Double love (СИ)

 - ... потому что люблю... - выдох... - Тебя...
 10.  
 Билл сидел перед юношей, который только что имел неосторожность признаться ему в своих чувствах. Он просто смотрел в огромные золотые глаза. До тех пор, пока Бэти не попросил:
  
 - Возьми меня... Пожалуйста... - и зажмурился, откидываясь на подушках. Он называл себя самыми плохими словами. Как можно было в такой момент говорить о чувствах? Как вообще можно говорить о чувствах с Биллом? И что он о нем теперь думает? Разве можно любить двоих сразу?
 Билл прикрыл глаза на секунду, заставляя себя сосредоточиться и выкинуть глупые слова мальчишки из головы. Любить двоих невозможно, и это знают все. Так или иначе, но к кому-то из двоих чувствуется всего лишь иллюзия любви. Любовь не делят на троих. И почему-то от этих мыслей было неприятно и обидно. Зачем Бэти сказал эти слова? Зачем именно сейчас?
 Мужчина вошел в юное тело, проникая органом вглубь теплой плоти. Бэти изогнулся, но в этот раз было не так больно, как в тот, с Томом. Билл продвигался все глубже, мелкими толчками вторгаясь в нетронутые территории. Его ладони сжимали худые бедра, придерживая мальчишку под колени. Трюмпер вошел на полную и, как было принято, остановился, позволяя малышу привыкнуть к новым ощущениям. Бэти лишь расслаблено выдохнул, сжимая в себе член, привыкая к приятному чувству наполненности. Блондин начал осторожно двигаться, чуть изменив угол вхождения. Он перенес одну ладонь, устроив ее возле лица юноши, так он создал для себя точку опоры и теперь имел возможность нависать над лицом нежного существа. Бэти так мило выгибал бровки и так чувственно приоткрывал ротик... Этим можно было залюбоваться. Билл, видя, что уже не приносит того первого дискомфорта, начинает активней двигать бедрами. Его член снова и снова вонзается в податливую плоть. Он иногда полностью выходит, чтобы вновь почувствовать напряжение внешнего колечка мышц. И еще немного боли. И снова Билл меняет угол, так кстати задевая простату. Юноша взывает, распахивая глаза и понимая, что дышать уже почти нечем. И так хочется под холодный дождь. А затем снова в крепкие объятия.
 - Билл... Бииилл...
 Мужчина даже замер на мгновение, разглядывая это причудливое создание. Он так красив. Всегда. Когда бы Билл ни посмотрел на него, казалось, что он идеален всегда и во всем. Даже сейчас, в этом хриплом стоне, что сорвался с его покусанных губ. Бэти чем-то похож на самого Трюмпера...
 Билл кончает на живот юноше, тут же откидываясь спиной на потрепанное покрытие кровати. Бэти выгибается, брызгая спермой. Его тельце чуть содрогается, а мозг не спешит возвращаться в реальность.
 Поленья в камине превратились в угли, а в окошко домика снова забились лучи солнечного света. Вроде бы и не было ничего. Лишь высохшая над камином одежда напоминает о случившемся.
 Оба тихо рассмеялись. А Билл все-таки нашел в себе силы повернуться к юноше и произнести следующие слова:
 - Любовь бесценна, Бэти. И, может, ты хочешь меня любить, но на самом деле любишь ты только Тома. Но знаешь, мне хватит и твоего желания любить меня... - он сгреб мальчишку в охапку, прижимая к себе. - Ты для меня частичка Тома. И, как и всего Тома... Тебя, маленькая частичка, я тоже буду любить... - он прижался губами к теплому виску.
 Бэти расслабленно выдохнул, отдаваясь родным объятиям. Билл будет любить его как частичку Тома... Бэти может так же любить и Билла.
 - Билл... - тихо позвал юноша, ворочаясь в руках мужчины. - Значит, у меня к тебе не просто желание, значит, я тебя тоже люблю... Ведь ты часть Тома, которого я люблю всего целиком.
 Трюмпер младший довольно кивнул, разливаясь в широкой улыбке.
***
 - Ну, как там у тебя дела? - Билл вытирал полотенцем влажные волосы. Он только что принял душ.
 - Да все нормально. Полиция признала смерть парня несчастным случаем. Я понес легкие убытки, выплачивая семье погибшего пособие. Но это ничего... А ты как?
 - Я хорошо, - он взглянул в окно, наблюдая за ним дождь, под который они с Бэти снова попали, когда возвращались с домика домой. - Гуляли сегодня с Бэти.
 - Ну, и как? - Том замер.
 - Нормально. Он пригласил нас на день рождения. Послезавтра состоится праздник. Ты успеешь приехать?
 - Ну, я постараюсь. Вообще-то, одна из подруг пригласила меня посетить вместе с ней одну выставку... Но я думаю, что я откажу ей...
 - Подруга? Том, ты там делами занимаешься или с подругами встречаешься?
 - Одно другому не мешает, Билл! И не начинай мне мозг выносить, прошу тебя...
 - Ты переспал с кем-то, да?
 - Какая разница?
 - Нет, скажи! Я должен знать!
 - Ты мой брат, а не жена, Билл!
 - Том... - угрожающий тон.
 - Господи, БИЛЛ! Да не спал я ни с кем! С кем я успел переспать, если я всего несколько часов только в Берлине? И это время я разговаривал с полицейскими и родственниками погибшего! Ну что ты выдумываешь-то?
 - Прости... - вдруг успокаивается Билл. - Прости...
 В трубке повисло молчание, которое нарушил Том:
 - Я приеду завтра днем. Сегодня еще успеваю по магазинам пройтись, что купить для Бэти?
 - Я... - растерялся младший. - Ну, я не успел подумать. Может... Может, ты сам решишь?
 - Я? Я никогда не любил подарки выбирать. Давай вместе подумаем, пожалуйста...
 - Ну... Может, подарить ему рыбок? - неуверенно бормочет Билл.
 - Каких рыбок, Билл? Эти рыбки только жрут, да дохнут...
 - А может, собаку? Представляешь, Том... Красивого щенка. Породистого... Бэти ведь любит собак!
 - Ну... – задумался. – Я, в принципе, не против...
 Бэти читал книгу, лежа на полу в своей комнате. Чтение успокаивало и помогало не думать о случившемся. И даже не думая о сексе с Биллом, ребенок широко улыбался, до сих пор чувствуя касания теплых ладоней. И хоть все запахи мужчины смыл дождь, а потом и душ, но Бэтифорду казалось, что он до сих пор пахнет блондином.
 В книгах всегда все достаточно красиво описано. Старинные кресла и лампы, кованые ножки ванн, роскошные люстры под самым потолком. В таком мире, где каждое слово имеет вес и оттенок, жить интересней, чем в мире живых людей. Бэтифорд всегда считал, что если можно было бы, он бросил бы все и отправился жить в какую-нибудь книгу.
 Но только не сейчас. Сейчас он, закрыв книгу, лежал и мечтал, а точнее вспоминал, тело Билла. Его руки, его плечи, бока. Такой сильный, но одновременно хрупкий. Не такой, как Том. Том явный самец, хоть и перешедший на сторону зла, облачившись в голубую мантию....