Барышня с подвохом или любовь дело тонкое (СИ)

— Раз все решилось, значит, можем уходить? — спросила она лаконично.
Наследник, словно запнулся, замялся и махнул рукой неопределенно.
— Подожди, еще задержимся, — сказал он твердо, — мне поговорить с помощниками надо, дела передать, главного назначить. Прошу подождать еще немного. Я бы отсюда и сам выбрался, но у меня выход только в Подмосковье, не хочется светиться раньше времени, пока до дворца добераюсь.
  
Надежда скрипнула зубами и, всем видом показывая несогласие, отвернулась демонстративно.
— Час, — предупредила она сердито, — если не управишься, одна уйду, а дальше сам выбирайся, как знаешь.
Иван покачал головой, снова припомнил, что девица имеет характер вздорный и непредсказуемый, но ссориться было не с руки, поэтому вслух он озвучивать мысли не стал.
— Постараюсь не задерживаться, — чувствуя, как портится настроение, буркнул он холодно и высокомерно.
Все же, склочная женщина, а ведь в какой-то момент она показалась ему вполне нормальной, особенно там, под землей, когда повела себя как настоящая женщина и в защите нуждалась. Эх, привидится же.
Наследник ушел быстрым шагом, не оглядываясь, и тут же присоединился к спорящей и активно размахивающей руками толпе.
Надежда понаблюдала немного, а потом, потянулась к источнику и набрала воды в ладони. Напоив совенка, она напилась сама и с грустью вздохнула. К сожалению, организм требовал уже подкрепиться основательно, а еды у нее не осталось совсем. Ситуация, когда завершение трудного путешествия уже близко, но искусственно затягивалось, хорошего настроения не добавляла вовсе.
У девушки даже мелькнула мысль уйти тропой и увести малыша в имение, а потом вернуться за неугомонным наследником, но учитывая, что это чужой мир и непредсказуемый — не факт, что она сможет вернуться именно сюда, решила не рисковать.
Кажется, в какой-то момент Надежда задремала, поскольку завозившийся и запищавший совенок разбудил ее. Быстро придя в себя, она огляделась и не поверила своим глазам. Спорящие жители Оазиса разделились на два лагеря и вот-вот собирались ринуться в драку.
— Идиоты. Чего они не поделили? Мало их орки покрошили, так решили сами себя добить? — буркнула она, поднимаясь на ноги.
Ситуация накалялась с каждой минутой и тут, в мгновение ока все изменилось. Никто не успел среагировать, когда из толпы вынырнул уже знакомый, хлипкий, белобрысый парнишка и недолго думая, воткнул нож в спину наследника.
Толпа охнула, резко отшатнулась от падающего царевича и загудела, но на помощь не кинулся никто. Парень же, спокойно, не торопясь, перехватил дубинку из левой руки в правую и замахнулся на упавшего лицом вниз Ивана.
Что произошло дальше, Надежда даже осознала не сразу. Внезапно, ледяная стрела соскользнула с ее рук и со скоростью света унеслась вперед, воткнувшись в горло захрипевшего убийцы а следом, такая же только черная, вошла в его сердце.
Толпа снова качнулась в сторону, заверещала и распалась на небольшие группы.
Первыми побежали непонятно как затесавшиеся в спор взрослых подростки, пару детей и несколько женщин, за ними рванули еще несколько мужчин, но основной костяк только, что спорящих оппонентов, неожиданно объединился и со злостью уставился на девушку. Казалось, еще немного и они бросятся на нее всей толпой.
Ситуация выходила совсем не хорошая. С одной стороны, Надежда, находясь хоть и под слабой, но тенью стены, могла уйти тропой из опасного места, но с другой… С другой стороны, бросить наследника казалось кощунством.
Спустив на удивление сговорчивого в этот раз совенка вниз, Надежда потянулась к источнику и по земле поползли вихри, втягивающие все, до чего касались и разрастающиеся с каждым мгновением.
Аборигены вытаращили глаза, залопотали на неизвестном языке, а потом закричали что-то отступая.
Впрочем, из-за гула растущих смерчей, разобрать, что они хотели, было не возможно, да и наплевать Надежде было.
Убедившись, что те отступили, она бросилась к наследнику, убедилась, что он дышит и подхватив за плечи поволокла в тень у ближайшей стены.
Тропа открылась мгновенно. Чувствуя себя лошадью, на спине которой сидит всадник в лице совенка, она затащила напарника в серую дымку и представила свою спальню.
— Только сдохнуть не вздумай, — буркнула она злобно, напрягаясь из последних сил, — а иначе я в себе новый дар открою, чтобы оживить тебя, а потом лично придушить, придурка. благородного.
  
