Опасный Нижний (СИ)

«Хотя скорее всего, тоже придётся воровать, — мрачно подумал парень. — И даже не воровать, потому что воровать мы, кроме Рыськи никто не умеем, а грабить. Денег-то нет ни копейки! Всё, что было, осталось в тюрьме. Эх, вот что мешало хотя бы охранников обшарить? Уж нашлось бы пару монеток, а всё не так стыдно, как у просто прохожих».
— Что приуныл, княже? — спросил Демьян, когда они остановились на отдых. Рыська довела их до какого-то перекрёстка, достаточно просторного, чтобы можно было хотя бы усесться всем вместе не слишком растягиваясь, вот все и рухнули, прислонившись к стенам.
— Да вот, думаю, как мы еду будем добывать. И как станем добираться до дома на своих двоих-то. Даже если не скрываться от погони, это четыреста вёрст. Хорошо, если дней за десять доберёмся. Только нас ведь раньше найдут — по дорожке из ограбленных жителей.
— Да, это проблема, — криво улыбнулся Демьян. — Придётся мне вспоминать старые знакомства. Есть у меня кое-кто в Москве, к кому можно обратиться, должок старый стребовать. Вот только жив ли ещё этот упырь, и помнит ли о долге? Впрочем, был бы жив, а уж напомнить…
— Не стоит, Демьян, — перебил Глеб, — Судя по вашему тону, это не тот долг, который вы хотели бы требовать. У меня тоже есть, к кому обратиться в столице — у нас здесь есть торговое представительство. Полагаю, туда в любом случае стоит наведаться, чтобы передать отцу весточку. Заодно и поправим немного своё финансовое положение. Даже в долги влезать не придётся.
«Угу. Тебе-то не придётся, а я и так уже твоему отцу здорово задолжал, — подумал Валерка. — Впрочем, чего я ворчу? От Игоря Деяновича я пока только хорошее видел. Неужто если он помощи попросит, откажу?»
— Так и сделаем, — кивнул Птицын. — И пойдёмте уже, наверное. Хотя… Рыська, а сколько осталось до утра?
— Так уже давно утро! — широко зевнула девчонка. — Уже и полдень прошёл, вы разве не чувствуете? Я думала — это князь только такой странный, всё время не понимает, что сейчас на улице — день, или ночь.
— Мы, существа наземные, дитя, — ответил Демьян. — Привыкли время определять по солнцу, глазами его видеть.
— Ну и странные вы! — сообщила Рыська и ещё раз широко зевнула.
— Тогда предлагаю остаться здесь, пока наверху не стемнеет, — предложил Птицын. — А то слоняться по Москве днём, когда нас так все старательно ищут…
— Пожалуй, ты прав, князь, — согласился Демьян. — Отдых никому не помешает. Спины у нас у всех изрядно устали после сегодняшней прогулки.
Рыська, услышав, что дальше идти пока никуда не нужно, тут же перекинулась в крысу, и забралась к Валерке за пазуху, чем изрядно его удивила. Он-то думал, что теперь, когда рядом есть «очень-очень красивая Алиса», в качестве места для сна предпочтут именно её, но нет. Видимо, красота — красотой, а в качестве подушки он лучше. Этот вывод подтвердился, когда Алиса начала пристраивать голову ему на плечо. Девчонка, кажется, даже раздумывала, не перекинуться ли тоже в лисицу, чтобы можно было полностью умоститься на князе, но не стала. Глеб посмотрел на эту картину, и начал пристраиваться с другой стороны.
— Что? — переспросил парень на вопросительный взгляд Валерки. — Тут довольно прохладно, нужно держаться теснее, чтобы не замёрзнуть. Это нашим холоднокровным друзьям тут достаточно комфортно, а нам, теплокровным, нужно держаться вместе.
Валерка подумал, что верхний мир всё-таки довольно развращённое место, если даже в такой ситуации он подумал о чём-то не совсем приличном. А ведь так действительно гораздо теплее! «Ещё бы спиной не на земляную стену опираться, а на что-нибудь тёплое, совсем бы хорошо было», подумал парень, засыпая.
  
Глава 25
 
Валерка идет на понижение
 
Проснулся Валерка с затёкшей спиной, затёкшими руками, но чуть более бодрым, чем засыпал. Рыська уже в человеческой форме укоризненно смотрела на троицу спящих:
— Нам идти пора, а вы тут спите! Засони настоящие! Вон, все ждут, — она ширким жестом обвела Демьяна, Андрея Ивановича и Алексея.
 
