Опасный Нижний (СИ)
— Мне нужен чёткий и правдивый ответ, от чего я должен её спасать, и почему это нужно сделать завтра, — сказал Валерка. Каких усилий ему стоило не отскочить и не убежать, когда Инга встала перед ним на колени, знал только он. Было слишком страшно и слишком неловко.
— Завтра Василину отправят в далёкую деревню под названием Сухобезводное, в которой она должна будет добывать песок, из которого делают зеркала и стекло. Официально это называется опала, но ты можешь догадаться, что для русалки это смертная казнь. Там очень мало воды. Ни одной речки, а все ручьи в ближайших окрестностях мелкие настолько, что их можно перешагнуть не замочив ног. Она умрёт там, не переживёт следующее лето.
— За что это её так? — удивился Валерка.
— За то, что опозорила княгиню и подвела её под осуждение общества. Она была обязана знать, что не все недотыкомки мертвы. В таком случае разбирательства не было бы вовсе, или обвинения против тебя, князь, были бы иными.
— Откровенно, — кивнул Птицын. — То есть, я так понимаю, сейчас здесь Василина не по указанию княгини. А тебе потом по шапке-то не прилетит?
— Не прилетит, если ты скажешь, что сам выбрал посла в верхний мир.
— Угу, — кивнул Валерка. Смотреть на коленопреклонную русалку не хотелось. Неприятно видеть, как унижается такая гордая обычно дамочка. — Хрен с тобой, золотая рыбка. Пусть остаётся ночевать, завтра переведу. И избавь меня от своих благодарностей. Да, и встань уже с колен, у нас тут пол холодный.
Парень уже просто устал — всё-таки денёк выдался насыщенный, а он ещё в себя не пришёл, хотя за прошедшее время перестал напоминать жердяя. — Алис, поможешь ей расположиться? Переходим завтра утром, нужно дождаться ещё одного путешественника между мирами.
Глава 3
Птицын работает проводником
«Всё-таки иногда принцип „утро вечера мудренее“ лучше нарушать», — мрачно думал Валерка, проснувшись. — «Вот что нам с ней делать? Ни одежды никакой, ничего. Я, вроде как, обещал помогать Болеславу, а теперь придётся повторять вчерашний забег по магазинам! Ну, пусть не полностью, те пункты, где мы с Алисой просто гуляли, придётся исключить. Но всё равно — долго. Но это ладно, а вот то, что мне могли лапши навешать — это почти сто процентов. Вдруг там какие-то подводные камни, а я даже не посоветовался ни с кем?»
Решив, что лучше поздно, чем никогда, Валерка выбрался из постели, снова разбудив Алису, и пошёл каяться перед Демьяном. Однако упырь, вопреки ожиданиям, ругаться не стал.
— Смеешься, князь⁈ — расхохотался раненый, услышав новости. — Даже если какие-то подводные камни есть, у тебя теперь в должниках один из самых сильных и влиятельных кланов Нижнего! Да ещё, считай, дважды — Инга так-то второе лицо в клане, и полномочия у неё очень широкие. Это ж просто праздник какой-то! И знаешь, я бы на твоём месте, эти долги придержал на будущее. Так они сговорчивее и покладистее будут, а ещё — сильно пакостить не станут в случае чего, зная, что ты в любой момент можешь возврата потребовать.
— А что им помешает об этих «долгах» забыть? — уточнил Валерка. — Ну вот представь, я однажды приду, скажу — должоооок, должоооок, — парень потряс скрюченным пальцем, изображая персонажа из старого-старого фильма. — А они мне скажут: «О чём вы, князь Валерий? О каких долгах вы говорите? Вы, должно быть, что-то перепутали!»
Валерка, когда говорил от лица русалок, попытался изобразить женский голос. Получилось смешно — даже Андрей Иванович засмеялся. В его исполнении смех звучал страшновато — отсутствие нижней челюсти сказывалось.
— Нет, князь. Понимаю твои сомнения, но здесь у нас о силе слова до сих пор помнят. Такие договоры нарушать не принято. Эх, порадовал ты меня! Жизнь-то налаживается! — и в подтверждение последнего утверждения дёрнул пальцем ноги. Сам Демьян, кажется, этого не заметил, но Валерка тоже порадовался — выздоравливает упырь! Всё-таки проводник уже привык, что Демьян всегда рядом, теперь без него было даже неуютно.
