Ты мой, Дракон! (СИ)

Отступил на шаг дальше от кровати, делая расстояние между нами больше.
— Уходи. Не хочу, чтобы тебя застали в моей спальне, в таком виде, — бросил ей раздражённо, сжимая кулаки и сдерживая себя из последних сил.
— В каком виде? — иронично переспросила она. — Тебе не нравится пеньюар, я могу его снять, — прошептала Даяна, соблазнительно улыбнувшись, и вдруг сбросила одну за другой бретельки со своих плеч. Ткань пеньюара ласково сползла вниз, открывая взору её красивую, упругую девичью грудь.
Я не мог отвести глаз от этой манящей плоти, божественной, совершенной. Она так и просилась ко мне в руки, чтобы ласкать и целовать её. Тяжело сглотнул образовавшийся ком в горле, и заставил себя отвести взгляд в сторону. А потом и вовсе повернулся к Даяне спиной, чтобы не видеть искушение.
— Убирайся из моей спальни или я вызову охрану, — прорычал зло. Сдерживать себя становилось всё сложнее. Дракон возбуждённо ворочался внутри, требуя взять девушку, раз она сама предлагает.
Даяна подошла ко мне со спины и нежно коснулась плеча.
— Арс, это же я, твоя маленькая девочка, которую ты обещал любить вечно, — прошептала, так по-детски обиженно и доверчиво.
И тут меня накрыло, я сорвался. Всё что билось в мозгу это, как можно скорей выпроводить её из комнаты от греха подальше. Я говорил жёстко и видел, как каждое произнесённое слово причиняет ей боль, как в глазах вспыхивает обида и непонимание. Она побледнела, радость ушла с лица, в глазах вспыхнула злость, но там всё ещё теплилась и надежда.
— Скажи мне в глаза, что не любишь, — прошептала она дрожащими губами с отчаянием в голосе.
Замолчал на мгновение, колеблясь в своём решение. Обижая её, причинял боль и себе, понимая, разрушая связь, обрываю всё то хорошее, что было между нами. Растаптывая её девичьи мечты и чувства, но другого выбора у меня нет.
Собрав волю в кулак, разделяя каждое слово, прочеканил:
— Я. Не. Люблю. Тебя.
Видел, как мои слова подействовали на девушку. Она изменилась в лице ещё больше, глаза изумлённо смотрели на меня, полные обиды. В какой-то момент показалось, что она сейчас забьётся в истерике, бросится в ноги и начнёт умолять не поступать так с ней, но я ошибся. Мне прилетела звонкая и довольно ощутимая пощёчина, а потом она прошипела, словно змея перед укусом.
— Ты…, предатель…
В следующий момент Даяна развернулась и скрылась в тайном проходе комнаты. Проводив её обречённым взглядом, тяжело вздохнул и коснулся щёки рукой, где ещё горел след от её ладошки. Я сделал всё что мог, друг. Отвадил, оскорбил, предал. А что будет дальше, я не знал. Жизнь рядом с ней станет для меня невыносима и даже молодая жена не исправит ситуацию. На душе было противно, словно я выпил горького отвара. Моя принцесса теперь возненавидит меня, и совершенно заслуженно.
Подойдя к кровати, обессилено упал на неё и закрыл глаза. Простыни пахли водяной лилией, и этот аромат по-прежнему кружил голову. Подмяв под себя подушку, так и уснул, представляя, что обнимаю податливое, нежное тело Даяны.
  
4 глава
 
После ночной встречи с Арсом…
К себе в комнату я буквально ворвалась. Злая, как тысяча ведьм и готовая разорвать любого, кто попадётся на пути. Хорошо, что шла тайным ходом, и жители дворца могли спать спокойно, не опасаясь гнева ведьмы. Закрыв потайной ход, прошла к кровати и обессилено рухнула на неё спиной, уставившись в потолок.
Что я сделала не так? Почему он отказался от меня, неужели так боится гнева отца или всё-таки есть другие причины? Да, глупо получилось и стыдно, Арс задел мою гордость, остался холоден к красоте моего тела. Нет, тут что-то не так, мне надо выяснить всё, что можно про дракона, который забрал моё сердце ещё в детстве.
Промучившись полночи без сна, в тяжёлых раздумьях, к утру всё же смогла заснуть, решив, что утро вечера мудренее, так мама всегда говорила.
Разбудила меня горничная Ризка, молоденькая и глупенькая, но готовая угодить любому моему желанию.
 