— Она сама только что проснулась, — ухмыляясь, пояснил Андрей Иванович.
— Эй! Ты чего ябедничаешь⁈ — возмутилась Рыська. — Пойдёмте уже, есть хочется. Или подождите тут, я наворую… только это долго. Пока ещё на всех наворовать получится!
— Нет уж, — Глеб, судя по тому, как покряхтывал, выпрямляясь, тоже слегка затёк, — Есть будем на нашем торговом дворе. Потерпишь, ладно? Там вкусно будет, обещаю.
— Верю, — серьёзно кивнула Рыська. — Ты вон какой огромный, на невкусном точно бы такой не вырос.
Оказалось, что до выхода из крысиных подземелий беглецы не дошли совсем немного — уже через час пришлось таиться от появляющихся время от времени крысодлаков — и в человеческой форме, и в крысиной. Валерка не был уверен, что их не заметили — всё-таки такую большую группу чужаков проглядеть… «Наверное, просто не хотят связываться со странными чужаками, которые как у себя дома расхаживают по их подземельям, — рассудил Птицын. — Или Рыська нас действительно такими закоулками ведёт, по которым местные жители предпочитают не ходить». На самом деле земля в этом районе подземелий была так источена ходами, что нельзя было разобраться, видел их кто-нибудь или нет. Они проходили десятки развилок, и Валерка окончательно перестал понимать, где находится.
— Даже ради спасения жизни не смог бы теперь обратно в тюрьму вернуться, — признался он шагавшей рядом Алисе. — Как Рыська здесь ориентируется — не понимаю.
— Она же крысодлак, — пояснила девушка. — Крысодлаки никогда не заблудятся под землёй, не хуже дивьих людей. А я вот тоже уже заблудилась. Так наверх хочется!
Это желание исполнилось очень быстро и как-то неожиданно. Шли-шли по очередной норе, на этот раз совсем тесной. Валерка даже начал снова переживать, что он или Глеб застрянут. И вдруг… Сначала исчезли стены. Точнее, это Птицын перестал скрести по ним плечами. А следующий шаг провалился в пустоту. Парень испуганно вскрикнул и приготовился к падению, но тут же ударился пятками во что-то твёрдое.
— Ох!
Зрение, давно привыкшее к полной темноте, подсказало, что крысиное подземелье закончилось. Правда, на поверхность они пока так и не выбрались, просто оказались в просторной канализации. Посреди тоннеля тёк ручей грязноватой воды, по краям — что-то вроде каменного парапета, на котором и оказался Птицын. Нора, по которой они шли до этого, была сантиметров на тридцать выше уровня пола, вот парню и показалось, что падает.
— Вот! — гордо сообщила Рыська. — Всё, вышли мы. Тут уже, получается, город наземников.
Постоянно сравнивая две версии Нижнего Новгорода Валерка пришёл к выводу, что они похожи. Да, различий более, чем достаточно, однако в целом география совпадает. По крайней мере, центр города что на тёмной стороне, что в верхнем мире почти не отличается. Невольно парень привык считать, что Москва в этом похожа на родной город. «Я, конечно, Москву плохо знаю, но как-нибудь сориентируюсь», — так думал Птицын. И ошибся. Вообще ничего общего с Москвой верхнего мира парень не видел. Кажется, даже ландшафт отличался. Птицын будто бы очутился в совершенно незнакомом городе, в котором он ни разу в жизни не бывал. Чуть больше Москва тёмной стороны была похожа на свою версию на старых фотографиях верхнего мира, но похожа лишь отдалённо. Да и нельзя ориентироваться по старым фотографиям. В общем, парень здорово растерялся, когда они, наконец, выбрались из канализации и оказались среди невысоких белёных домиков двух-трёх этажей в высоту. Чужой город, незнакомый. Не добрый и не злой, просто равнодушный к семёрке беглецов, которые только что выбрались из подземелий.
Растерянность Птицына ни шла ни в какое сравнение с шоком, который накрыл бедную Рыську, когда они выбрались на мостовую, сдвинув фигурную решётку канализационного люка. Над головой раскинулось бездонное небо со звёздами, и даже редкие газовые фонари не смогли заставить померкнуть это великолепие. Рыська замерла с раскрытым ртом и, наверное, с минуту стояла, пытаясь осознать, вместить в разум эту огромность. Пока остальные пытались хоть немного привести себя в порядок, отряхивая одежду от грязи, девчонка так и стояла в ступоре. Даже не дышала. Валерка не сразу обратил внимание на примолкшую девчонку — сам был поглощён заботами о том, что делать дальше, и спохватился только когда Рыська медленно попятилась назад, в сторону зиявшего в мостовой отверстия канализации.