Долго поговорить с Демьяном не получилось — явился Болеслав Вадимович и принёс плату за переход. Валерка, заглянув в мешок, который протянул оборотень, нервно сглотнул. Там было грамм триста золота — такие количества до сих пор приводили его в трепет.
— Наши историки вчера весь день выясняли, сколько же стоит услуга по переходу в верхний мир. Искали в записях упоминания прежних переходов, — объяснил Болеслав. — Потом считали, сколько это будет на нынешние деньги с учётом инфляции. Умучились, бедолаги! Мы с вами, князь, в прошлую встречу цену не обсудили — ну да я по вашему виду понял, что не до того, да и не знаете вы. Так что рискнул в этом вопросе самоуправство проявить. Однако если у вас какие-то другие соображения на этот счёт — милости просим, князь готов к обсуждению. Надеюсь, через месяц на приёме вы с ним этот вопрос обсудите, когда сведёте личное знакомство.
Валерку вдруг скрутил острый приступ жадности. С одной стороны, местные деньги — это хорошо. Однако острой нехватки сейчас нет, тем более что торговля на рынке идёт очень бодро, и казна клана пополняется вполне приличными темпами. Деньгами, что принёс оборотень, она пополнится очень значительно, но пока что и так нехватки не было. А вот заиметь такую же услугу, как от русалок, ещё и от клана Волкодлаков было бы гораздо приятнее. «Губу закатай, — одёрнул себя Птицын. — Если так цену задирать, никто этой услугой пользоваться не станет. Скорее наоборот, удавят тебя по-тихому, жадину. Это у русалок особая ситуация, а с Болеславом и его кланом мы не ссорились».
— Болеслав, в первую очередь вы столкнётесь с запахами, — тем временем важно поясняла Алиса, расхаживая перед сидевшим в кресле оборотнем. Валерка наблюдал и пытался сохранить серьёзное выражение лица — девчонка в этот момент была похожа на школьную учительницу, только очков не хватало для полноты образа. — Множество непривычных и странных запахов. Порой, крайне неприятных, отвратительных, избавиться от которых совершенно невозможно — они вездесущи. Затем — звуки. С ними всё по-другому — они почти обычны, но их по-настоящему много, они пытаются раздёргать ваше внимание, дезориентировать, напугать. В сочетании с запахами — совершенно безумный коктейль, он сбивает с мысли, побуждает внутреннего зверя защищаться от мнимой опасности, бежать или нападать. И ещё — люди. В верхнем мире нет спасения от людей. Там нет чудовищ. Нет святых. Нет гордости. Только люди. Это тоже пугает. Не думайте, что я — неумелая девица, которая не может держать в узде собственного зверя, точно такие же чувства ощутил и ещё один оборотень. Я не буду называть имя из соображений конфиденциальности…
— Вы так говорите, Алиса, что кажется — лучше вовсе не ходить в верхний мир, ничего хорошего там нет, — сказал Болеслав. Оборотень слушал девчонку без улыбки, явно воспринимал нотации серьёзно.
— Нет, это не так. Я лишь пытаюсь предупредить о тех сложностях, что вас ждут. Если привыкнуть, перебороть себя, верхний мир открывает множество чудес. Люди построили и изобрели удивительные вещи. Должна заметить, жизнь в верхнем мире во многом комфортнее и легче. А какие там развлечения! Одно только кино чего стоит! Так что не переживайте, ваша поездка не будет напрасной, я просто предупреждаю вас о сложностях.
Василине такого ликбеза девушка проводить не стала, под предлогом того, что русалка — не оборотень, и раскрыться перед непосвящёнными ей будет сложнее, даже если сойдёт с ума. Хотя Валерка подозревал, что на самом деле Алиса просто продолжает злиться на недавнюю вражину. Птицын и сам чувствовал себя неловко в компании с Василиной — не слишком понимал, как себя с ней вести. Девушка была тиха и скованна, вопросов не задавала, а когда задавали ей — отвечала односложно. Как это коррелирует со словами Инги о том, что она — очень хороший переговорщик, Птицын не понимал, но навязываться не хотел.
Короткая подготовка закончилась, и компания отправилась в верхний мир. Валерка, памятуя о происшествии с Глебом, когда именно стояние в пробке в центре города спровоцировало того обернуться и убежать, решил домой, в Ляхово, ехать по тёмной стороне.