— Месси Даяна, просыпайтесь, скоро завтрак, — пропела она тоненьким голоском, открывая плотные шторы и пуская солнечный свет в комнату.
Неохотно открыла глаза, зевнула, потянулась, откинув одеяло села, спустив ноги на пол.
— Доброе утро месси, — поздоровалась горничная и, схватив халат с кресла, подала мне.
— Угу… — буркнула, вставая и принимая вещь.
— Какое платье вам подготовить? — спросила девушка, любопытно глядя на пеньюар, который скрылся под халатом. Да, вчера я так и не сняла его, в расстройстве забыв, да и ладно, мало ли по какой причине одела, может, замёрзла.
— Голубое приготовь, домашнее, — ответила ей и пошла в ванную умываться.
Настроение не было от слова «совсем». Всю ночь снилась ссора с Арсом, я высказывала всё, что думала, а он стоял и улыбался, словно и не слышал моих обидных слов.
Вернувшись в комнату, облачилась в платье, что подготовила Риска. Оно было скромным, с небольшим вырезом, на талии прихваченное золотым шнуром. Горничная быстро расчесала мои волосы и заплела колоском в косу, оставляя тоненькие прядки на висках. Оглядев себя в зеркало, осталась довольна результатом. Скромница и красавица смотрела на меня в отражении. Папа точно оценит, а то после вчерашнего мог до сих пор злиться.
Поблагодарив девушку, направилась в малую столовую, где обычно проходил завтрак в кругу семьи. Морально готовилась к взбучке, знала, что мне с рук не сойдёт вчерашний выход в свет.
Зайдя в зал, радостно улыбнулась близким.
— Всем, доброго утра!
Родители повернули головы в мою сторону, оценивающе оглядывая.
— Доброе утро, дочка, — сказал отец, вставая и крепко обнимая меня. — Прости, что не смог встретить тебя вчера, дела задержали.
— Ерунда, — отмахнулась я, — главное, что ты вернулся, — и прильнула к широкой отцовской груди, чувствуя тепло и заботу.
Отец галантно помог мне сесть, а потом занял и своё место.
— Как прошёл выпускной в академии? — задал он вопрос, продолжая между делом жевать омлет.
— Не знаю, папа, я не была на нём, — пожав плечами, ответила, — хотела поскорей оказаться дома.
Он удивлённо посмотрел на меня.
— Надеюсь, ты хоть закончила её? — поинтересовался он, иронично выгнув бровь.
— Конечно, теперь я дипломированная жрица, да ещё и третьего ранга, — фыркнув, похвасталась я.
Ранги жрицам ввели недавно, чтобы драконы сразу могли понимать, какой потенциал скрыт от глаз. А ещё, чем выше ранг, тем дороже стоят услуги жрицы. Драконы без них не могли обходиться, жрицы являлись сосудом огненной энергии и помогали становлению драконьей силы. Раньше жрицы были рабынями, и драконы не церемонились с ними, высасывая их огонь подчистую.
Но благодаря маме и папе, всё поменялось и, теперь жриц ценили и оберегали, а драконы готовы были платить любые деньги. Но если честно, я себя ощущала больше ведьмой, чем жрицей, видимо, бабушкин дар мне был ближе.
— Это очень хорошо, милая, — похвалил отец, — я горжусь тобой.
— Ой, подумаешь, — вмешался в разговор Алаяр, лениво откидываясь на спинку стула, — эка невидаль, жрица. Вот если бы ты, как ведьма, могла в дракона перевоплощаться, вот это был бы номер. А так, толку от тебя никакого.
— Алаяр, что за глупые рассуждения, — возмутилась мама, до этого молчавшая, — Разве драконы важнее ведьм или жриц?
— Ну, а что, разве нет? — буркнул он, ехидно ухмыляясь.
— А вот мы скоро узнаем, — наставительно проговорила мама, серьёзно глядя на сына, — тебе уже совсем скоро понадобится жрица для поддержки дара, но мы можем попробовать обойтись и без неё. Посмотрим, сколько ты продержишься.
Брат брезгливо скривился, но на вызов привык отвечать вызовом.
— Обойдусь как-нибудь, — ответил гордо, смотря прямо на мать.
— Не кипятись сын, — осадил его отец, — мама права, без жрицы, ох как тяжко дракону проходить становление. А ведьмы нужны для обрядов и варки зелий, ты же знаешь. Тем более Даяна ещё и порталы открывать может.