41. Предложение
 
В спальне оказалось темно от сумерек. Не разбираясь, утро сейчас или вечер, Надежда бросила наследника прямо на полу и, прижимая так и не отцепившегося совенка, помчалась в комнату Ольки.
С царевичем оказалось все не так уж и плохо. Нож, который Надежда побоялась выдернуть, чтобы не усилить кровотечение, попал удачно, если так можно сказать — по крайней мере, сердце и легкие не задел и Олька залечила рану довольно быстро.
Погрузив мужчину в лечебный сон и оставив в собственной кровати, первым делом, девушка привела себя и совенка в порядок. В коридоре собрались все домочадцы, но поскольку дело оказалась все же к ночи, а сил совсем не осталось, Надежда пообещала рассказать все утром и разогнала их по комнатам. Усталость последних нервных дней навалилась на нее неподъёмным грузом и, наскоро поев, она вместе с малышом устроилась в гостевой комнате.
Как и ожидалось, за завтраком, ее с нетерпением ждали все домашние.
— А чего у вас дел на сегодня совсем нет? — недовольно буркнула девушка, устраиваясь во главе стола и принимаясь за еду.
Рассказ вышел коротким. Лишнего Надежда старалась не говорить, но и скрывать, что это пропавший десять лет назад наследник не стала.
Любаша Вольская отреагировала на новости спокойно — она после злополучного гарема вообще на мужчин реагировала довольно равнодушно, Ольку больше заботило состояние все еще спящего пациента, а вот Лиля заинтересовалась не на шутку.
— И что, Александр уже не наследник? — изумилась она, — а Иван Николаевич же взрослый уже? Интересно, он такой же красавчик, как и младший брат? А можно я только одним глазиком на него посмотрю? — засыпала она Надежду неуместными вопросами.
Глава рода только головой качала насмешливо, но тут в разговор вклинился не выдержавший Петр Васильевич.
— Цыц, вертихвостка, — шикнул он недовольно, — не твоего ума дело, кто там у нас в гостях находится. Даже не думай разболтать кому, вмиг голову-то откручу.
Лиля тут же надулась или сделала вид, что обиделась, но Надежде показалось, что любопытство свое она все же намерена удовлетворить, а потому решила не спускать глаз с девчонки.
Впрочем, учитывая скопившиеся дела и не решенные вопросы, это было сложно.
Уделив время сыну и, почитав ему немного, она поднялась на свой этаж и, обложившись бумагами в кабинете, углубилась в отчеты управляющих.
* * *
Иван проснулся лишь к вечеру. По старой привычке он полежал с минуту, прислушиваясь к окружающему его пространству, но, не обнаружив опасности, открыл глаза и осмотрелся.
Комната, была незнакомой. Строгая, светлая и довольно аскетично обставленная спальня, не являлась откровенно мужской или женской, скорее какой-то универсальной и даже по-своему комфортной и уютной, что ему понравилось.
Несколько секунд парень вспоминал, как тут оказался, а потом, припомнив события в Оазисе, чертыхнулся, и резко откинув одеяло, поднялся с кровати, оказавшись полностью обнаженным.
На мгновение он смутился, не зная, кто его раздел, а потом, представив пыльные, испачканные кровью штаны в чистой постели, улыбнулся понимающе.
  
— А вот трусы могли бы оставить, — хмыкнул он и огляделся в поисках хоть какой-нибудь замены.
К сожалению, полноценной одежды рядом не оказалось, но зато имелся темный шелковый халат, явно мужской и судя по ручной вышивке, дорогой. В него царевич и закутался, направившись к приоткрытой двери, за которой угадывалась ванная комната.