Барышня с подвохом или любовь дело тонкое (СИ)

  
Барышня с подвохом или любовь дело тонкое
   
1. Шесть лет спустя
 
— Мама, Аня опять не хочет играть со мной! Скажи ей сейчас же! — маленький, пятилетний Алексей влетел в кабинет, где работала глава рода Иворовых, топнул ножкой и упрямо смотрел на Надежду.
Та оторвалась от графика продаж, устало повела затекшими плечами, неосознанно потерла переносицу и, понимая, что непоседливый сын снова сбежал от доверчивой и слишком мягкой по характеру няньки, улыбнулась чуть снисходительно.
  
— Милый, у Анечки сейчас занятия по магии, а потом они с Олечкой обещали поехать в госпиталь и помочь там ухаживать за больными, — спокойно и убедительно сказала она, — ты же не хочешь, сказать, что игры с тобой являются важнее их дел? — выделила она голосом последнюю фразу.
Мальчик упрямо насупился от слов матери и посмотрел на нее исподлобья.
— Они всегда заняты! А я что буду делать? — спросил сердито, — Лидочка хочет меня спать уложить, а я не хочу. И вообще, мне скучно одному в комнате сидеть.
Надежда, которая всю ночь не спала, контролируя установку нового, третьего по счету головного связующего кристалла для сети, и после просмотра отчета планировавшая подремать хоть пару часов, вздохнула обреченно. Но тут ей пришла в голову интересная мысль, и она прищурилась хитро.
— Ладно, милый, давай посмотрим, чем ты можешь помочь. Вот посмотри, ты спать не хочешь, а мне очень хочется, но лежать одной скучно. Составишь компанию?
Алексей нахмурился недовольно.
— Если только недолго. Но спать я точно не буду, — согласился он сердито и не слишком уверенно.
Ожидавшая именно такого ответа, Надежда серьезно закивала.
— Конечно, нет, — улыбнулась довольно и поднялась из-за стола, — ты полежишь, подождешь, пока я усну, и пойдешь поиграть с Аром. Кстати, тетушки Лиля с Любашей не возвращались еще?
Ребёнок отрицательно мотнул головой и, первым проскочив в спальню, залез на высокую кровать.
— Ложись, так уж и быть, посторожу тебя, но сам спать не буду, — напомнил он, сладко зевая.
Надежда снова улыбнулась и обняла сына, бормоча на ушко всякие приятные вещи, и как сильно она любит его. Алексей расслабился довольно. Он снова зевнул, прижался к плечу матери, соглашаясь быть самым любимым на свете, но глаза предательски закрылись и через минуту, вольготно раскинувшись по огромной кровати, спали уже оба.
  
2. Рассуждения Государя
 
За шесть лет изменилось многое.
Известие о беременности словно вдохнуло вторую жизнь в девушку. Несмотря на причитания и просьбы поберечься от Петра Васильевича и всех домочадцев, в Надежду, словно бес вселился.
Проект под названием «социальные сети» запустили в сентябре, как раз перед самым девятнадцатым днем рождения девушки, а чуть меньше, чем через полтора месяца родился Алексей.
Петр Васильевич был счастлив как никогда — еще бы, наследник рода Иворовых! В том, что Надежда отличный управленец он уже и так убедился, но по привычке, считал, что официальным наследником должен быть мужчина и точка. Кто его разберет, что женщине в голову взбредет завтра? Сегодня она вся в делах и заботах, а завтра вдруг вильнет хвостом и уже в другой род влилась. Не смутило его даже то, что Алексей раньше времени со дня свадьбы родился. Момент, конечно не очень хороший и даже породил волну очередных слухов, правдоподобных и не очень, но лучше так чем совсем ничего. Тем более, что обвенчаться родители ребенка успели и это главное.
Надежда только головой качала и точку зрения наставника не разделяла. Впрочем, жить и работать ей это не мешало, тем более и заниматься с будущим главой родственник чуть ли не с пеленок начал.
— Шпага это главное оружие мужчины, — довольно приговаривал Петр Васильевич, вкладывая облегченную, деревянную копию в детские ручки. А еще он приучал Алексея, делать ежедневную зарядку для укрепления тела.
Дел у Надежды навалилось очень много. Как только Алексей отказался от груди, пришлось оставить его с проверенными няньками и тетками и лично рвануть на Урал, чтобы оценить обстановку. К ее счастью, в расширенной и углубленной шахте, помимо кристаллов нашли уголь, медные руды и руды алюминиевые — бокситы. Вот их добычу Надежда и зарегистрировала официально, а то ответвление где обнаружены кристаллы и изредка попадающиеся изумруды с бериллами, засекретила полностью. Даже малахит регистрировать не стала, складывая его до лучших времен пока хорошего мастера не найдет.
Кристаллы, выделенные для проекта, Надежда якобы достала из родовой сокровищницы и даже выслушала царское недовольство, что папенька ее, Константин Валентинович, совсем обнаглел, раз такое сокровище от царского глаза и казны утаил.
К слову, когда люди втянулись в социальную переписку и выяснилось, что уже второй кристалл перестал справляться с поступающей информацией, для расширения сети, Надежда предъявила третий камень. Тут Государь не выдержал и вызвал девушку на аудиенцию, потребовав точную информацию сколько еще сокровищ имеется в запаснике Иворовых.
Надежда быстро прикинула темпы развития и на честном глазу выдала, что еще два, но отдать их она не может, поскольку они для их же общего проекта скоро и понадобятся.
Царь хмуро сверкал глазами, поскрипел зубами, но решение принял мудрое — вспомнив про доход, что увеличивался день ото дня, камни решил не конфисковать и налог на них не назначать.
Вообще, дело действительно оказалось прибыльным. На одних осколках мелких кристаллов привязанных к головному камню и потребовавшихся всем поголовно для браслетов, царская семья уже не маленькое состояние сделала, а спрос на них, с учетом новых вливающихся пользователей, все увеличивался и увеличивался. А ведь еще поступали ежемесячные деньги за «связь», абонентская плата то есть, за рекламу, отдельно за пользование общей информационной базой которая увеличивалась постоянно, за подписки на новости и музыку, за игры, и за еще что то, во что он даже вникать перестал.
Прикинув, что доход за использование кристаллов скоро перекроет их изначальную стоимость, Государь смирился с «потерей» и благостно посмотрел на девушку, спокойно запивающую чаем тортик.
Да, такую невестку было бы неплохо иметь в семье. Никаких погремушек, платьев и театров ей не надо, зато три предприятия еще присоединила за эти годы и клановые права начала восстанавливать. Вон род Вольских хоть и небольшой, да нищий, но уже вошел в Клан Иворовых и даже главенство признал несмотря на то, что во главе молодая девчонка стоит. Ага, и Морозовские наследники у нее под опекой. Того и гляди, как тоже под себя подгребет. Странно, что до сих пор не озаботилась.
Рассказывали ему тут шпионы, как после смерти Захара Леонидовича, все наследники дружною толпой, к родовому кристаллу за принятием главенств кинулись, да чуть не передрались до смерти. Глупцы, можно подумать это таинство от их желания зависит! Тут-то Надежда так вовремя и появилась. Водичкой холодной всех охолонула, да и ошарашила неучей, что живы наследники и в школе закрытой учатся. Ох и визгу тогда было! Каждый второй тогда обвинил девчонку на что горазд, да остатков мозгов хватило. Кто в похищении наследников, а кто и про подлог заикнулся, а она не испугалась, не уступила совсем — так и заявила, что кристалл все покажет, когда время придет, а она, как официальный опекун несовершеннолетних детей, берет всю ответственность за род на себя и доходы до взросления наследников урезает дармоедам до минимума.
  
— Сами попробуйте заработать, и хватит уже на шее рода сидеть, — рявкнула злобно, заморозив помещение почти полностью.
Да, сильна девчонка, ничего не скажешь. И ведь ни один не посмел, и пикнуть в ее сторону. Так шептались по углам, ядом плевались, но в глаза улыбались и смотрели очень преданно.
Царь улыбнулся, что не зря он согласился опекунство над мальчишками Морозовыми подписать, но мгновение спустя вздохнул горестно. Он, завернув в блинчик горку красной икры, смачно откусил от него и зажмурился от удовольствия.