.
Андрей передал бутылку и встал возле профессора.
Профессор взял Андрея за руку и усадил возле себя:
– Всё нормально, сынок?
– Для неё нормально, – тихо ответил Андрей: отец и сын понимали друг друга без лишних слов.
– Я хочу, чтобы ты поднял с нами тост. Прошу тебя, сынок!
Красавчик повертел в руках холодную зелёную тяжёлую бутылку с очень длинным толстым горлышком:
– И всё-таки почему каффское вино, почему – крымское, русское? Каффа – это так далеко! Это даже не Италия! Не Франция! И даже не Аргентина!
– И даже не Испания! – перекривляла Красавчика Танго.
– Это потому, лейтенант, – профессор ласково посмотрел на Красавчика, – что на острове Таврида, как раньше назывался остров Крым, даже сам воздух когда-то был напоён не только медовым янтарём южного горячего солнца, но и мельчайшими частичками самого настоящего золота как самого настоящего драгметалла. Там, на Каффе, когда-то этого добра было больше, чем в каком-либо другом известном нам месторождении этого уникального согревающего солнечного металла. Там золото было везде! В песке, в море, в воздухе, в виноградной лозе и даже в лёгких и волосах самих местных жителей.
– Да вы просто фанат золота, док!
– Не золота, лейтенант, а солнца – продукта необходимого как условие для выживания всей нашей человеческой расы.
– Делом занимайся, оратор хренов! – Танго облизала губы и остановила на Красавчике недовольный взгляд.
– Так, солдаты, нам есть что сегодня отметить! Жаль, что я не могу встать, мне так бы хотелось произнести тост стоя, но… – профессор закрыл уши обеими руками: пробка от шампанского с шумом врезалась в потолок и рикошетом прошлась по его темечку.
Все замерли… Даже Зулу так и застыл с набитым ртом, выпучив испуганные глаза на профессора. Первая схватилась за живот Танго, следом во всё горло громко и хрипло рассмеялся сам профессор.
– Простите, док Румаркер! – растерянно виновато зачастил Красавчик. – Я не хотел… честное слово джентльмена… честное-пречестное…
– Тоже мне, джентльмен из высшего общества вонючих портянок… Наливай уже, охотник-за-профессорскими головами! – Танго первой подставила свой пустой фужер.
Вслед за ней и профессор поднял над столом свой фужер:
– Кто последний – тому достанется меньше всех!!
Все дружно зазвенели своими фужерами… Зулу, не выпуская ложку из одной руки, другой протягивал вперёд свой фужер. Гэбриэл подставил к шампанскому сразу два фужера – свой и Мишин.
Несмотря на все подколки Танго, Красавчик всё равно чувствовал себя на седьмом небе: за большим столом сидели только друзья, он был жив-здоров и в полной безопасности, разливал старое сладкое вино, а самое главное – рядом сидела женщина-девчонка, от одного присутствия которой у него подсасывало под ложечкой и хотелось то петь, то плакать.
– Себе не забудь налить, снайпер по крышкам!
– Джон, как хочешь, это слово – твоё! – Гэбриэл поднял свой фужер в сторону профессора.
– Согласен, Гэбриэл… Джентльмены!! Солдаты!! Нам действительно есть что отметить: возвращение Команды «Альфа» и возвращение надежды… Давайте, друзья, поднимем наши бокалы! За то, чтобы вас всех никогда и ничто больше не могло разлучить: ни смерть, ни жизнь, ни военные трибуналы. Пускай отныне Судьба будет немного благосклоннее к вам всем и к вашим дорогам, по которым вам ещё предстоит пройти… Я пью за тебя, Гэбриэл – наш всепобеждающий архангел Гавриил! Как за спасителя всего рода человеческого. И я пью за тебя, Миша – наш православный архангел Михаил! Как за великого воина и защитника своей команды, своих солдат, своих детей… Я пью за вас, Гавриил и Михаил, как за единое целое одного неразрушимого и неразделимого! Я пью за вас Команда «Альфа»: за вас за всех – как за одну команду! И пусть наконец-то сбудутся все ваши мечты!!
– Гм, последние слова мне особенно по вкусу, – Танго ударилась фужером с сияющим от счастья профессором и посмотрела на светящегося Красавчика. – Представляю, какие извращённые желания могут одолевать эту гнусную расплывшуюся рожу.
Красавчик перестукался со всеми и довольно потянул вино губами:
– А вот и не представляешь! Только мужчина может понять всю полноту и страстность настоящего извращённого желания.
– Маньяк! – Танго дёрнула себя за губу и повернулась к столу.
Андрей выпил своё вино и моментально испарился – сейчас он мог находиться только рядом с Лео.
– Жаль, что Лео пришлось отключить, проснётся – устроит мне полный разнос, что гуляли без неё.
– Переживётся, Джон… Уж чего-чего, а нахлестаться какой-нибудь стигнячной соляры Лео не упустит случая даже перед своим самым последним вздохом.
Профессор с укоризной посмотрел на перебивающую застолье русскими фразами Мишу, первой опустошившей свой фужер с вином и профессионально-набитым жестом теперь спокойно наливающую себе стопку его лучшей вишнёвой наливки. Но не стал перечить вояке, которую уважал не меньше самого Гэбриэла.
– Чукки, разливай суп, детка! И что у тебя там ещё сегодня будет?
– Свиной рулет и пирог с гусиным паштетом, профессор, – Чукки открыла крышку супницы. – И сегодня особенный суп! Придвигайте тарелки, бойцы с голодного фронта.
– Я готов! – Зулу засунул под одну из салатниц свою опустошённую тарелку для вторых блюд и придвинул к себе поближе большую тарелку для супа.
Чукки повела половником по супнице…
– У-уу… И кто это так аппетитно готовит? Не ты ли? – Красавчик попробовал «состроить глазки» своей соседке.
  
– Ещё чего! – сразу же без всяких церемоний отрубила Танго. – Для этого здесь есть шеф-повара: Чукки и Андрей.
Красавчику осталось уже в который раз лишь разочарованно вздохнуть и на время снова примолкнуть.
Мэлвин втянул носом воздух как носорог у водопоя и облизнулся точно кот на сливки: